Крылья
Шрифт:
Раш, с его коричневой кожей и королевскими объемами тела, напоминает мне земного моржа. Для полного сходства не хватает только усов и бивней. Сослуживцы давно гадают, как Раш, станoвясь с каждым годом все больше, до сих пор помещается в кресле пилота, и ждут, когда же старый служака уйдет на пенсию. Они его плохо знают – старик Раш из тех, кого вынесут от пульта управления только вперед ногами. По своей воле он никогда не уйдет.
– Тебя, кстати, Китти искала, - сообщает Раш через некоторое время, закончив обзор окрестностей
Морщусь. Лучше бы составила старику компанию и ради приличия хотя бы иногда обреталась на своем меcте второго пилота. Но кресло у нее удобное.
– Скажи ей, что я вышел в космос пройтись, - прошу, отмахиваясь.
Впрочем, не лучшая идея: с ее уровнем интеллекта не исключено, что Китти решит, будто по вакууму и правда можно гулять, и выйдет в шлюз «подышать».
Пилот громогласно смеется, снова сотрясаясь всем телом.
– Помнится, ещё две недели назад ты сам искал с ней встреч.
Бросаю на сослуживца выразительный взгляд: он бы ещё Рождество припомнил. Но что правда, то правда: в первые дни на «Искателе-VIII» я был не против провести время с симпатичным вторым пилотом. Курорт же, Раш сам сказал. У нас было даже несколько приятных встреч, но…
– Это было до того, как я узнал, что Китти дома ждут муж и трое детей, - напоминаю, качая головой.
Мы далеко от ее дома, как и от моего – по правде говоря, вообще у черта на куличках, – и мне глубоко безразлично, какую ораву она оставила за спиной, уйдя на службу. Но бессмысленного вранье на дух не переношу: сначала Китти плачется мне в жилетку, что одна одинешенька в этом враждебном мире, а потoм я застаю ее за записью полного воздушных поцелуев видеописьма своим домочадцам. Блеск, искренняя ты моя.
– Принципы тебя погубят, - смеется ?аш.
Пожимаю плечами. Не считаю, что принципы – худшее, что во мне есть.
– Эй, а это что?
– резко сажусь в кресле, вглядываясь в обзорный экран.
– Где? – пугается пилот.
Пожалуй, все же догадываюсь, почему его сослали в эту глушь: дело не в какой-то оплошности, а в возрасте – несмотря на свой опыт и усердие, Раш уже не тот, каким я знал его раньше.
– Сектор два-три-шесть, - говорю быстро. И, не дожидаясь его реакции, так как понимаю, что она будет гoраздо медленнее моей, сам тянусь к пульту и увеличиваю нужный участок. Пока там видна лишь тускло мерцающая точка, но при увеличении…
– Дредноут, - ошарашенно произносит Раш.
Вижу. Новенький, вооруженный до зубов – читал про такие.
Пилот сверяется с показаниями приборов и сообщает нерадостную новость:
– Курс: прямо к нам.
Похоже, мы таки надоели тем мелким пиратам, за которыми таскаемся вторую неделю, и они запросили помощи у друзей покрупнее. Иначе зачем судну без опознавательных знаков идти на сближение?
Чтобы не отвлекать Раша, сам вызываю капитана.
– Кэп, – зову, поднеся запястье с коммуникатором к губам, –
В ответ слышен треск, потом шуршание.
– Слышу, слышу, - раздается затем. – Кто это? Новенький, ты? …Э-э… Как там тебя?
Приподнимаю брови, смотря на светящийся экран комма, на котором идет отсчет секунд разговора. Спустя три недели поинтересоваться, как зовут твоего нового подчиненного, – это сильно.
– Его зовут Джейс, - слышу приглушенное из динамика.
Китти? Не то чтобы я сразу узнал ее по голосу, но на «Искателе-VIII» второй пилот – единственная женщина в экипаже. Поэтому произвести идентификацию несложно.
– Тoчно! – радуется подсказке капитан.
– Сержант Риган. Что там у тебя?
Далее на том конце слышится какая-то возня и женский смех. М-да.
– К нам приближается дредноут без опознавательных знаков. Идет прямо на нас, - рапортую, надеясь, чтo серьезность этой информации отвлечет капитана от неуместных в данный момент любовных утех.
– На связь не выходит, – добавляю, бросив взгляд на Раша, все это время безуспешно пытающегося выяснить, что дреду от нас понадобилось.
Повисает молчание, а затем удивленное:
– Сержант, мать твою, ты-то что забыл в рубке?!
Самый актуальный вопрос в эту минуту. На заднем плане продолжает о чем-то ворковать любвеобильная Китти.
Смотрю на ?аша. Тот дрожащими пальцами все ещё пытается вызвать неoпознанный кoрабль, превосходящий наш допотопный крейсер по размеру и вооружению как минимум вчетверо. В эфире тишина. Разговаривать с нами явно не намерены.
– Капитан, я думаю, они настроены враждебно, – говорю серьезно, проигнорировав предыдущий вопрос. Пусть тащит сюда свою задницу, а потом задает вопросы.
– А может, они хотят познакомиться?
– смеется Китти.
Капитан больше не подает признаков жизни. Когнитивный диссонанс у него, что ли?
– Черт тебя, ?роупс! – психую и отрубаю связь.
– Раш, валим отсюда, – говорю пилоту. Пока капитан наконец сообразит, что к чему, нас размажут, как мошку по стеклу. Лучше пусть меня все-таки уволят за очередное самоуправство, но умирать из-за некомпетентности нового командира я не собираюсь.
– Раш!
Однако вместо того, чтобы отключить автопилот и взять управление на себя, старик начинает заваливаться из кресла набок, хватаясь за грудь. Черт, да вы издеваетесь?
Вскакиваю и ловлю пилота прежде, чем его голова успевает встретиться с палубой.
– Бери… бери управление, – хрипит Раш, одной рукой все ещё держась за сердце, а второй хватаясь за ворот моей формы и притягивая меня к себе.
Легко сказать – бери. Я, вообще-то, не пилот.
– Я… я… – продолжает старик уже менее внятно. – Я же… те…бе пока… зывал…
По пьяни пустить за пульт управления и учить пилотированию, в моем понимании, не совсем одно и то же. Но мы обсудим это позже.