Чтение онлайн

РЭДЖ. Мой дорогой Уилфред, никто из нас не пел уже многие годы. Если мы хотим сделать это хорошо, мы должны представить, что мы снова поем в опере…

УИЛФ. Остынь, я не такой резвый, как раньше…

Рэджи достает какие-то бумаги и делает пометку.

РЭДЖ. Во-первых, Сисси должна поставить вопрос перед комитетом о химчистке. Затем, я думаю, что мы сами должны позаботиться о своих костюмах. Включая твой горб, Уилф. Во-вторых, мы должны позаниматься и самостоятельно вспомнить свои партии.

На последней неделе августа мы станем репетировать, как минимум, дважды в неделю. К середине сентября мы должны начать репетировать каждое утро. Согласны?

УИЛФ. Каждое утро? По-моему, это слишком, Уилфи.

РЭДЖ. Это нам необходимо, поверь мне. То, что мы затеяли — не просто. Это же «Риголетто» Джузеппе Верди. А теперь, внимание, потому что-то, что я сейчас скажу очень важно. Как вы знаете, Верди сочинил эту оперу по пьесе Виктора Гюго…

ДЖИН. Жан Габен.

РЭДЖИ. Нет, Виктор Гюго!

ДЖИН. Да, нет же, нет, Жан Габен, вот тот актер, чье имя я все пыталась вспомнить, французский актер…

СИССИ. Жан Габен, конечно, красавец-урод, Жан, Джин, похоже на женское имя, на твое…

ДЖИН. Да, похоже. Почему я не могла его вспомнить? Боже, человеческая память — сплошная загадка.

РЭДЖ. Сисси. Но как назывался этот фильм?

ДЖИН. Какой фильм?

УИЛФ. Сейчас, дайте вспомнить…

СИССИ. О войне…

ДЖИН. Сейчас, как он назывался, я просто вижу это, Жан Габен…

РЭДЖ. (Взрывается) О, какая разница, забудьте, я не хочу об этом слушать…

СИССИ. Рэджи ну, что ты, мы же слушаем, мы слушаем, правда?

Они устраиваются. Слушают.

РЭДЖ. Как вы, может быть, помните…

ДЖИН. А как быть с гримом?

РЭДЖ. Прости?

ДЖИН. Кто будет нас гримировать?

РЭДЖ. Ты сама себя и загримируешь, а теперь, пожалуйста, замолчите…

ДЖИН. (Вскакивает и, прихрамывая, ходит туда и обратно по комнате) Не говори со мной таким тоном. Я никогда не гримировалась сама и сейчас не намерена…

РЭДЖ. Тогда выступай, как есть…

ДЖИН. Как это? Как? Появиться на сцене без грима?

СИССИ. Джин, я тебя загримирую…

ДЖИН. Боже, это будет самодеятельный вечер в турецкой бане…

УИЛФ. Не совсем понимаю, что это значит…

СИССИ. Я же сказала, что загримирую тебя, с удовольствием. Я буду гримировать и Энн Ленгри…

ДЖИН. Много же грима потребуется для этой физиономии…

РЭДЖ. Джин, ты чудовище! Это же Сисси Робсон, она тоже была известна в свое время, угомонись, не будь такой эгоистичной, все, чего можно добиться — это обидеть ее. Неужели, ты не можешь хоть раз в жизни быть милосердной.

ДЖИН. Нет, не могу!

Проходит мимо Уилф и внезапно отскакивает, потому что он щипает ее. Она оборачивается к нему.

Не смей этого делать.

УИЛФ.

Что, что, что я сделал?

ДЖИН. Ты прекрасно знаешь, что ты сделал. Это отвратительно и вульгарно. Это сексуальное домогательство.

УИЛФ. Ерунда. Все, что я сделал, это ущипнул тебя за задницу.

ДЖИН. Совершенно верно. А тебе бы понравилось, если бы я тебя ущипнула?

УИЛФ. Мне бы понравилось. Меня никогда не щипали за задницу, не клеили, никогда не приставали ко мне. После того, как я ушел на покой, я попытался найти такую работу, чтобы подвергаться сексуальному домогательству, но безуспешно. Вы, женщины, все время жалуетесь, но кто вам мешает платить нам той же монетой?. Вы бы не услышали от нас ни одной жалобы. От меня уж точно. А как насчет тебя, Рэджи? (Рэдж не отвечает; обращается к Джин, подставляя ей свой зад) Ну, давай, давай, ущипни меня. Ущипни…

Тяжелая пауза. Внезапно Джин хохочет.

ДЖИН. Ты чудовище. И всегда был таким. Но ты умеешь развеселить меня, как это тебе удается? Не понимаю. Ты — источник жизни и это замечательно. (Она возвращается на свое место) Спасибо, Сисси, я буду тебе очень признательна, если ты загримируешь меня.

СИССИ. Я это могу Рэджи, если ты хочешь, я могу это сделать и для тебя Уилф…

УИЛФ. Мне бы это очень понравилось. Впрочем, и загримировать меня можешь тоже.

ДЖИН. (Развеселившись) Ты слышала? Он совершенно безнадежен.

УИЛФ. Я соврал. Меня щипали за задницу. Бобби Свансон. Недавно. Когда я поднимался к себе вздремнуть. Я сказал: «Бобби, я не знал, что ты влюблен, А он ответил, — Гомофоб.»

РЭДЖ. Прошу, прошу внимания.

Все рассаживаются снова.

Как вы все уже знаете, но я думаю, что лучше это повторить, опера «Риголетто» Джузеппе Верди, либретто Мария Пиаве, написана по пьесе Виктора Гюго «Король веселиться.» Позвольте напомнить вам, что сказал Гюго после того, как посмотрел «Риголетто». Вы помните, что он был возмущен успехом. Он сказал: «Если бы я только мог заставить четыре персонажей говорить одновременно в моей пьесе и имел бы зрителей способных разобрать слова и чувства, я бы достиг такого же эффекта.» А сейчас к нашему выступлению… (Он отвлекается, видя кого-то за окном.) Анжелика! Корова! Не смотрит на меня! Анжелика!

Он уходит за ней. Остальные надевают наушники и погружаются в музыку Верди. Затемнение.

10-е октября. Ранний вечер. С момента затемнения звучит «Хор протестующих» в сопровождении фортепьяно. На сцене — две гримерные комнаты, одна — женская, другая — мужская. Костюмы в пакетах из химчистки, висят живописно по стенам. Четыре кофра стоят у ширмы. Джин сидит в соответствующем костюму нижнем белье. Она штудирует партитуру. На другой стороне — Рэджи переодевается. Уил, уже в штанах, возиться со своим горбом, который выглядит ужасно большим. Входит Сисси.