Чтение онлайн

– Будешь нашим проводником? Я заплачу.

– Дело не в деньгах.

Галим задумчиво теребил черные коротко стриженые волосы. Старуха, внимательно слушавшая разговор ночных гостей, беспокойно заворочалась на койке, засопела, закашлялась еще громче. Видимо, хотела своим кашлем предостеречь сына от необдуманного и опасного шага. Галим продолжал раздумывать.

– Без тебя мы вряд ли найдем Назарова, – сказал Акимов. – Тогда, считай, все насмарку. Скоро нам нужно возвращаться обратно через границу. Если согласен, скажу только одно: дело рискованное. – А, что мне терять? – махнул рукой Галим. – Работу? Школа

закрылась два года назад, с тех пор я не учу детей. Обещали открыть мусульманскую школу, изучать адат и шариат. Но и это заглохло. В этой глуши негде подработать. Тут никто не станет брать частные уроки французского. Так что, я с вами.

Старуха разразилась таким страшным кашлем, что зазвенело оконное стекло. Галим подошел к газовой плите, открыл дверцу духового шкафа, вытащил оттуда брюки, свитер, матерчатую куртку и солдатские ботинки с толстыми подметками. Стал одеваться.

– Что одежда в плите делает? – спросил Рогожкин. – Жарится?

– Четыре года назад на областном конкурсе сельских учителей мне присудили второе место. И приз – эту плиту. Газ сюда не провели. Плита у меня вместо бельевого шкафа.

Учитель сел на койку и стал зашнуровывать ботинки. Рогожкин покачал головой. Да, дом полон бесполезных вещей. Гроб без покойника, плита без газа, печка без дров… Акимов, решивший, что сыну лучше попрощаться с матерью один на один, без посторонних людей, поднялся:

– Мы подождем на улице.

Втроем они вышли из дома, присев на корточки, закурили. Ветер немного стих. Из темной вышины на землю падали первые снежные хлопья. За дверью слышались голоса, женский и мужской. Говорили по-казахски. Наконец, старуха замолчала, стала сновать по тесной комнате, собирая сына в дорогу.

Скурили по две сигареты, пока вышел Галим.

Одетый в коричневую шерстяную куртку и кепку с меховыми ушами, он через одно плечо перебросил лямки рюкзака. На другом плече висел бурдюк из невыделанной лошадиной шкуры, полный кумыса. В руке он держал внешнекурковую двустволку шестнадцатого калибра ТОЗ – 80. Последнюю дорогую вещь, которую нужда еще не заставила обменять на муку или уголь. Из-под расстегнутой куртки виднелся пояс с патронами.

– Я готов, – сказал Галим.

– Оставь свою тулку, – сказал Акимов. – Подберем тебе кое-что получше.

– Мне лучше не надо, – покачал головой Галим.

Выяснить личность Рогожкина для Литвиненко не составило большого труда. Помог старый приятель. Этот мент занимал не слишком высокую должность в московском ГУВД, но зато имел доступ к информации. Вечером Литвиненко заперся на все замки, погасил верхний свет и стал обдумывать сведения, которые удалось раздобыть.

Оказалось, Николай Рогожкин давно на прицеле у милиции. Хоть и мелкая рыбешка, умудрился попасть в оперативную разработку. Кое-что у ментов на Рогожкина имелось. Работал экскурсоводом в музее трудовой славы какого-то завода. Но это лишь прикрытие. По непроверенным данным, Рогожкин жил тем, что угонял на заказ дорогие иномарки.

Несколько дней назад на автозаправочной станции убили крупного столичного коммерсанта Вадима Клюева, угнали его «Мерседес». Возможно, к этому преступлению причастен Рогожкин и некто Артем Чулков, его друг. «Мерседес» перегнали к скупщику краденых машин Рифату Шабаеву. Милиция села на хвост угонщикам

и перекупщику. Но друзья покойного бизнесмена оказались проворнее.

Артема Чулкова тремя выстрелами из пистолета завалили в кабаке «Поднебесье». Труп Рифата Шабаева со следами изощренных пыток обнаружили возле проселочной дороги в районе шестидесятого километра Минского шоссе. Перед смертью перекупщику отрубили руки.

Рогожкин исчез. Ушел из дома, провел экскурсию по музею, заглянул в «Поднебесье» к той самой лярве, что танцует в варьете. Каким-то чудом спасся от пуль убийц. В туалете Рогожкин избил и обчистил Алексашенко. И затем с чужим паспортом вынырнул в той самой гостинице. Провел в своем номере несколько дней, свел знакомство с Кашириным, соседом по этажу.

Эти несколько дней Рогожкин не сидел сложа руки. Ему нужно было смыться из Москвы, и поскорее. Рогожкин искал и нашел работу. И подписал на это дело своего нового знакомого Каширина. Что за работу нашел Рогожкин? Это тоже понятно. Взялся перегнать грузовики с грузом в Казахстан.

Шустрый малый. Его интересы совпали с интересами Каширина, который тоже мечтал слинять, но не знал, как все лучше устроить. Наверняка именно Рогожкин отсоветовал Каширину ходить на похороны молодой жены. Мол, тебя там, прямо на кладбище, замочат. Положат рядышком с убиенной супругой. Что ж, Рогожкин дал Каширину дельный совет, спас ему жизнь. Каширин бы непременно пошел на похороны, надо знать его натуру.

И, разумеется, Каширин не стал бы сбрасывать пудовую гирю на парадный подъезд фирмы «Меган». Злостное хулиганство – это в стиле интеллигентного человека. Тут тоже без Рогожкина не обошлось. Тварь, пропади он пропадом.

Литвиненко остался доволен собой: вот как много можно успеть всего за один день. Он хорошо поработал. Но главные вопросы остаются без ответа. Где сейчас, в данный момент, находятся Рогожкин с Кашириным? Чей груз и куда они этот груз перевозят? Решить эти вопросы нужно завтра же.

Главное, не дать этим субъектам добраться до пункта назначения. Иначе там они получат расчет, и в Москву не вернутся. Подпишутся на другое сомнительное дело, потом ищи ветра в поле. Значит, завтра же нужно отработать все связи Рогожкина, его знакомых.

Работодатель Рогожкина, скупщик краденых машин Рифат Шабаев мертв. А с кем еще поддерживал деловые отношения молодой человек? По данным ГУВД, он выполнял разовые поручения некоего Игоря Михайловича Акимова, судимого за убийство, завхоза фирмы «Орфей». Судя по названию фирмы, они там нотами торгуют или ремонтируют рояли. На самом деле их профиль – нефтяной и бензиновый бизнес, посреднические услуги и еще какая-то хреновина. Возможно, Акимова и Рогожкина не связывает криминал.

Акимов доверял ему разную мелочевку: мелкий кузовной и слесарный ремонт, покупку запчастей для своей мастерской и так далее. Завтра же нужно выяснить, не Акимов ли подрядил Рогожкина перегнать машины в Казахстан. Если так, то задача упрощается.

Слишком мало времени в запасе. Пора ставить в этом деле точку.

Литвиненко подошел к окну, раздвинул шторы. Темный вечер переходил в ночь. Гасли окна, тускло светили фонари. Последний дождь мешался с первым снегом. К оконному стеклу прилип желтый лист. «Скоро зима», – подумал Литвиненко. Вот как заработался, времена года перестал замечать.