Чтение онлайн

Я нашел его. Это была железная решетка во всю стену. Из нее дул воздух. Я не знаю, что было за ней. И у меня не было возможности это проверить. Я просто подумал, что, скорей всего, за ней и находится та штука, которая пускает воздушную струю. Мне казалось, что решетка вставлена будто наглухо. Проникнуть за нее невозможно. Но вот загородить чем-нибудь можно было бы. Например, если бы я приехал сюда на грузовике и ссыпал груду руды к решетке, то она, возможно, забилась бы так, что сломалась.

К сожалению, никто не позволит мне разъезжать по Корпусу и засыпать рудой вентиляцию.

Я

побежал в другую сторону. Там должно быть еще интересней. Я могу увидеть выход. Именно это меня занимало больше всего.

От одного края корпуса до другого я бежал сорок минут. Так далеко мне не приходилось еще бегать, и я запыхался. А где вы видели задыхающуюся машину? Надо было предпринять все меры предосторожности. Если кто-то меня в чем-то заподозрит, он не станет спрашивать, разрешил ли мне инструктор бегать по всему Корпусу. У меня нет рта, и я не смогу объяснить ему, что не ослушался ничьих приказов.

А может, мое сердце заколотилось не от длительной пробежки, а оттого, что я, наконец, увидел выход. Это была металлическая дверь, которая словно впаяна была в стену. Рядом была небольшая коробочка на стене. И я понимал, что эту дверь открыть может не каждый. На коробочке был нарисован ключ. Значит, надо раздобыть где-то этот ключ, засунуть его в коробочку, и только тогда дверь сможет открыться.

Но как же я вышел наружу в первый раз? Я был уверен, что сделал это. Неужели я раздобыл где-то ключ? Или я подкараулил человека с ключом и нырнул в дверь за ним?

Я не помнил, как это было. Мог только догадываться.

Слева от двери было помещение для гермошлемов. Дверь там была стеклянная. Это хорошо. Я увидел, как на полках лежат рядами гермошлемы. Там находилась еще какая-то женщина. Она сидела за столом. И я подумал, что она выдает гермошлемы тем, кто их спрашивает.

Не она ли в прошлый раз подняла панику и вызвала людей, которые потом обработали меня?

Мне очень не понравилась эта женщина.

Я пробежал мимо помещения еще раз. На сей раз я увидел, что гермошлемы лежат на полках. Даже если я приеду сюда на грузовике, у меня не получится передавить их колесами. Для этого нужно сначала скинуть их на пол. Или опрокинуть полки, а я не уверен, что это может получиться.

В общем, я увидел выход, но так и не понял, как можно выйти наружу.

Я побежал обратно. В конце концов, у меня в распоряжении было только два часа. Надо было и возвращаться. Но возвращался я не таким веселым, как был. В голове снова звенело слово «никогда».

Я понимал, что шансов выбраться отсюда у меня очень мало. А если у меня не будет союзников, если я буду делать это сам, то шансов практически вообще нет.

Вместе с осознанием у меня включилась не только боль, но и голод. Раньше я его не замечал. Приходилось терпеть оборотную сторону памяти и сознания: неудобства, связанные с телом. И я бы с радостью терпел их на воле. Из Корпуса надо выбираться. Иначе можно деградировать не только от бездействия, но и от боли, голода и усталости.

Есть еще такая вещь как канализация. Раньше я не принимал ее в расчет. Если затопить Корпус канализацией,

хотя бы мелким слоем по щиколотку, для людей это будет настоящий удар. Особенно для женщин. С моими сородичами ничего страшного не случится. Тот, кто считает себя машиной, не умеет брезговать. Я же когда-то съел тухлое мясо, отобрав его у тараканов. И ничего, все было нормально.

Я размышлял, как же можно вывести из строя канализацию. Всю ночь я спускал унитаз в своей комнате, но так ни до чего и не додумался. Я не понимал, как это работает. Я спустил несколько литров воды просто так, а потопа не было и не было.

Если бы у меня в комнате было хоть что-то, им можно было бы забить унитаз. Но личных вещей у меня не было. В комнате находились лишь кровать и стол, а они в унитаз не помещались.

Я вспомнил о крышке, которую дал Ему. Эту вещь можно было бы спустить в унитаз. И если постараться и поподбирать по Корпусу много разных предметов, можно было устроить потоп в моей комнате.

Но мне нужно было затопить весь Корпус, а не свое собственное жилище. И я не представлял, как можно это сделать.

В плане эвакуации не было ни одного помещения, которое обозначалось бы: «Центр канализации».

Еще я знал, что электричество боится воды. Это сказал толстяк своей девушке, а я подслушал. Он сказал:

– Не ставь стакан возле плеера. Ты что, не знаешь, что электричество боится воды?

– Да что с ним случится? Мой стакан не протекает.

– Да? Вот однажды у меня тут короткое замыкание чуть не случилось. Под полом идет силовой кабель, а у меня сырость. Ну и начало пробивать током мой стол. У него металлические ножки. Я уж не знал, что такое. А потом ремонтников вызвал, они и обнаружили. Сказали, что мне крупно повезло, что я живой остался.

– Бедненький мой мальчик! – сказала девушка и поцеловала толстяка в макушку.

Из этого разговора я понял не только то, что толстяк набивается на сочувствие. А что электричество боится воды.

Я долго думал об электричестве. Вспоминался излучатель. Интересно, что именно он излучает? Потрескивание голубой волны больно уж напоминало мне потрескивание электричества в силовых кабелях.

Еще я понимал, что любая энергия должна исходить из чего-то. Взять хотя бы вентиляцию. Без того, что находится за решеткой, не было бы никакого потока воздуха. Чтобы ехать на грузовике, нужно завести его. Чтобы работать бурильной установкой, надо зарядить аккумуляторы. Чтобы работать на пиле, надо натянуть пружину. В общем, чтобы пользоваться любой энергией, надо подключиться к ее источнику.

Если я хочу, чтобы все электричество Корпуса вышло из строя, я должен найти этот источник. В плане эвакуации его опять-таки не было.

Тогда я снова вспоминал разговор толстяка со своей девушкой. Он говорил, что из-за сырости у него стал пробивать кабель. Канализация и электроэнергия оставались для меня загадкой. Они оба были моими врагами, так как работали на благо людей. Вот если бы я смог стравить эти две силы! Если бы я смог прорвать канализацию, она затопила бы Корпус, электроэнергия бы вышла из строя, вот тогда наступил бы мой день!