Чтение онлайн

Потом он пытался развлечь себя еще чем-нибудь, но все больше и сильнее его занимали и манили звуки, доносившиеся со двора. Там играли мальчишки. Друзья! Без него!

Минут через несколько Маленький Арик стал приставать к бабушке и проситься на улицу. Он знал, что он виноват и должен отбыть наказание, что это правильно и справедливо, что его наказали. Но он так хотел на улицу!

Бабушка и слышать не хотела. Она сосредоточенно утюжила дедушкины кальсоны и втолковывала внучку наставительным тоном, что он не какой-нибудь беспризорник, что он из интеллигентной семьи, что он должен

вести себя как следует и вообще должен отвечать за свои поступки. Маленький Арик всегда отвечал за свои поступки, и он почти что сдался, почти уже свыкся с мыслью, что сегодня больше не пойдет на улицу, но тут он неожиданно вспомнил про фломастеры и расстроился окончательно: он же страшно подвел товарищей!

Товарищи, очевидно, тоже вспомнили про фломастеры и гуртом явились его выручать. Карапуз поднялся на их крыльцо, заглянул в дверь и позвал бабушку. Бабушка ответила ему из комнаты, и они принялись вести переговоры об освобождении узника. Маленький Арик сидел в глубине комнаты и не видел Карапуза. Он боялся вмешиваться, чтобы ничего не испортить. Его и Карапузова бабушки были добрыми соседками и подружками, Карапуз со своей сестрой Шепелявкой и всем своим семейством жил прямо над ними на втором и последнем этаже их многонаселенного старого дома. И у них был телевизор!

…Потом к переговорам подключился Командир. Его мама была медсестрой в одной из пятигорских детских поликлиник, и ее все очень уважали. Командир был понаглее – он прошел прямо в квартиру и встал у бабушки за спиной. Он был хитрый и сразу же заявил, что Маленького Арика толкнул в пруд чужой мальчишка и что Маленький Арик совсем не виноват. Это, конечно, была ложь, но Маленький Арик почему-то промолчал, а бабушка как-то очень даже хорошо на это отреагировала и вдруг заявила, что она уже все простила и что они могут забирать ее внука.

– Что, правда? Можно? – не поверил своему счастью Маленький Арик.

– Можно, но только осторожно! – добавила бабушка. Она любила так говорить. Маленький Арик молниеносно собрался, сунул в карман упаковку драгоценных фломастеров и потихоньку ускользнул из дома, даже не поцеловав бабушку. Нет, он был очень ей благодарен и еочень ее любил. Просто боялся промедлить, а вдруг она передумает!

Они помчались вниз по улице, нашли Менялу и показали ему фломастеры. Меняла чуть слюну не пустил, завороженно разглядывая разноцветные драгоценности с белыми колпачками. Долго уговаривать его не пришлось. Он забрался через узкое подвальное оконце в отцовский охотничий погреб и вскоре извлек на свет пол-литровую банку бездымного пороха. Мальчишки стояли на стреме, следили, чтобы не появился кто-нибудь из взрослых. Трофеи передавались из рук в руки. Меняла потребовал, чтобы его пригласили, когда будут что-нибудь взрывать.

– Обязательно! – наврали мальчишки и убежали.

Они уже знали, как именно используют этот порох. У Командира в подвале хранилась картонная модель крейсера «Аврора». Он ее даже лаком покрыл снаружи, и ее теперь можно было на воду спускать. Так они и сделают! Напихают внутрь корабля порох и спустят его в Гагаринском пруду на воду, а потом будут бросать в него с берега горящие спички. Если спичка попадет через отверстие дымовой трубы

внутрь – корабль взорвется. По-настоящему! Вот будет здорово! Как в кино!

Командир залез по дереву к себе на балкон и вскоре спустился с несколькими коробками спичек. Он вообще был мастак, мальчишки очень его уважали. Драчун предложил прямо сейчас бежать в сквер и заняться делом, но тут они увидели Шепелявку. Толстая косоглазая Шепелявка шла со своей подружкой и подружкиной мамой, явно с рынка. Мальчишки уже приготовили для нее самый красивый фломастер – лиловый. А красный, последний, оставили для себя – нарисовать на бумажках красные флаги и украсить ими «Аврору» перед легендарным спуском на воду. Шепелявкина подружка Пискля была такой же жадиной, воображалой и дурой, но Командир вдруг притянул пацанов к себе и заговорщицки зашептал:

– А давайте Пискле тоже фломастер дадим! Красный! Пусть обе свои письки показывают!

– Зашибись! Атлэ! [2] – загомонили пацаны.

– Только сначала флаги нарисуем! – уточнил Маленький Арик.

– Правильно! – Командир хлопнул его по плечу и почему-то опять спросил. – А твой папка больше ничего не привез?

– Не, больше ничего… Духи бабушке…

– Ну ладно. Пошли.

Они построили немного рожи девчонкам, которые с важным видом отправились к Пискле домой, потом забрались со стороны посудного магазина в узкий проход за сараями и там уселись.

Здесь у них был штаб, отлично оборудованный и, конечно, засекреченный. Они нарезали флажки и закрасили их красным цветом, Маленький Арик зачем-то на одном из красных флажков лиловым фломастером нарисовал цветочек. Его обозвали дебилом и закрасили цветочек лиловой пятиконечной звездой.

Нормально получилось.

Потом услышали девчачьи голоса – это Шепелявка с Писклей выбежали во двор поиграть. Пора было действовать. Мальчишки гуськом протиснулись в обратном направлении и отловили девчонок уже на выходе со двора.

– Куда собрались? – грубовато осведомился Командир.

– В дочки-матери играть. Глисте из третьего номера мать куклу новую купила. Говорящую!

– Ерунда! – отрезал Командир. – Говорящих кукол не бывает!

– Нет, бывает! – взорвались девчонки.

– Говорю вам – у нас кое-что получше есть! – И он, как фокусник, выкинул из-за спины руку с двумя яркими фломастерами. Девчонки выпучили глаза. Первой в себя пришла сообразительная Пискля:

– Че это? Фломастеры? Твои? Где взял?

– Наши! – гордо заявил Командир. – К нему папка приехал, сто штук таких привез!

Он ткнул Маленького Арика в бок, чтобы тот подтвердил. Тот ответил молчаливым кивком, пытаясь не дышать секундочку, чтобы не показать, как ему больно от тычка.

– Ну вот, хотите – будут ваши? – продолжил Командир свою победоносную речь.

– Как это? Задаром? – влезла Шепелявка, которая сама ничего никогда просто так не делала, даже задаром не глотала вкусную аскорбинку, которую ее маме порекомендовала Командирова мама-медсестра.