Чтение онлайн

Судя по звуку, воры, или кто там ещё мог забраться в дом, ковырялись с дверью в гостиную – массивным дубовым сооружением с искусной резьбой, и надёжным немецким замком. Спустившись вниз по узкой боковой лестнице, видимо предназначенной для прислуги, Виктор сквозь приоткрытую дверь из малой гостиной, наблюдал как здоровенный плечистый мужчина в тёмных брюках и тёмной рубашке ковырялся с замком. А второй громила стоял рядом с пистолетом в руке. Он-то и получил первые пули, в плечо, и в ногу, для снижения мобильности. Грохот выстрелов разорвал тишину дома, а второй мужчина, сразу крутанулся на пол, откатываясь

в угол, и не жалея патронов, отрыл стрельбу из пистолета по силуэту Виктора. Но магазин быстро опустел, и когда стрелок выдернул запасной магазин из кармашка кобуры, почувствовал, как в висок упёрся ствол.

– Слышь, парень, мы только поговорить…

– Наговоришься ещё. – Виктор ударил коленом в голову стрелку, опрокидывая его на пол, и только тогда понял, что его тоже зацепили. – Вот суки! – Он сдёрнул ремень, со штанов, и накрепко связал сначала одного, а затем другого, и зажимая рану в левом плече, собрал пистолеты, обыскал нападавших и только после этого подошёл к телефону, стоявшему в прихожей.

– Дежурный Иванцов у аппарата.

– Здесь Николаев, пятьдесят пять двадцать один. Прошу группу и медиков.

– Группа поднята по тревоге, товарищ Николаев. – Тон дежурного сразу сменился. – Вы ранены?

– Да, зацепило чутка, но продержусь.

Парни из КГБ приехали минут через тридцать, что было очень неплохо учитывая откуда они ехали. А вот Виктору было уже совсем нехорошо, и поняв, что пленными есть кому заняться, он просто вырубился на руках у медиков.

Очнулся уже около полудня следующего дня в палате госпиталя имени Бурденко с завязанным плечом, и первой его мыслью было «Б-ть, накрылся мой катер!».

Где-то через полчаса появился доктор, который объяснил, что пуля хоть и не задела кость, но прошла довольно нехорошо, и в повязке придётся походить весь сентябрь.

– Пуля вошла неудачно, так что она сильно травмировала мышцу. – Хирург развёл руками.

– Знал бы, я бы этих мразей в плен не брал. – Проворчал Виктор. – Пристрелил бы на месте.

На это доктор только тяжело вздохнул, и покачав головой вышел из палаты. А часа через два приехали родители. Мама охала и все касалась повязки кончиками пальцев, Папа всё повторял, что до свадьбы заживёт, а Виктор мучительно размышлял что же им сказали, насчёт причин ранения, и не влетит ли он сейчас в какой блудняк со своей версией.

К счастью минут через десять пришла медсестра – высокая фигуристая темноглазая брюнетка, в белоснежном халате, и не слушая возражений выперла родителей из палаты.

Она же, помогла добраться до туалета, где Виктор сделал свои дела, умылся и вообще привёл себя в порядок. А ещё через час приехал Судоплатов в форме и со всеми наградами, и рассказал Виктору кто и зачем полез к нему в дом.

– Они, понимаешь, шли к тебе, думая, что ты просто башковитый парень и конечно сломаешься, как только они надавят. К тому, что они сами окажутся в роли добычи, готовы никак не были. Ну и поскольку они здесь нелегально, то вопрос их возврата никак не стоит. Так что будут рассказывать, пока нашим следователям не надоест.

– А кто это?

– А я не сказал? – Судоплатов сокрушенно покачал головой. – Извини, замотался. Сайерет Маткаль. Это…

–

Я в курсе. – Виктор кивнул. – И что им нужно было? Какого чёрта они вообще ко мне припёрлись?

– Ну, ты же в информационном управлении числишься. – Павел Анатольевич пожал плечами. – Вот они и решили, что ты как-то в этом процессе участвуешь. Кстати, вполне обоснованно.

– Суки. – Буркнул Николаев. – Сейчас же на меня опять охрану повесят…

– Так уже. – Генерал развёл руками. – Вон, у входа стоят.

– Павел Анатольевич, а что, моим-то сказали, по поводу ранения?

– А ничего. – Судоплатов усмехнулся. – Полковник Зубатов, который с ними разговаривал, просто показал удостоверение, и объяснил, что подробностей не будет. Рассказал, что ты герой, большой молодец, и всё сделал правильно. Выглядит-то всё так, будто тебя просто зацепило шальной пулей. О перестрелке почти никто не знает. Дед кстати за тебя очень переживал. Хотел лично Голде Меир звонить, выяснять почему это израильские головорезы решили убить государственного служащего СССР, и является ли терроризм официальной политикой Израиля. Но уговорили подождать пока следователи пообщаются с арестованными. Глядишь и тем для скандала будет больше. Но насчёт охраны распорядился сразу.

– А учёба начнётся? – Проворчал Виктор.

– До этого ещё дожить нужно, а вот что я приказал сделать уже сейчас, так это установить сигнализацию в доме, и на квартире, плюс поселим у тебя человека. Хороший дедушка, ветеран, будет жить у тебя, ну и в случае чего, лишним не будет. Дедушка хоть и старый, но двух этих деятелей повязал бы без шума и пыли.

– Да, ладно. – Виктор хмыкнул. – Это второй, магазин отстрелял за три секунды и практически в полной темноте. Так что дедушка был бы просто в решето. Павел Анатольевич, вы всё время забываете, что у меня за плечами довольно бурная жизнь, и я повидал всякое.

– Всё равно, пусть побудет. И тебе спокойнее, и нам.

– Да пусть побудет. – Виктор кивнул. – А нет ли у вас в загашнике бригады каких-нибудь яхтостроителей? А то я так понимаю, что мой личный трудовой подвиг накрылся медным тазом.

– Найдём. – Судоплатов кивнул. – Сейчас таких вольных бригад, как угольков за печкой. Так что не переживай, всё сделаем.

Через три дня Виктора выпустили из госпиталя, наказав являться на перевязку и осмотры и добравшись до загородного дома, он обнаружил, что в доме кипит жизнь. Человек пять, крутились рядом и на катере, под стук молотков и жужжание дрели. А за всем этим, стоя на крыльце с парящей чашкой кофе, наблюдал сухощавый мужчина лет шестидесяти, с голубыми светлыми глазами, и короткой седой причёской.

– Виктор Петрович. – Мужчина повернулся, и протянул руку. – Подполковник Батов, Игорь Сергеевич.

– Доброго дня, Игорь Сергеевич. – Виктор кивнул. – Где решили поселиться? Можете выбирать любую из комнат.

– Да я, наверное, на первом этаже, возле гостиной. – Отставник показал пальцем. – Там и пульт сигналки, если что, и вообще к дверям поближе.

– Оружие есть?

– А как же. – Мужчина кивнул. – Павел Анатольевич оставил автомат, цинк патронов, и пяток эфок[6], ну и у меня Стечкин. Только патронов всего пара коробок.