Чтение онлайн

— Гитара?

О нет, о ней сейчас даже подумать страшно! С такими руками… Вана, видимо, посетили те же самые мысли.

— Н-да… не судьба…

— Да можно и без гитары обойтись. Орать песни просто так мы, что ли, разучились, а?

— Хм… тогда «Врата, которых нет»?

— Давай!

Прикрыв глаза и отстукивая ритм ногой по паркету, мы хрипло и далеко не так хорошо, как обычно, зато от всей души, запели:

Коснись теплом крыла моей души… Я жду чудес — я

закрываю глаза. В который раз мне сохранили жизнь, В дороге в небо снова отказав!.. [5]

Мы почти допели, осталось всего несколько строк, когда распахнулась дверь и зашли мама с дедушкой и отец. Я бы заткнулся сразу, будь один, но… мой светлый брат так редко о чем-то просил. Ну я закрыл глаза, сделав вид, что никого не заметил…

В наступившей тишине гулко прозвучал голос дедушки:

— А я вам что говорил, дети мои? Этих двоих даже смерть не берет, обратно выплевывает — они ей поперек горла становятся. Оболтусы!

Ван вздрогнул, открывая глаза.

— Дедуля пришел, — отстраненно сказал светлый. — Щас мы получим за все…

— Уже получили, дурни! — рыкнул дед.

Я старательно не смотрел на родителей. Ничего я не забыл, хотя хотелось бы.

А мама подошла поближе, обняла поднявшегося навстречу Вана.

— Ну куда же ты один убежал, малыш?

— Не знаю, тетя Иль. Я ведь не все способности хранителя знаю, ну и…

— Понятно, глупый мальчишка. Тебе бы стоило доучиться!

— Знаю… — Ван тяжко вздохнул. — Только мне пути назад нет.

— Мы что-нибудь придумаем по этому поводу, — пообещала мама.

А папа в это время, ободряюще сжав светлому плечо, сел рядом со мной.

— Пап, я твои часы потерял, — повинился я, не поднимая взгляда. — И мотоцикл, наверное, тоже.

— Бедный мой сын, — вздохнул отец и обнял меня за плечи, согревая смерзшуюся в комок душу. — Опять всюду оказался виноватый? Забудь… Мотоцикл твой цел, а на часы плевать мне. Эх, если бы со мной моя первая любовь поступила так, как с тобой, я бы, наверное, до сих пор никому не верил.

— Да какая любовь, отец мой император?! Эта девочка была сильной менталисткой, а у меня защита оказалась никакой… из-за сотрясения головы.

— Головы? — Папа весело хихикнул. — Мозгов нету, да?

— Не ночевали! Одни опилки с тараканами… да еще нотные тетради…

Мама села по другую сторону от меня, и внутри все опять замерзло.

— Малыш…

— Уй, деда, больно! — послышалось шипение брата.

— Обалдуище, чтоб больше на такой риск один не шел, ясно?! Еще не хватало мне тебя так же, как твоих родителей, потерять…

— Д-дедушка… а откуда ты моих родителей знал?!

Я покосился на маму, не поднимая головы. Кем я стал выглядеть в твоих глазах, мамочка?! Но не буду ничего отрицать, не буду лгать ни тебе, ни себе и оправдываться тоже не буду.

Не в чем мне оправдываться и незачем.

— Ребенок мой… — Мама взяла меня за подбородок и силой повернула лицом к себе.

Швы на шее дернуло болью, и кровь обожгла под бинтами, но я постарался не выдать себя.

— Ирдес! Посмотри на меня! — Я послушался, и мама легко прочла все мои мысли.

Дрогнув, она крепко обняла меня, и я зашипел от боли, но не отстранился.

— Глупый, глупый мой ребенок! Ну какой из тебя монстр?! Ты просто повзрослел, а я и не заметила…

Да я всегда такой был, просто тебе не показывал! Ох, мать моя императрица, швы, раны! Как больно… Уф, отпустила, спасибо Небу, видать, папа напомнил, что я ранен… И чего она на меня так виновато-виновато смотрит? И отец что-то глаза отвел…

— Говорите уж все сразу, драгоценные родители… — Тетушка паранойя, что ж ты такая злобная?!

— Ты больше не можешь трансформироваться, сын… — Мама закусила губу.

— В смысле — не могу?! Как это — не могу?! Надолго?!..

Не поверив, я тут же попытался изменить руку. Безрезультатно.

— Будь готов к тому, что навсегда, — жестко припечатал дед. — Среди этих сволочей были оборотни. Дрянь, которой тебя травили, была создана ими для подавления… для уничтожения второй ипостаси.

— И… и мои крылья тоже?!.. — Судорожная попытка раскрыть их закончилась приступом боли и нулевым результатом.

— Крылья — часть ипостаси, малыш…

Молча поднявшись и почти ничего перед собой не видя, я пошел обратно в палату.

— Этого не может быть!

— Ван… ты тоже должен понять…

— Я говорю — не может такого быть! И понимать отказываюсь! Я прав, говорю, не надо меня перебивать!..

Небо, о великое Небо! Зачем ты отказало мне в смерти, оставив таким… таким?!

Не все темные достигают конечной стадии обращения, далеко не все. В первой стадии обращение лишь частичное — крепкие когти, способные рвать живую плоть, клыки, более прочные кости и кожа. Вторая стадия уже включает в себя бронь чешуи, тогда уж и огонь не берет и не всякий клинок пробьет, да что там клинок — не всякая пуля, но темный сохраняет человеческий облик. Крылья и хвост с копьевидным наконечником — привилегия конечной стадии.

Не бывает, чтобы рыцарь или леди старшего рода не достигли конечной стадии, не бывает! Но я же… стал позором для рода повелителей. Ар'Грах переводится как «Владыка мира», и я… больше не имею морального права носить эту фамилию.

Но, демоны меня дери, это все фигня!!!

Распахнув настежь окно белой стерильной палаты, я невидящим взором уставился в небо. Я потерял крылья… Бескрылый Крылатый… такое мне даже в самых страшных кошмарах не снилось.

Внутри образовалась сосущая пустота, до краев заполненная ледяным мраком. Я не услышал, как вошел Ван. Наверное, он звал меня, но я ничего не замечал, пока эльф резким движением не развернул меня к себе. Светлый с минуту молча разглядывал меня, а потом ударил по лицу с такой силой, что у меня звездочки перед глазами закружились. И добавил еще пару о-очень нелестных эпитетов.