Чтение онлайн

А вот со второй частью плана возникли огромные проблемы: айвы не спешили появляться. Видимо, обостренные чувства диких кочевников подсказывали, какая пакость их здесь ждет. Никто не желал стать жертвой ящера и, соответственно, потом быть спасенным моими героическими акрамами. Ждали уже второй день, и ящерка изрядно приуныла, попытки вырваться становились все реже и слабее. Как бы к тому времени, как покажутся долгожданные айвы, она просто-напросто не издохла.

Ранним

утром третьего дня удача улыбнулась нам – показался отряд айвов, всадники на небольших лошадках, явно привыкших к длительным переходам по засушливой местности. Их насчитывалось чуть меньше десятка, все вооружены луками и кривыми саблями. Головы покрывали круглые конические шлемы или меховые малахаи. Поверх чапанов часть воинов надела кожаные доспехи; один из них, видимо командир отряда, блистал стальной кольчугой. Отряд шел тесно, не выслав вперед разведчика: воины, видимо по привычке, были насторожены, но еще не так, как те, кто вступал в пределы Пустоши. До ее границ оставалось еще километров десять, а потому глава искателей давал воинам последние часы отдыха.

Мы не случайно подобрались к владениям айвов как можно ближе. Воины, вступившие на территорию Пустоши, как правило, столь напряжены, что почувствовали или вычислили бы нас по еле заметным признакам и заставили разведчиков трижды перепроверить свои опасения. Но на условно еще своей территории айвы чувствовали себя более уверенно, а потому пропустили нападение ящера.

Рептилия, выпущенная акрамами и получившая несколько аккуратных тычков, задавших направление, ринулась в сторону кочевников. Голод, по всей видимости, пересилил пережитый страх, и ящер бросился в атаку.

Айвы – опытные охотники – сразу рассредоточились. Убегать от ящера было делом бесполезным, тот мог на расстоянии одного-двух километров бежать со скоростью хорошего скакуна, а учитывая песок, лошади в таком забеге явно проигрывали. Потому бегство могло закончиться лишь одним: самый неудачливый из кочевников попал бы в желудок монстра. В данном случае умудренный опытом командир предпочел не терять никого: воины закрутили карусель вокруг рептилии, посылая в нее со всех сторон стрелы. Но даже пущенные с близкого расстояния отменными составными луками кочевников, они не могли нанести ощутимый вред ящеру, бессильно отскакивая от панциря.

Смысл карусели остался для меня загадкой. Возможно, айвы пытались поразить глаза или попасть в пасть рептилии, или же ждали удобного случая закончить дело саблями. Но судьба распорядилась иначе: один из всадников замешкался, и ящер, до этого метавшийся то в одну, то в другую сторону, вдруг резким прыжком преодолел разделявшее их расстояние, и его челюсти, усеянные огромными зубами, сомкнулись на крупе лошади. Незадачливый айв свалился с коня, ящер же, клацнув зубами, впился в шею его скакуна. Еще минута, и рептилия доберется до парня – и тут в игру вступили акрамы.

Два исполинских богомола, свернувшись в кольца, на бешеной скорости помчались к месту событий. Я уже видел пару раз, как воюют акрамы, зрелище, надо сказать, на неподготовленного зрителя производит неизгладимое

впечатление. Диски серебристого металла беспрепятственно вкатились в круг кочевников, а потом в доли секунды развернулись в двух гигантских псевдонасекомых с ужасающими четырьмя передними конечностями, оканчивающимися наподобие лезвий меча мощными хватательными клешнями. Думаю, будь айвы чуть послабее нервами, добрая половина из них скончалась бы от пережитого страха, а вторая, позорно обделавшись, закончила жизнь самоубийством.

Но кочевники оказались на удивление крепкими ребятами. Не показав виду, они с тем же невозмутимым спокойствием стали постреливать в акрамов, но это было занятием еще более бесполезным, чем обстрел ящера. Акрамы же резко блокировали ящера, буквально нанизав его на свои страшные мечи. Клешни зафиксировали дергающееся в судорогах тело. Незадачливый кочевник был спасен – слава богам, план начинает работать!

Следом на сцене появился я собственной персоной. Выход был обставлен с достойной момента театральностью: я, восседая на третьем акраме, предстал перед изумленными детьми степи.

– Приветствую славных айвов! – обратился я к кочевникам на общем не только для людей, но и эльфов и гномов языке.

– Мир твоему дому! – ответил самый старший из айвов, крепкий мужик лет сорока.

Острый его взгляд не выражал ни благодарности за спасение, ни немого вопроса. Айв держался, как будто произошло обыденное событие, что несколько выбивало из колеи: я-то, наивный, надеялся отбиваться от потока благодарности.

– Меня зовут Алекс. Я немного заблудился в Пустоши.

– Мое имя Абак, и я айв из рода шаунов. Странные существа окружают тебя, Алекс. – Кивок в сторону застывших акрамов. – Ты великий маг или приспешник демонов?

– Ни то ни другое, это воины погибшей Империи, они спасли меня в пустыне от жажды и довезли до вас.

– Удивительно! Айвы ходят в Пустошь с незапамятных времен. Немногие только слышали о чудесных големах погибшей Империи, но никто не видел их.

– Я в Пустоши первый раз, и эта случайная встреча послана богами. Воины спасли меня от ужасной смерти и теперь спасают, помогая выбраться из пустыни.

– Не верю в случайности, Алекс. Твое спасение и спасение отряда – это судьба, и, возможно, наша встреча поможет тебе и моему народу. Мы благодарны за избавление от монстра пустыни. Я прошу тебя быть гостем, да осветят наш шанырак узы дружбы и гостеприимства.

– С радостью приму ваше предложение!

Воин, спасенный акрамами, поблагодарил нас глубоким поклоном. Потом по команде старшего половина отряда осталась разделывать ящера, который, как оказалось, представлял немалую ценность: из панциря делали неплохие доспехи и щиты, железы и внутренние органы служили ингредиентами в некоторых лекарствах и мазях, а мясо шло в пищу. Ну, последним меня теперь, к сожалению, не удивить. Старейшина с тремя воинами, в том числе со спасенным нами, повели нас к своему жилью. Я привычно устроился на жестком металле акрамов. Как говорится, лучше плохо ехать, чем передвигаться на своих двоих.