Чтение онлайн

– Не совсем, - продолжил он.
– Вот, например, как отличить предчувствие произошедшего события от сильного желания в его непременном наличии в этом мире?

Я задумалась.

– Ну, предчувствие, тебе не подвластно, оно просто есть. В отличие от желания, это есть суть порождения тебя самого, твоих стремлений и целей к которым ты идешь, - рассуждала я.

Вечерний ветер холодил кожу и тепло его руки, согревающей мою, дарило неожиданный уют и комфорт. Я поймала себя на мысли, что именно в данный момент он перестал меня пугать и я разговариваю с ним на

равных, практически как с другом.

Видимо уловив изменение в моем настроении Влад остановился и развернув меня спиной к реке, взял меня за вторую руку.

– Тогда в чем же состоит отличие цели от желания?
– спросил он, задумчиво изучая мои руки.

– Ну, цель, это что-то более весомое, глобальное, неповоротливое и как ни печально, конечное, - вошла в раж я.
– А желание, как птица, есть и вот раз ее уже нет, а на ее месте глядь, уже другая. Но если их выстроить клином и назначить вожака, все вместе они могут долететь до цели, - улыбнулась я.

"Ну и бред я несу."

– Ты ошибаешься, - отозвался он.

Уточнить, в чем именно я ошибаюсь, я не успела, потому как он нежно коснулся моих губ своими.

Глава 4

Кто ты?

Я часто читала в женских романах такую расхожую фразу, как то - "стоило ему поцеловать меня, как передо мной распахнулись просторы вселенной и перед глазами вспыхнули звезды". "Небо в алмазах" я не увидела, потому как меня посетили совершенно иные видения.

Вот мне пять лет, и я рыдаю над сломанной куклой. Мне шесть и я заворожено, с легким оттенком страха, смотрю в черное окно поезда, за прозрачной сущностью которого на горизонте маячат несколько огоньков, быстро скрывающихся за мохнатой завесой мрачных исполинских сосен. Я с двумя огромными бантами гордо вышагиваю, с портфелем за спиной и букетом гладиолусов на перевес, первый раз в школу. Я с друзьями катаюсь на том же портфеле с горки зимой (ох, и влетело же мне потом дома за это). Мое первое признание в любви, услышанное в первом классе от мальчишки с голубыми глазами и русыми волосами, как же его звали?! Переезд в другой город и слезное расставание с моими друзьями. И прочая лента событий, оставшихся на стволе времени как зарубки, потому хорошо и глубоко впечатавшихся в память. Когда "машина времени моей памяти" приблизилась к старшей школе, меня посетила первая разумная мысль настоящего:

"Я что умерла или меня посетил большой жизнерадостный глюк?"

Разорвав контакт, я вновь смотрела с усмехающиеся серые глаза.

– А ты была очень хорошенькая в детстве. Такие кудряшки, - добил меня он.

"Какого..."

– Что ты сказал?
– я в шоке распахнула глаза.

– Прости, я не удержался, - улыбнулся Влад.
– Ты себе даже не представляешь насколько мне это понравилось. Может повторим?
– хитро улыбнулся он и потянулся ко мне.

– Нет, - в панике сказала я.
– Сначала объясни, что это было, - и вывернулась из его захвата. Руки немедленно лизнул холодный осенний ветер и я почти пожалела что сделала это.

– Пойдем к машине, ты замерзла, -

ответил он и протянул руку.

– Сначала объясни, - заупрямилась я и скрестила руки на груди. Чистой воды ребячество, но я ничего не могла с собой поделать.

– Хорошо, - сдался он.
– Что именно тебя смущает?

"Все!!!" хотелось заорать мне.

– Зачем ты меня поцеловал?
– невпопад спросила я.

– Это была практически крайняя мера, - вновь улыбнулся он.
– Но мне очень понравилось, - и немного помолчав, добавил, заглядывая мне в глаза.
– Все остальное на тебя почему-то не действует.

"Остальное?"

– Да, остальное, - подтвердил он.

"Черт, я что произнесла это вслух?"

– Нет, но я прекрасно тебя слышу, - вновь спокойно произнес он.

Я в шоке сделала два шага назад и почувствовав что уперлась в гранитный парапет и схватилась за него руками, как за последнюю устойчивую вещь в этом мире. Повернуться к нему спиной у меня не хватило духу.

В голове крутилось множество мыслей, но поймать за хвост и опросить, в чем собственно дело и главное что делать дальше, хотя бы одну из них мне упорно не удавалось. Влад вновь протянул ко мне руку и я дернулась как от удара током.

"Не надо!"

– Не бойся, - произнес он, но руку все же опустил.
– Я не причиню тебе вреда, - произнес он показывая мне свои ладони.

Я упорно молчала, глядя на его руки. Смотреть в глаза я опасалась.

– Я всего лишь хочу поговорить.

Сцена все больше стала напоминать мне разговор полицейского с вооруженным бандитом, держащим в своих руках заложника. Вот только распределение ролей, кто из нас бандит, а кто полицейский вызывало во мне сильное сомнение. Я нервно хохотнула.

– Что?
– спросил он.

"Странно, он же сказал, что слышит меня."

– Не все, к сожалению, а лишь то, что ты и сама хочешь сказать, просто не произносишь вслух, - задумчиво произнес сероглазый.
– Все остальное по-прежнему скрыто от меня, - и помолчав, добавил.
– и меня это смущает. Впервые с таким столкнулся. Мне даже толком не удалось проследить твою судьбу. Вот сейчас ты вроде есть, но все твое прошлое и будущее как будто спряталось от меня. Особенно прошлое. Вот я и пошел на крайнюю меру - физический контакт. Ну почти крайнюю...

"Так вот как это теперь называется.." посетила меня последняя мысль.

Я упорно продолжала хранить молчание, все мои усилия сконцентрировались на поддержании меня в вертикальном положении. Как всегда в стрессовой ситуации я стала замечать ничего не значащие детали, на которые в обычной жизни ни за что не обратила бы внимание. Глядя на его ладони, все еще повернутые ко мне, я увидела, что они буквально испещрены линиями. Такого количества линий жизни я не видела ни у одного человека. Я почувствовала, как меня заволакивает липким туманом, как в ушах начинает биться сердце и мои ноги лишаются последних твердых образующих, а попросту костей. Сознание, от объема нахлынувшей информации, махнув на прощание рукой, решило видимо банально, отключиться.