Крылья пегаса

Галереи Императорского дворца были погружены в полумрак. Зеркала и портреты были задрапированы ч"eрной тканью. Весь дворец был погружен в траур. Не было слышно игры музыкантов или женского смеха, лишь тихо перешептывались слуги, бросая ему вслед боязливые взгляды. Болин твердой походкой ступал по мягкому ковру, направляясь в кабинет императора. Внешне расслабленный мужчина был напряжен. Случившееся было высшей степенью наглости и кто-то должен будет понести за это ответственность. Он на мгновение замер перед дверью, собираясь с мыслями, решая с чего начать разговор.

Словно что-то определив для себя, мужчина тихо стукнул по двери и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь.

Если бы в рабочий кабинет императора попал кто-то, непричастный к кругу доверенных лиц и обслуги, то он бы поразился простотой обстановки. Для впечатления князей, послов и влиятельных горожан существовал отдельный кабинет, где вс"e так и кричало о роскоши и достатке императорской семьи. Но там, где работал, император Эврен предпочитал простоту и удобство. Высокие шкафы были полны справочников, карт и свитков. В распахнутое настежь окно залетали ароматы цветов из сада и терпкий запах серы от дыхания дракона, дремлющего под окном. Драккар – зверь крови императора – вырос слишком огромным, чтобы уместиться в небольшом помещении, но не отказывал себе в привычке сопровождать хозяина. Болин знал, что в случае малейшей угрозы, крупная голова, увенчанная двумя парами острых рогов, мигом протиснется через окно внутрь кабинета и окатит всех пламенем. Эврену ничего не будет – устойчивость к драконьему огню у него в крови, а вот потенциальным недоброжелателям останется лишь сгореть живь"eм, рухнув на раскал"eнные камни почерневшими костьми.

– Тебе следовало появиться на церемонии прощания, – вместо приветствия начал Болин.

– Не вижу в этом смысла, – не отрываясь от бумаг, ответил император. – Там был ты. Заместителя более чем достаточно.

– Не видишь смысла появиться на церемонии прощания с собственной женой? – Болин сел в кресло напротив, пристально смотря на собеседника.

– Мы были знакомы сколько? Дней десять? – Эврен поднял взгляд от бумаг, откладывая в сторону перо. – А женаты меньше суток. Не много ли почестей для какой-то девчонки?

– Не девчонки, а императрицы, – поправил Болин. – И, смею напомнить, членов императорской семьи принято отдавать пламени, а ты закопал её останки в землю…

– Туда этой дряни дорога, – перебил Эврен. – Змеиного в этой девке было больше, чем в е"e звере.

– Кстати, что ты сделал с её гидрой?

– Скормил Драккару.

– Семья девушки недовольна, – покачал головой Болин.

– Я, знаешь ли, тоже. Узнал что-нибудь об этом? – он кивнул на кинжал, лежащий на краю стола.

Матовая чёрная сталь, покрытая магическими рунами рукоятка из оникса, отделанная черн"eнным серебром, с прозрачным камнем. Кинжал не был дорогой безделушкой, эта вещь создавалась для убийства, прич"eм весьма жестокого и, скорей всего, ритуального.

– Пока немного. В империи есть несколько кузнецов-артефакторов, которым хватит умения создать подобное оружие, я приставил слежку к каждому, но не слишком рассчитываю на результат – его могли незаметно перевезти через границу. Магического фона никакого, а размер небольшой, можно спрятать среди вещей.

– Я тоже кое-что узнал, – император достал из-под бумажных завалов старый фолиант. – Хочешь узнать, для чего сей занятный образчик зачарованного оружия был создан?

– Удиви меня.

Вместо ответа Эврен подвинул к нему книгу, открывая нужный разворот. Болин вчитался в

древние, почти выцветшие руны, чувствуя, как вытягивается лицо.

– Это же какой-то бред… Зачем им это? Власть и сила, это понятно, но вот так… Неужели старый змей настолько потерял страх, что готов был рискнуть не только своей головой, но и дочерью.

– А вот это уже интересный вопрос, – император откинулся на спинку кресла, задумчиво смотря в стену. – Что говорят твои люди?

– Пока ничего стоящего. Князь, его супруга и наследник в трауре. В письмах ничего подозрительного. Пока принимают визиты вежливости в сво"eм поместье в городе, но готовятся отправиться в свои земли. И вот тут уже интереснее. Сегодня утром к ним заходил жрец бога Ледо, – Болин многозначительно улыбнулся. – По официальной версии – выразить сочувствие семье, понесшей утрату. Якобы князь весьма терпим к тем, кто поклоняется Солнцу и даже позволил им построить храм в своих землях и поэтому жрец не смог остаться равнодушным к такому горю.

– Выкинь жреца из моего города. О ч"eм они говорили?

– Уже. Сам понимаешь, проникнуть в княжескую резиденцию сложно. Я смог пристроить в штат нанятой прислуги несколько человек из своих. Ничего компрометирующего сказано не было, но слежку я пока не снимаю.

– Хорошо. Продолжай следить за ними. Рано или поздно эта ниточка выведет куда-нибудь.

– Есть ещё один важный вопрос, который нужно решить, – Болин старательно скрывал внутреннее волнение под маской равнодушия.

– И какой же? – император внимательно на него посмотрел.

– Тебе нужен наследник, – к его радости, голос не дрогнул.

Эврен нахмурился, всем своим видом показывая неодобрение этой теме. Вопрос женитьбы и наследников для императора был болезненным, но это не отменяло того факта, что брак нужен. Являясь первым советником, Болин был обязан уделить внимание этому вопросу.

– У меня позавчера умерла супруга, – отчеканил Эврен и указал на свой камзол. – Я вообще-то в трауре.

– Ты носишь черное каждый день, – не сдавался Болин. – Да и сколько вы были знакомы? Дней десять. А женат ты был меньше суток. Казна понесла гораздо больший ущерб, чем ты. Одно платье чего стоило. Обязательно было сжигать девчонку вместе с ним?

– В следующий раз, когда женщина попытается меня убить, я обязательно попрошу её раздеться, – голос императора сочился сарказмом.

– Ладно, – Болин постарался сдержать улыбку. – Но наследник тебе нужен. А для этого тебе нужна императрица. Ты можешь быть со мной не согласен, но я, как друг, стараюсь о тебе позаботиться. Пойми, мы с тобой уже не мальчишки, что лазили по деревьям в императорском саду. Ты – последний дракон империи, от тебя слишком много зависит, чтобы так пренебрежительно относится к продолжению собственного рода. Я начну подбирать подходящую девушку.

Он встал, направляясь в сторону двери. Спину прожигал взгляд императора. Не слишком ли много он позволил себе вольности, ссылаясь на их давнюю дружбу? Болин успокаивал себя тем, что заботится не только о друге, но и об империи.

– Не меньше пяти тысяч, – донеслось вслед.

– Это существенно уменьшит количество кандидаток, – он обернулся, стараясь взглядом передать вс"e внутреннее недовольство. – Их итак, между прочим, не много.

– Если повез"eт, то мне терпеть супругу прид"eтся долго. Пусть она хотя бы будет красивая, – равнодушно отметил Эврен, возвращаясь к отч"eтам.