Крылов
Шрифт:
а) Испытание материалов производится единственно приемное, которое совершенно не выясняет их механических качеств и не доставляет о них тех данных (предел упругости, предел пропорциональности, модуль упругости), которые при рациональном проектировании нужны гораздо более, нежели грубо определяемые предельное сопротивление и предельное удлинение. Следствием этого является, что кораблестроением далеко не использованы и не используются успехи новейшей металлургии.
б) При испытаниях корабля проверяется исправное и обусловленное контрактами действие всех его механизмов, но по отношению к самому кораблю
Между тем, чтобы при проектировании корабля использовать результаты, доставляемые испытанием моделей, необходимы точные и систематически выполненные прогрессивные испытания, а таковых имеются лишь те, которые были выполнены самим бассейном, что при существующем положении в его задачу не входит и на что он не имеет средств.
Такое важное и притом не поддающееся теоретическому расчету качество, как поворотливость, совершенно не исследуется. Периоды качании корабля не определяются, погашение размахов неизвестно ни для одного корабля и т. д. Напряжения, испытываемые связями корабля при качке и при разного рода обстоятельствах его службы (например, подкреплениями под башнями при стрельбе), не определяются и не исследуются. Получение таких данных совершенно не входит в задачи приемных комиссий, да и не под силу нм как составляемым из лиц постоянно сменяющихся и руководимых начальниками, которые после двух комиссий получают другое назначение. Очевидно, что такая переменная комиссия не может обзавестись ни надлежащим набором измерительных приборов, ни выработать привычного персонала, умеющего с ними обращаться. Как следствием этого является то, что, несмотря на груды приемных актов, какой бы вопрос о корабле ни возникал, проверенных, точных, полных и приведенных в доступный для пользования вид данных для его решения не имеется.
Еще пример: на морском полигоне беспрестанно производится испытание броневых плит и снарядов. При этом плита ставится на щит, конструкция которого ничего общего не имеет с устройством судового борта; таким образом, кораблестроение не использует того опыта, который артиллерия могла бы доставлять ему, так сказать, попутно, без ущерба для себя. (Подобное испытание было произведено единственный раз для броненосца «Андрей Первозванный», показало неудовлетворительность конструкции и ни повторено, ни использовано не было.)
Таким образом, кораблестроение доселе еще не имеет точных данных о действии фугасных снарядов на судовой надводный борт, прикрытый тонкою броней, на действие их на броневую палубу и т. п. и, предлагая ту или иную конструкцию, не может обосновать ее доказательно, а негадательно, и это не потому, чтобы артиллерия такие данные затруднялась доставить. Здесь проявляется лишь наглядно разрозненность учреждений, производящих испытания, и отсутствие единого плана и объединяющей системы производства их.
§ 7. Вопрос о полезном действии турбинных механизмов явится опять коренным, как это было при выработке заданий для будущих броненосцев, и если вперед и заблаговременно не подготовиться к всестороннему их испытанию, то этот вопрос и в будущем не получит своего решения. Для турбинных механизмов сила определяется по углу скручивания гребного вала особыми приборами —
§ 8. Не умножая числа примеров, можно уже из вышеизложенного наметить основные начала и задачи для деятельности предполагаемого учреждения, ведающего делом опытов и испытаний.
Назначение учреждения:
А. Получение точных и проверенных данных, относящихся к кораблю, его устройствам и механизмам, а также материалам, идущим на его постройку, путем систематических, научно и независимо от каких-либо финансово-контрактных целей обставленных опытов и испытаний самого корабля, его механизмов и входящих в его постройку материалов.
Б. Группировка, обработка и систематизация полученных непосредственными измерениями результатов для приведения их к виду, удобному для пользования при составлении проектов корабля или отдельных его устройств.
Из этого следует, что в состав учреждения должны входить:
а) Опытовый бассейн, задачи коего должны быть расширены в том смысле, что к нему должно перейти не только испытание моделей, но и самих судов, как в отношении их мореходных качеств, так и крепости, а также производство прогрессивных испытаний;
б) испытательная лаборатория, научно обставленная для испытания и исследования материалов. В круг ее обязанностей должно входить — следить за развитием металлургии, в особенности стали, дабы пользоваться своевременно ее успехами при кораблестроении;
в) физико-химическая лаборатория, оборудованная главным образом для исследования судостроительных материалов в смысле их химического строения и микроструктуры;
г) механическая и электротехническая лаборатории, задача которых — испытание и исследование механизмов, котлов, моторов и т. п.;
д) в состав этого учреждения должны входить представители морского полигона, лаборатории взрывчатых веществ, дабы оно было постоянно в курсе намечаемых чисто артиллерийских или минных опытов, чтобы по возможности обставлять их так, чтобы попутно получать и необходимые для судостроения данные.
После Цусимы, то есть потери основного состава флота и в преддверии его восстановления не обратить внимания, а уж тем более положить подобную записку «под сукно» было невозможно.
Ей был дан ход… Она достигла высшей инстанции.
— Н-да, «независимо от каких-либо финансово-контрактных целей…». Что вы скажете об авторе этого неприкрытого обвинительного заключения, Иван Михайлович?
— Полковник Крылов — светлая голова, ваше императорское величество, — не задумываясь, с непосредственностью старого моряка ответил морской министр адмирал Диков, представивший «Записку» Крылова.
— Что ж, вот и затуманьте ее выполнением предлагаемых проектов, адмирал, — пошутил царь.
В царском шутливом наказе морскому министру таилось много горькой правды. То, что составляло Опытовый бассейн, от того, что творилось в нем, голова могла не только затуманиться, пойти кругом, но и вовсе потеряться.