Чтение онлайн

Руни огласил воздух негромким, но выразительным англосаксонским словцом.

— Ты хочешь сказать, что убийца прятался в комнате, когда мы туда пришли?

— Не совсем так, сержант. Он был в комнате с вами. Но он не прятался.

— Не пря… — Взгляд Руни ясно давал понять, что один из нас идиот. — Но, черт, кто тогда… где…

— Отвечу одним драматическим жестом, сержант.

И я действительно позволил себе жест, исполненный пошлейшего сценического драматизма: отпихнул от стены кровать.

Перед нашими взглядами предстало — точнее, возлегло — тело мистера

Харли Бонда. Нет, не мертвое тело. Мистер Бонд мирно спал, и не сразу его удалось разбудить.

Я получил премию после того, как старшина присяжных вымолвил свое веское слово. Капитан полиции Старр присутствовал при сей сладостной процедуре и по-отечески похлопал меня по плечу.

— Несложный случай, капитан, — скромно признал я. Скромность весьма уместна в общении с полицейским чином, особенно если ты частный детектив. — Сначала я потрепыхался, потому что воображал, что Бонд вошел в комнату с полицией. Поезд за окошком гремел, то-се… Но потом подумал: нет никаких причин считать, что его там не было и раньше, что это не он говорил с Джобсоном.

Капитан задумчиво покачал головой:

— Ведь он способный парень. А влип в такую ситуацию.

И с философским видом добавил:

— Выступил в суде за банду, вошел с ней в контакт, увидел, как плывут в руки легкие деньги… И вот результат. Запаниковал. Испугался. Что за Джобсоном следят, он знал. Позвонил нам, сказал, что встретится с ним, и пригласил на полчаса позже для обмена информацией. Обеспечил подход и отход. Хитрый парень.

— Очень хитрый парень, — с готовностью согласился я с капитаном, складывая чек. — Но не самый хитрый, — добавил я себе под нос.

— А в вас, мистер Фуллер, должно быть, проснулся материнский инстинкт, когда вы узнали, что я один-одинешенек направляюсь в «Стоповер-инн», — обратился я к мистеру студенту, когда мы с ним вышли из управления. — И вы решили подстраховать меня полицией.

— Совершенно верно, — кивнул он как-то механически.

— Представляете себе, что вам угрожало, если бы сержант появился раньше положенного и сгреб бы приз себе?

Он снова кивнул, точно так же. Я даже всмотрелся в его лицо повнимательнее: уж не робот ли он?

— И вы, конечно, представляете себе, на что потратит такую кучу денег простак вроде меня?

— Совершенно верно, — опять механически кивнул он, но сопроводил кивок жестом неожиданной человечности: сунул руку в карман и протянул мне плоскую пинтовую фляжку.

После того как я к ней основательно приложился, он прикончил содержимое и сказал нормальным человеческим голосом:

— Как раз хватит, чтобы дойти до уютного местечка, где можно спокойно пообщаться.

Я снова глянул на него. На этот раз он мне понравился.

— Совершенно верно, — согласился я.

«Манхэттенский кошмар» — первый роман Томаса Уолша (1908–1984) и одно из самых захватывающих произведений о работе полицейских — был по праву удостоен премии Эдгара По в номинации «Лучший детектив 1950 года».

Уолш,

однако, начал писать криминальные романы еще в 1933 году. Свои многочисленные произведения он публиковал в таких известных иллюстрированных журналах, как Collier's и The Saturday Evening Post, некоторые из его рассказов печатались и в журнале Ellery Queen's Mystery Magazine. Еще раз он получил премию Эдгара По в 1978 году за рассказ «Второй шанс».

В том же году по рассказу сняли фильм «Станция „Юнион“». Совершенно очевидно, что под названием этой станции подразумевался Центральный железнодорожный вокзал Нью-Йорка. Режиссеру успешно удалюсь перенести рассказ на экран, и фильм никоим образом не утратил атмосферы напряжения, которую столь искусно создал писатель. Действие рассказа длится на протяжении 48 часов. Нагнетаемая неизбежность развязки, ставшая неотъемлемым элементом современных триллеров, являлась довольно свежим приемом в те времена, когда Уолш писал свой первый из одиннадцати романов.

В 30-е годы Томас Уолш опубликовал в журнале «Черная маска» около полудюжины рассказов. «Двойная проверка» стал первым из них, а появился он в июльском номере за 1933 год.

Дивайн был юрким человеком небольшого роста, щуплым, с тонкими чертами лица. Его волосы и щеточки усов над верхней губой отливали жгучей чернотой. От уголков проницательных глаз тянулись лучики морщинок. Когда он заговорил, в его взгляде одновременно чувствовались беспокойство и наигранная легкость.

— Вы должны понимать, что я не могу относиться к этому серьезно, — сказал он.

Флаэрти кивнул. Ему был знаком такой тип людей — надменных богачей, имеющих в обществе большой вес. Поди пойми, что скрывается за их поведением.

Банкир же, не повышая голоса, заговорил быстрее:

— Первое письмо я получил две недели назад. С того времени они стали приходить с перерывом в два-три дня. Конечно, я не придавал им никакого значения — люди моей профессии постоянно получают подобные письма. В основном это пустые угрозы, но вчера мне позвонили прямо сюда, в мою контору, вот тогда-то я и решил обратиться в полицию. За помощью профессионалов, так сказать, — он выдавил слабую улыбку, еле разжав губы.

Флаэрти кивнул.

— Правильно поступили, — сказал он. — У вас остались эти письма?

Дивайн слегка повернулся в кресле и нажал на одну из белых кнопочек рядом с собой.

— Зачем они мне? Если, конечно, их не сохранил Барретт, мой секретарь. Но я и представить не мог…

Высокий мужчина с серыми глазами, в сером костюме, с каштановыми волосами с проседью бесшумно проскользнул в кабинет. Он слегка кивнул Флаэрти, глядя как будто мимо него.

— Нет, — ответил он, когда Дивайн повторил свой вопрос. — Прошу меня простить, но я отправил их прямиком в мусорную корзину — самое подходящее место для таких писулек. Мне и в голову не пришло, что они могут понадобиться.