Кто я?
Шрифт:
– За мной гнался парень из мазды, и видимо приложил электрошоком.
– Теперь я в какой-то больнице.
– В общем, весело!– подытожил я размышления.
От дальнейших раздумий меня отвлекла внезапно зазвучавшая рядом знакомая мелодия.
– О, мой телефон!– обрадовался я и поискал источник звука.
Рядом с постелью стоял стул, на котором лежали мои футболка и джинсы, а сверху лежал звонящий мобильник. Я дотянулся до него
– Алло?! Привет ещё раз! Ты куда делся?
– голос принадлежал Сергею - Я к тебе заехал, а тебя нет!
– Я за сигаретами вышел. И так получилось, что оказался в какой-то больнице.
– Ну, ты даешь! Как маленький! Ни минуты одного нельзя оставить! – хохотнул Сергей, но тут же перешёл на серьёзный тон - Что случилось? Спина заболела или таз дал о себе знать?
– Ни то, ни другое.
– Тогда как ты в больнице оказался?
– Да странная история. Я даже не знаю в какой больнице нахожусь.
– К окну можешь подойти?
– Наверное. Сейчас.
Слегка поморщившись, я выдернул иглу капельницы из руки. Отдернул лёгкую штору, открывая обычное пластиковое окно, за которым оказалась решётка. Точь-в-точь как в тюрьме.
– Сергей, тут решётка на окне.
– Решётка? А что за окном видно?
– Ну, деревья, забор желтый такой, бетонный.
– Желтый? Ммм..
– Сергей на секунду задумался, - А посмотри направо подальше - есть будка наподобие КПП?
Я приник к окну, вглядываясь вдоль забора.
– Да, похоже.
– Значит ты в охраняемом отделении городской больницы. У меня есть туда допуск, сейчас приеду, жди!
– он повесил трубку.
Решив, что появляться в трусах в коридорах больницы не в моих правилах, я надел джинсы, футболку, натянул кроссовки. Заметив пропущенный ранее умывальник с зеркалом, подошёл к нему.
– Красавец!– оценил я своё взлохмаченное отражение.
Включив воду, я попытался оттереть кровь, засохшую коркой на правой щеке. Это почти удалось - остались лишь небольшие царапины. Затем я умылся, вытер лицо висевшим рядом полотенцем, и причесался "расческой холостяка" - мокрой пятерней,
Закончив процедуры, я подошёл к двери в палату и осторожно потянул её на себя. Дверь открылась практически бесшумно, и я выглянул в коридор. В дальнем конце коридора виднелся сестринский пост, а почти напротив меня в открытые двери виднелась лестница.
Убедившись, что в коридоре никого нет, я как мышь, которая ворует из миски кота прямо у него под носом, прокрался по коридору и нырнул на лестничную площадку, на стене которой красовалась гордая цифра три. Надпись над дверями, ведущими в покинутый мной коридор, гласила, что меня приютило отделение интенсивной терапии.
– Я не знаю, что это значит, да и пофиг, надо сваливать!– сделал дельное предложение инстинкт самосохранения.
Решив, что он прав, я, стараясь не шуметь, поскакал по лестнице вниз. На первом этаже лестница вывела в холл, где, как ни странно, не было ни души. Дверь на улицу была
– Ты куда?
– удивился мой "товарищ".
– Э-э-м-м... Курить!
– нашёлся я с ответом.
– Нечего здоровье портить! Смотрю - ты в норме, пошли тогда.
– Сергей повернулся и направился в сторону будки, на которой гордо висела табличка с надписью “КПП № 1”.
В КПП нас окинул строгим взглядом охранник. Сергей, через стекло показал ему своё удостоверение, и товарищ в форме нажал кнопку перед собой. Прозвучал короткий сигнал и на двери, противоположной той, в которую вошли мы, щёлкнул замок.
Рядом с КПП стояла машина, марку которой опознать я не смог. Сергей подошёл к задней двери, распахнул её и улыбнулся мне:
– Присаживайся!
Инстинкт самосохранения, бодро сыграв труса, заверещал:
– Это какая-то подстава! Не лезь туда!
– Хотели бы убить, давно бы убили!– отозвались остатки храбрости – Лезь внутрь, может хоть что-то прояснится.
Я глянул на Сергея, который с улыбкой ждал пока я сяду в машину, и решился. Сев в машину и подождав пока глаза привыкнут после яркого света улицы, я посмотрел на сидящего рядом человека: это был мой, умерший год назад, отец.
Глава 5.
Отец выглядел как... Как мой отец! Настоящий! Живой!
Видя моё полное замешательство и перекошенное лицо, отец легонько усмехнулся:
– Добрый день. Не пугайся, пожалуйста. Мы сейчас поедем ко мне, а там я попытаюсь объяснить тебе, что к чему. Хорошо?
Я кивнул.
Сергей вёл машину быстро и плавно. Я во все глаза нескромно пялился на отца. Он ни капельки не изменился с того момента, как я лично закрыл крышку его гроба и первым бросил горсть земли сверху: тоже усталое, морщинистое лицо; те же очень умные глаза; те же прямые волосы, седые на висках. Даже на месте была крупная родинка на шее, за которую будучи ещё живой, его часто ругала мама, пытаясь загнать к врачу.
Сергей остановил машину перед коваными воротами и нажал на кнопку на панели. Ворота начали неторопливо открываться.
– Ты здесь живешь?
– спросил я у отца.
– Да - кивнул он.
– А что с квартирой?
– У меня нет, и никогда не было, квартиры.
Пока я раздумывал над его ответом, в голове как старые фотографии всплывали кадры моего детства, проведенные в квартире папы и мамы: трехколесный велик, на котором я врезался в шкаф и разбил какую-то дорогущую вазу, за что получил от мамы; наша кухня, где мама вручную лепила отличные пельмени; папин рабочий стол, трогать на котором что-либо мне запрещалось: моя комната, увешанная постерами разных групп, собираемых с ранней юности…