Крысиный принц
Шрифт:
Как он мечтал в детстве встретить мать! Она снилась ему каждый день! Во сне у неё были короткие чёрные волосы, голубые глаза, загадочная улыбка и спокойный мягкий голос. Как ему хотелось прижаться к маме, почувствовать ее запах, прикосновение ласковых рук! Ждал, чтобы она обняла, поцеловала, пожалела маленького Феликса! От этих снов он просыпался восторженный, а потом до утра плакал в подушку от разочарования и пустоты одиночества.
Он верил, что однажды мама найдёт его и заберёт из приюта. Он крепко возьмёт её за руку и никуда больше не отпустит. Они вместе пойдут домой,
Фонд… Для Августа с товарищами это название олицетворяет собой всю их жизнь. В частную школу-интернат, недалеко от Веллингтона, принимали только сирот. Везли их со всех концов Европы. Хотя, правильнее сказать, – собирали, а не принимали. В те времена контроль за сиротами был не таким сильным, как сейчас, а органы опеки разных стран только приветствовали, что кто-то избавлял государственную казну от лишнего финансового груза.
Нет, конечно, всё делалось законным путем, с соблюдением всех формальностей и проведением периодических контрольных проверок и посещений. Благотворительный Фонд принимал на себя все расходы по содержанию интерната, воспитанию и обучению детей.
Кто был истинным основателем Фонда, оставалось загадкой, но деньги поступали исправно. Воспитанники ни в чём не нуждались, а обучение проводилось на очень высоком уровне, с уклоном в юриспруденцию. Тридцать три ребёнка, примерно одного возраста, мальчики и девочки, жили под одной крышей и получали крепкое образование – все проверки неизменно заканчивались восторженными хвалебными отзывами инспекторов.
Внутри школы, как в любом коллективе, завязывались близкие отношения, образовывались маленькие компании друзей – преподаватели не препятствовали этому.
И у Феликса была своя компания.
За долгие годы обучения он особенно сдружился с Сильвией Фурнье из французского Лиможа – черноволосой хрупкой девочкой с тонкими, всегда поджатыми губами и печальным взором. Второй близкий друг – Тим Янсен из городка Намюр в Бельгии; крупненький, добродушный с виду здоровяк с волосами цвета соломы, торчащими в разные стороны, как у огородного пугала. Третьим был его сородич – Джозеф Вилсон из Саутгемптона; худой, жилистый, быстрый и гибкий как ивовый прут.
Джое мог протиснуться ящеркой в любую дыру, вывернуться из любого захвата – к этому у него был просто талант. Недаром его кодовое имя – «Гудини». Тим обладал большой силой и спокойным рассудительным нравом – вывести его из себя было почти невозможно. Сильвия показывала хорошие способности к точным наукам и математике, что не мешало ей заниматься спортом и прекрасно владеть приёмами карате.
Они и сейчас созваниваются, только собраться не получается уже несколько лет. Хотя Сильвию, которая сейчас работает во Франции, он видел два года назад, когда приезжал в Париж по служебным делам. Разглядел лёгкую, едва уловимую седину в чёрных волосах, которые она принципиально не красила. Заметил небольшую полноту и две складки возле губ, которых раньше не было.
Складки придавали ей строгий, даже
Был в их компании ещё и весельчак-итальянец, кучерявый оптимист и балагур Андреа Романо – мастер травить байки и рассказывать смешные анекдоты, но он пропал четыре года назад где-то в лесах под Варшавой, тело так и не нашли. Произошло это как раз в день рождения Феликса. «Железная Си», как они между собой называли Сильвию, рыдала тогда навзрыд и очень смутила Августа таким проявлением чувств. Но что поделать, в их работе и не такое бывает.
А работёнка у них специфическая… За парадной ширмой сытой жизни в школе и получением юридического образования, таилась вторая, настоящая, половина их существования. К семнадцати годам стало понятно, какую цель преследует их воспитание – из них готовили специалистов по расследованию тяжких преступлений против личности. Маньяки, серийные и массовые убийцы – вот кого должны были уметь выслеживать молодые и хорошо обученные выпускники интерната. И на их подготовку Фонд не жалел ни времени, ни средств.
Казалось бы, а что в этом секретного? И почему этим занялась частная организация, а не специализированные полицейские академии? В чём проблема? Вот тут-то и был один, но очень тонкий нюанс, перечёркивающий жирным крестом всё европейское уголовное право…
Дело в том, что из детей готовили не просто следователей. Из них делали людей, способных не только размотать клубок преступления и найти виновного… Им ставилась задача устранить преступника, тайно и тихо, без всякой судебной волокиты и проволочек.
По большому счёту, в школе готовили профессиональных убийц-ищеек, своеобразных «агентов-007» с «лицензией на убийство». Джеймс Бонд работал на благо общества, ну и Феликс с товарищами тоже.
Когда Феликс вырос, он стал задумываться над тем, у кого хватило денег, власти и влияния организовать подобную школу в благополучной Европе? По косвенным признакам и лёгким полунамекам некоторых преподавателей, он понял, что их организация финансируется группой неких анонимных спонсоров. Возможно, эти спонсоры являются той частью политической элиты Старого Света, которая всегда была против чрезмерного смягчения уголовного наказания за тяжкие преступления.
Они ратовали за соблюдение порядка и консервативные европейские ценности. К сожалению, таких здравомыслящих людей остаётся всё меньше и меньше с каждым годом.
Самым главным постулатом его организации считается скорое и неотвратимое возмездие за преступление. Всё делается обычно без всякой помпы и освещения в прессе. Иногда полиции вручается труп преступника, а его поимка и уничтожение выдаётся за несомненный успех правоохранительных органов той или иной европейской страны. Полицейским тоже нужны победы… Но это всегда труп, а не живой преступник.