Крылатый
Шрифт:
Ой, зря я это сделал! Маньяки бросились за мной через толпу с еще большим азартом.
Сбив с ног охранника, я прижался к двери спиной и поглядел на друзей.
— Ребята, может, не надо, а?
Те одарили меня своими фирменными улыбочками а-ля «а вот и наша жертва».
— Ирдес, не бойся, мы тебя не до смерти замучаем, — лениво пообещала Маня, делая шажок вперед.
— Ага, только до полусмерти. Но потом откачаем и еще разок замучаем, — добавил Даня.
— Это ты в зале пел? — внезапно спросил меня поднявшийся на ноги охранник,
— Не, Маньяки не дерутся. Правда, Манечка?
— Правда, Данечка. Так что с Ирдесом драться мы не будем.
— Только мучить.
— Я Вану пожалуюсь! — использовал я последний аргумент.
— Напугал, — фыркнула сестра.
— Прям боюсь и дрожу, — согласился брат.
— Но, пожалуй, Вану мы сами про твои косяки расскажем.
— Ага, он будет рад дать тебе по шее.
И оба шагнули ко мне.
— Мама! — взвыл я, вылетая за дверь.
На мое несчастье, в этот момент кто-то вознамерился зайти в клуб, так что я сшиб того, кто стоял за дверью, перекувыркнулся через тех, кто шел следом за ним, и в завершение полета снес собою восемь стоящих в рядок у клуба мотоциклов. Ай! И как мои несчастные полсотни килограммов веса могут такое творить?!
Отлежаться на груде железа мне опять-таки не дали. Чья-то толстая волосатая рука подняла меня за ворот, и я имел сомнительное удовольствие лицезреть перед собой бородатую рожу байкера. Видимо, я мимоходом ухитрился уложить почти всю их компанию, включая «байки». И сейчас ребята быстро поднимались с асфальта и собирались за спиной поднявшего меня бородача.
— Малой, ты совсем нюх потерял? — беззлобно поинтересовался человек.
Кто малой — я малой?! А в лоб с ноги не огрести?!
— Эй, дядя! — не позволил мне воплотить задуманный пинок в жизнь голосок Мани. — Это наша жертва.
— Точно, так что верните нам жертву, — с серьезным видом кивнул Даня.
Вывернувшись из хватки обалдевшего бородатого (Шон сильнее держит), я спрятался ему за спину и с истеричным надрывом завопил:
— Не отдавайте меня им! Эти психи меня замучают!
— Слышь, жертва, не паникуй, — «успокоил» Даня, — я тебя Мане отдам, она тебя всего часов за восемь запытает.
— А будешь брыкаться, я тебя добровольно Дане уступлю — он своих жертв живыми по трое суток держит.
— Да я лучше сам удавлюсь!.. — подбавил я в голос отчаянной паники.
— Э, ребята, вы чего тут удумали? — вмешался бородатый тип.
— Не пыли, дядя.
— И жертву нам отдай.
И Маньяки улыбнулись своими фирменными улыбочками, от которых даже меня передергивает. Я повис на руке бородатого:
— Дядя байкер, не отдавайте меня этим психам!
Даже этих проняло, хи-хи. «Дядя байкер» отодвинул меня за спину и хмуро бросил Маньякам:
— Давайте-ка уматывайте отсюда по-хорошему, ребятки.
— Манечка, кажется, эти не поняли, на кого нарвались.
— Точно, Данечка.
Если бы я их не знал, испугался бы до дрожи в коленках. Синие глаза обоих полыхали красными отсветами, в выражениях лиц не осталось ничего человеческого, а уж когда они одновременно сделали шаг вперед — даже не шагнули, а перетекли на новое место, стало действительно жутко.
— Мама! — горестно взвыл я, оседая на асфальт. — Что вам от меня нужно, демоны проклятые?!
— А то ты не знаешь…
— Иди сюда, воробей…
— Лучше смерть! — патетично заявил я.
— Это мы тебе обеспечим, сладкий наш.
— Какую выберешь, красавчик. Если доживешь.
И Маня с Даней изобразили фирменный смех Призраков — леденящий душу дьявольский хохот. Как у них профессионально выходит, лучше, чем у меня. Байкеры там еще не поседели? Похоже, уже собрались это сделать.
— Эй, слы-лыште, в-вы д-двое… — с запинкой выговорил дядя в бандане. — Валите-ка по своим делам, пацана не отдадим.
Ух ты, смелые люди. Я начал потихоньку отползать, не вставая с асфальта.
— Куда это ты, жертва? — Ой, от Данькиного голоса меня чуть не приморозило к асфальту. Профессионал. Восхищаюсь. Тоже так хочу!
Выхватив нож из ботинка ближе всех ко мне стоящего человека, я нацелил острие себе в горло.
— Лучше смерть от ножа, чем пара часов с вами, демоны проклятые! — Истерику в голос, налицо — выражение вселенского испуга. И отползать потихоньку, вроде как руки-ноги сами по себе действуют. — Я вам не достанусь!
— Так даже интереснее… — томно выдохнула Маня, подаваясь вперед.
— Отставить безобразие! — грозно скомандовала из-за спин Маньяков Киса. Обойдя замерших двойняшек, она приблизилась ко мне, отобрала нож, пренебрежительно бросив этот кусок железа на дорогу. — Я вам моего воробья в жертву не собираюсь отдавать, Маньяки! Будете пререкаться, останетесь на этой неделе вообще без жертв!
А Киса эффектно выглядит. Когда только успела накраситься? Из дома я ее забирал без «штукатурки». Черная Рысь в коротком черном платье, с острыми ногтями, накрашенными черным лаком, черной помадой на губах и подведенными черными тенями глазами. И цокают по асфальту подкованные каблучки черных сапожек. Все это в контрасте с бледной до прозрачности кожей.
— Ну Ки-иса… — жалобно протянули двойняшки. — Ты нас и так в прошлый раз лишила жертвы…
— Молчать! До чего ребенка довели, а?! Это моя собственность, ясно?! Месяц без жертв сидеть будете!
— Как жестоко… — очень натурально хныкнула Маня.
Рысь провела по моей щеке кончиками пальцев, приподнимая лицо за подбородок, и я с готовностью подался навстречу «хозяйской» руке.
— Кис, они меня замучить хотели, — пожаловался я, мстительно взглянув на близнецов.
— Я их сама замучаю. — Она скривила губы в садистской улыбочке. — Маньяки, шагом марш на место!