Кружка

Ненавижу Египет и Турцию — все эти курорты и поганцев вербовщиков. Душно и мерзко от липкого пота и трещащей башки. Вокруг бродит, лежит, сидит примученный не похмелённый народ — мужики, что подрядились на вахту в «Евразия-Газмонтажсервис». Ненавижу их грёбаный корпоративный дух, за который надо было бухнуть всем вместе. Ненавижу душегубку автобус, в которой проснулся и не знал, как из него выбраться. Ненавижу свой предатель организм, который обмочил мне штаны, но не совершил большего как у некоторых. Ненавижу телефон, который не ловит местную связь. Ненавижу

смрад человеческих тел с запахом мочи и фекалий. Уже ненавижу снующих среди нас и разбросанной зимней одежды, с зажатыми носами, представителей компании. Смешные цветные люди в шортах бегают и противно кричат на ломаном русском, вызывая на помывку и оформление документов.

Деляги-импотенты могли бы хоть в тень автобусы загнать. Семь вахтовок НЕФАЗ на базе Камаза, в каждом по двадцать восемь человек — это ж почти двести рыл, а я в списке в самом конце. Нет у меня приличных слов для описания ситуации, в которую мы попали. Не понимаю, как они загнали столько автобусов в один самолет или самолетов было два?

Крикуны видимо сообразили, что такими темпами они нас в чувство не приведут. Народ расчухается и начнет поправлять здоровье напитками из дьюти фри. Галопом пригнали пару машин водовозок и организовали общий летний душ прямо на площадке. Рядом поставили контейнер под грязную одежду и канистру жидкого мыла для помывки. Пойду, помоюсь в первых рядах, а то засранцы набегут, потом стоять в чужом дерьме придется. Хорошо, что я от своего автобуса не ушёл, а сидел оперевшись спиной на его заднее колесо. Периодически выпадая из реальности после пары глотков тёплой минералки неизвестно как оказавшейся у меня в руке. Личные вещи нашлась быстро там, где и были в сумке под сидением.

После душа и чистки зубов стало легче. Переоделся в тонкий летний костюм от «Магеллана» в песчаной расцветке. Купил его как то по скидкам через интернет за семьсот рублей вот и пригодился. Грязную одежду сложил в пакет. Полегчало. Начал осматриваться. Вокруг одни ангары, дорожные плиты и песок. Персонала базы этой практически не видно. Запах нагретого железа и бетона перебивался едва уловимым, но тяжелым незнакомым травяным запахом.

Пока мылся, принесли воду в бутылках. Водохлебы кому совсем невмочь, накинулись на упаковки, разорвали и рассыпали по бетону несколько десятков литровых бутылок. Я не гордый взял с земли три штуки и сходил, помыл, там у водовозки из стыка шланга подтекала тонкая струйка. Вода на такой жаре явно пригодится.

Слышу орёт морда нерусская Ящикофф Николас. Никто не реагирует, походу меня орёт.

Махнул рукой негриле. Тут я сердешный! Уже, не помираю, но вроде еще и не живу.

От малохольного ко мне трусцой подбежал пацан лет шестнадцати. Объявил на нормальном языке, что он мой сопровождающий и надо мне с вещичками галопом бежать в офис, куда он меня проводит.

Офис как офис один из множества. В таких офисах умерло и родилось неисчислимое количество наивных романтиков и циничных пройдох.

Встретила меня сидя за столом уставшая с красными глазами женщина средних лет. Сбоку от неё молча стоял здоровенный негр в иностранной полевой форме с здоровенным пистолетом в набедренной кобуре. Все здоровенное, наверное у этой тетки фетиш такой иначе не может. Потекли мои мысли, куда-то не туда.

— Присаживайтесь

Николай. Сразу скажу, я не имею никакого отношения к вашим нанимателям. Сейчас я ознакомлю Вас, со сложившейся ситуацией и прошу не перебивать меня. Все возникшие вопросы вы зададите в конце. Вы меня поняли?

— Да понял.

— Вас незаконным образом в бессознательном состоянии переправили на территорию базы Восточная Европа. В связи с этим руководству ордена пришлось экстренно вмешаться и переправить Вас на базу Северная Америка. В настоящее время идет следствие по данному факту. Первое что вы должны знать вы на другой планете. Обратной дороги домой, нет и вы здесь навсегда. Навсегда. Навсегда….

Дальше я уже не слышал, что она говорит. Рот её открывался и видимо издавал, какие-то звуки. Но в голове стоял белый шум перезагрузки и полного отсутствия концентрации внимания.

Видимо я не первый и не последний. Охранник мадамки, для приведения клиента в чувство, хлопнул своей лопатой рукой мне по плечу. От удара я вздрогнул и начал ощущать себя здесь и сейчас. А самое главное стал осознавать глубину темного отверстия, в которое попал.

— Ох ёё. ть. Самка собаки и другие нетрадиционные люди.

— Вот несколько брошюр по новому миру. В этой папке ваши сопроводительные документы. Проходите дальше на иммиграционный контроль, там вам оформят айди и выдадут подъемные.

Сгрёб со стола бумажки и книжки. Вышел в дверь на противоположной стене кабинета.

Короткий коридор и небольшой холл, в котором как на конвейере людей ставили к белой стенке.

Пахло горячим пластиком и лекарствами. Народ быстро фотографировали и пока оформлялся «Ай-Ди» кололи прививки пневмошприцем и кормили с ложечки, какой-то зеленой приворотной дрянью.

— Николай, какое имя писать в «Ай-Ди»? — Спросил меня служащий ордена.

— Моё. Яшников Николай Александрович. Не перепутайте. Я Яшников. Не Ящиков не Ячников, а ЯШНиков.

— Твое так твое. Я понял.

Загудел аппарат, и из него вылезла пластиковая карточка с моей фотографией.

— Держи это теперь твой паспорт и права. Старые документы выкидывать можешь туда. Показал пальцем в сторону машины типа шредера или садового измельчителя стоящего в большой картонной коробке.

Стал искать свои старые документы в сумке, а нет их ни паспорта, ни кредитки, ни наличных — обобрали, пока спал.

— Нет ничего.

— А у ваших практически у половины ничего нет. Так что не думай и не переживай! Теперь заботы у тех, кто там у вас остался. Вы ж бестолковые кучу бумаг, наверное, подписали по контракту.

— Точно много бумаг было. Агент этот вербовщик Виктор много разных бланков приволок. Медкомиссию проходили. Справки собирали, считай два месяца.

— Наберет народ кредитов на ваши документики! Может и чего ещё сообразит.

— А откуда вы знали наши имена?

— Так на вас вся сопроводиловка в автобусах лежала вместе с копиями документов. Поторапливаться нам надо Николай. Для вашего табора там собрание проводят. Контракт на работу вы заключили, а к представителю местной фирмы претензий нет они ждали работников они их получили. Кто вербовкой занимался это отдельная история и может так сложится, что увидишь ты своего Витеньку здесь.