Чтение онлайн

У входной двери стояли трое. Начальник СБ станции наблюдения и двое; мужчина и женщина.

— Мама… папа….

Страх, боль, ужас, недоумение. Мальчик перевёл взгляд на капитана СБ, тот пожал плечами и улыбнулся.

— Я не знал. — Просто ответил он.

Ишигуро осторожно кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Пройдите в комнату, там будет удобней разговаривать.

— Да, конечно. Идёмте. — Согласился капитан.

Но эти трое промолчали. Мальчик медленно качнул головой слева направо и отступил на шаг назад.

— Это на самом деле твои родители. Никаких фокусов — быстро сказал СБшник,

переходя на русский язык. — Я не всё понял из объяснений, но тогда вы почему–то оказались в поле остановленного времени.

— Остановленное время? — Безлико проговорил мальчик. Он уже понял, что эти люди действительно его родители, только он не мог это принять. Их приход вызвал психологический шок и до срыва не хватило самой малости. — Но я видел….

— То, что ты видел, я знаю: обширные повреждения, сильные ожоги.

Но самое главное; мозги, — капитан постучал указательным пальцем по своей голове, — были не повреждены. Правда, разобрались в этом только часа через три. На полную регенерацию ушло больше года, и всё это время они были в коме.

— Почему? — в голосе скользнули признаки истерики.

— Этот вопрос не ко мне! Я сам узнал только две недели назад. Ты как раз на маршрут вышел.

— Ты не веришь? — Спросила женщина. Она прикусила губу, удерживая слёзы; они искорками блестели в уголках глаз.

— Мне не нужно верить. Я знаю! — Резким восклицанием ответил мальчик. — Но вы могли бы сначала предупредить?!

— А разве нет? — удивился капитан. — Я телеграмму отправил.

— Откуда?

— Ну, со станции. Через Москву. — Сконфужено признался он.

— Лучше бы с собой привезли. — Устало, но с улыбкой буркнул мальчик и посмотрел на хозяина дома, молчаливо наблюдавшим за разговором на неизвестном для него языке. — Господин Нобору Ишигуро, прошу простить нас. Познакомьтесь с моими родителями. — Он подошёл к ним и взял их за руки. — Мои мама и папа.

— Да, конечно. — Спокойно сказал Ишигуро, ему уже была известна основная часть истории мальчика и официальная версия того, что случилось с его родителями. — Приятно познакомится. Вы воспитали хорошего сына. — Сказал он первое, что пришло в голову.

Дальнейшее знакомство перенесли в гостиную. Разговор затянулся часа на три и прервался только, когда дети стали засыпать. Мальчик всё это время сидел между родителями, не отпускал их руки и молчал.

Вот так и уснул — тихо и незаметно. Сказались сильные физические нагрузки, непрерывное нервное напряжение и последний шок. В основном последнее, к остальному он давно привык и умело преодолевал такие затруднения.

Впервые за прошедшие четыре года приснился сон, ничего конкретного не запомнилось, но осталось ощущение чего–то яркого и красивого. Проснулся тоже непривычно легко. Родители вернулись.

Изменяя прошлое, нельзя изменить настоящее, только будущее. Тогда, возвращаясь, он был в ускоренном состоянии — одиннадцатый уровень.

На такой скорости изменяется не только мировосприятие, но и воздействие на физический мир. Кто мог предположить, что нужно так мало. Или так много. Теперь понятно, почему попасть не могли, и взрыв вреда не причинил. Вот о каком желании говорил арбитр, он ведь знал, гад редкостный! Но, что значит его утверждение, что я заплатил за выполнение желания своим будущим? Даже не догадываюсь. Ну и пусть!

Для меня и так нет ни будущего, ни прошлого, только настоящее. Любое время — настоящее, пусть для кого–то оно прошлое или будущее, где бы я ни оказался, для меня будет только настоящее.

Ладно, потом буду думать, сейчас я на отдыхе. Гм? Теперь–то уж точно никто не помешает посмотреть серию. Тогда пора вставать.

Детей в доме не было, наверно убежали рассказать о вчерашнем событии. Их можно понять. Все взрослые собрались в гостиной и тихонько разговаривали. Хотя нет, жены Ишигуро тоже нет, а вот начальник безопасности станции наблюдения сидит там же, где и вчера.

— Всем доброго утра! — мой громкий возглас заставляет взрослых дёрнуться.

— День уже. — Усмехнувшись, возразил капитан.

— Сынок, ты хорошо спал? — это мама.

— Очень, вроде даже сон видел. — Подхожу к родителям. Они сидят рядом на одном диванчике. Бесцеремонно усаживаюсь между ними.

— Мы тоже тебя любим. — Говорит папа. — О тебе такое рассказывают. Ты, оказывается, герой!

Ситуация получилась конечно забавная. Им сразу не сказали, что прошло четыре года. Какой–то ненормальный психолог убедительно доказал, что это негативно отразится на психике пациентов. Но, почему–то не подумал, что рано или поздно всё станет известно. Псих.

Родителям сказали, что на регенерацию ушло полгода, и нужно ещё где–то месяц на восстановительные процедуры, так как мышцы тела сильно ослабли. А мне вроде всё рассказали. И вообще я учусь в школе и самый главный отличник.

Первое неприятное открытие стало то, что родители узнали, где конкретно я вроде бы учусь. Они не считали разведшколу пределом своих мечтаний. Дальше — больше. В школе меня не нашли, я к тому моменту, как раз шёл по улицам Владивостока, но встретили Клеарис.

Она поначалу отнеслась очень подозрительно к двум неизвестным взрослым, назвавшимися родителями её соседа по комнате. Клеа твёрдо знала официальную версию. К её некоторому удивлению, мой кот очень дружелюбно отреагировал не неизвестных, а такое было впервые на её памяти. Тем не менее, потребовалось прибытие службы безопасности школы, чтобы ситуация чуток прояснилась, но только для Клеарис.

Родители сначала растерялись, а после, едва не устроили скандал. Оно и понятно, узнать, что на самом деле прошло четыре года, а их сын успел не только успешно закончить эту самую школу по специализации курьера, но и уже больше года работает им. И не просто так работает, а считается одним из лучших и удачливых. На очень пристрастный вопрос, где же им сейчас искать сына, получили робкий ответ — он на задании, а если точнее, вышел на маршрут и сейчас его нельзя отвлекать.

По уверению всех кого ни попадя, моё текущее было задание очень простое и безопасное. А пока предложили ознакомиться с моими успехами. На второй день они узнали, сколько я отсутствую, и что откуда и куда должен был доставить. Я провёл аварийную консервацию убежища на сутки раньше, чем раскрутилась бюрократическая машина. По утверждению тех чиновников, если со станции наблюдения не поступало сигналов тревоги, то значит всё в абсолютно полном порядке. А после начался настоящий бардак, в результате которого многих насидателей тёпленьких местечек освободили от занимаемых должностей и отправили куда подальше.