Чтение онлайн

– Пока с ней возились, чуть малыша не потеряли. Он совсем плохой, даже до завтра скорее всего не дотянет!

– Да, жаль конечно... Сейчас записи внесу.
– ответила сидевшая на посту и тут же отвлеклась, взяв трубку зазвонившего телефона:

– Родильное отделение! Что? Да! Сейчас посмотрю, минуту...
– ответила она в телефон и начала что-то набирать на клавиатуре.

–

Смотри какие красавцы!
– шепнула одна из медсестёр своей напарнице. Та подняла голову и посмотрела на людей в чёрной униформе, приближающихся к стойке за которой они сидели.

– Добрый вечер! – поприветствовала она, - Что вы хотели?

– Здравствуйте!
– ответил один из подошедших, - Нам нужно узнать о Виктории Кудрявцевой. Она сегодня к вам поступила.

Медсестра поискала в компьютере, затем прочитала появившиеся на экране строки и растерянно глянув на свою коллегу, подняла взгляд на спросившего:

– Подождите, пожалуйста, я позову её врача!
– попросила она, взявшись за трубку телефона и набирая номер.

– К сожалению, всё случилось настолько стремительно, что мы просто ничего не смогли сделать, чтобы спасти её - словно оправдываясь, объяснял врач подошедший по звонку медсестры, испуганно глядя на хмурых людей в форме.

– Что с ребёнком?
– подал голос, молчавший до этого второй гость.

– Он сейчас в реанимации в очень тяжелом состоянии. Думаю, что он не переживёт эту ночь. Простите, мне очень жаль!
– врач был очень расстроен.

– Ребёночек в критическом состоянии! Только что автоматическая запись в системе появилась!
– читая с экрана воскликнула одна из медсестёр сидевших на посту.

Врач развел руками.

– Спасибо! – кратко бросил тот, что спрашивал о ребёнке, и оба гостя, не проронив ни слова больше, покинули здание роддома.

В этот момент в отделении детской реанимации над стеклянной капсулой, в которой лежало крохотное тельце новорожденного малыша, склонился человек в сером костюме. Он сосредоточенно, не обращая никакого внимания на истошно пищащую аппаратуру, смотрел на ребёнка. Через пару минут синие губы ребёнка сменили цвет на бледно-розовый, мертвенная бледность отступила, и на щеках появился лёгкий румянец. Ребёнок вздохнул, открыл мутные голубые глаза и громко закричал. Человек в сером костюме облегченно вздохнул и улыбнулся, словно проделал очень тяжёлую работу и теперь рад её результату. Через мгновение он исчез, а в отделение вбежала медсестра, на ходу поправляя полы расстёгнутого халата.

– Виктория Кудрявцева скончалась сегодня днём при родах от кровоизлияния в мозг и последующей внезапной остановки сердца. Ребёнок умер через несколько часов в отделении реанимации - отчитался мой секретарь и склонил голову, ожидая дальнейших указаний.

Я молчал глядя в окно, выходящее на широкий проспект, по которому, расплёскивая лужи, сновали автомобили, а толпы прохожих, торопясь домой после рабочего дня, устраивали разноцветный калейдоскоп из своих зонтов. Секретарь негромко кашлянул и я, отвлёкшись от дождя за окном, кивком поблагодарил и отпустил его. Он вышел, практически беззвучно закрыв за собой дверь.

Подойдя к большому письменному столу,

я открыл дверцу и достал из нижнего ящика бутылку коньяка. Этот коньяк изготовили по моей просьбе и моему же рецепту лучшие специалисты этого мира. Плеснув себе половину стакана, я выпил его залпом. Жидкость, тёплым вихрем пройдя по пищеводу, огнём разошлась по желудку, согревая его. Шумно выдохнув, я налил вторую порцию и вернулся к окну. На этот раз я пил по чуть-чуть, смакуя.

Глядя в окно, я не видел прохожих и их зонты. Не видел улицу, дома и машины. Перед глазами проплывали последние месяцы моей жизни.

Вот мы с Викой ругаемся, стоя на крыльце Макдональдса и она, уходя по улице со слезами на глазах, кричит, чтобы я исчез из её жизни и больше никогда не попадался ей на глаза...

Следом перед глазами всплыло то, что я видел несколько месяцев в своих снах и только недавно стал забывать: я убиваю солдат в чёрной униформе, стреляющих в меня, пытаясь очередями из своего оружия угнаться за моими перемещениями по арене с застывшими на трибунах людьми в белых одеждах...

Мелькнуло удивленное лицо Председателя Собрания Хранителей, когда он, приготовившись узреть, как очереди из автоматов порвут моё тело, вдруг обнаружил меня за своей спиной и тут же получил пулю в грудь из моего пистолета…

Вспомнилось, как я убивал Хранителей, которых пожалел в тот день, велев убираться с моих глаз. А они, в "благодарность", через полгода, нашли и убили Аню, к которой я вернулся и с которой жил в последнем мире.

Как за пару месяцев, разыскав и лично уничтожив каждого Хранителя, я остался в их мире, оказавшимся единственным населённым миром в их линии. Остался и стал создавать свою империю. Империю, во всех мирах поглотившую "Сквозь миры" и тех, кто раньше работал на Хранителей: Исследователей, Законников, Наблюдателей, Исправителей.

Вспомнил, как я с большим трудом, раз за разом слушая отрицательные отчеты, разыскал Вику в одном из миров. Как с удивлением и радостью узнал, что она беременна и нетерпеливо ждал роды, чтобы попытаться помириться с ней.

А сейчас я потерял последнюю родственную душу.

Ну, и на кой чёрт теперь жить? – я налил очередную порцию коньяка, – Строить мир во всем мире? Точнее во всех мирах?

Я задумался.

– А почему бы и нет?

От послеобеденного отдыха меня отвлёк стук в дверь кабинета. Дверь отворилась и в кабинет заглянул мой секретарь.

– Шеф, у нас проблема: в одном из миров обнаружено вмешательство в события Потока. По данным Потока девушка должна была погибнуть, но этого не произошло. При этом странным являются два фактора: первый - это то, что по нашим розыскным мероприятиям, эта девушка в единственном числе во всех мирах, а такого просто не может быть. А во-вторых то, как именно она спаслась или кто её спас - абсолютно не понятно. Исследователям и Исправителям не удалось найти ни одной зацепки.