Кровавый Дунай

– Вем, ако са достать до Будапешти…

Разведчики разом повернулись к капитану Стояну, скромно сидящему в дальнем углу комнаты.

Савушкин, оглядев своих бойцов, бросил словаку:

– Излагай!

Тот, прокашлявшись и посмотрев в окно, за которым громыхала канонада – произнёс, стараясь говорить по-русски – ну, или думая, что по-русски:

– Сом з Комарно. Служив ческословенска

армада. Комарно тераз мадьярске место – был таки виденьский арбитраж. – И искательно, с надеждой в глазах, посмотрел на разведчиков.

Лейтенант Котёночкин, единственный из группы, понятливо кивнул – дескать, в курсе. Остальные, в том числе капитан Савушкин – с изумлением пополам с любопытством посмотрели на заместителя командира. Тот, немного смущённо, пояснил:

– В ноябре тридцать восьмого года тогда ещё Чехословакия согласилась с решением Германии и Италии. Которые были арбитрами в территориальном споре с Венгрией. Тогда чехи согласилась передать венграм территории, где мадьяры составляли устойчивое большинство. В том числе Комарно, Кошице, какие-то ещё города…

Капитан Стоян радостно закивал.

– Так, так!

Савушкин, нахмурившись, произнёс:

– И что? – Пару секунд помолчав, добавил: – Сегодня двадцать седьмое октября, через несколько часов здесь, в Банской, будут немцы. Сложные решения нам не подходят. Надо просто, быстро и эффективно. Ясно, капитан? – уже обращаясь персонально к словаку. Стоян закивал.

– Розумем, розумем. Ето просто. Ми через Малу Фатру едем до Банска Штявница. Там през гору добираем до подунайска нижина… Розумеете? – С надеждой посмотрел он на Савушкина.

Тот кивнул.

– Понимаю. Спускаемся на дунайскую равнину. Не отвлекайся.

– Мам папир словенска армада. Вы работники… военска ставба? – И с надеждой посмотрел на Котёночкина. Тот кивнул.

– Военного строительства.

Стоян радостно кивнул.

– Так! Далей мы едем до Левице. Тераз то Венгрия, било Ческословенска. Там я змогу помоц зменить… Облеченье? Одеж? – И показал на пиджак Савушкина. Капитан кивнул, дескать, ясно. Стоян облегчённо продолжил: – Мам камерада, тераз в мадьярска армада. Надь Ласло. Бил школьны… Един клас. Розумете? – Савушкин молча кивнул, Стоян продолжил: – Ласло допоможе. Зменим ваша одеж на мадьярска военска униформа. Понимаете?

– И дальше? – Савушкину начал нравится план словака.

Капитан Стоян улыбнулся.

– Говорим по мадьярску. Кто з вас знае мадьярски?

Лейтенант Котёночкин, смущаясь, ответил:

– Беселем мадьярул. Кичи. Эш тудом. Кичи-кичи [1] … – И развёл руками.

Капитан Стоян удовлетворённо кивнул.

– Юж добре. Будьмо мадьярски вояци з Берегсаз. Там русины. Ви будьте мадьярски вояци русины, не знате мадьярский язык. То нормальне! Я – мадьярски офицер, вы – мадьярски вояци, ми едем до Будапешти… але я не вем про папиры… – И, виновато улыбнувшись, развёл руками.

Савушкин тяжело вздохнул. Да, без документов их вояж – до первого патруля… Авантюра в чистом виде! Но других вариантов всё равно нет… Покачав головой, командир группы спросил у словака:

– Капитан, а как через Дунай?

– Ест мост в Комарно, Эржебет хид, ест в Эстергом – мост Марии Валерии… – На мгновение задумавшись, капитан хлопнул себя по лбу и радостно произнёс: – Лодка!

Савушкин недоумённо переспросил:

– Лодка?

– Так, так, лодка! Ми дойдем до Будапешти на лодка! И нет папир!

Савушкин, кивнув, произнёс:

– Лодка так лодка. Там разберёмся, на месте, если… Если доберёмся. Что не факт, учитывая ситуацию… Ладно, вечером обсудим – если выберемся из этой мышеловки. А сейчас грузимся и выдвигаемся на Малахов – час назад в штабе говорили, что эта дорога ещё свободна. Ну а дальше… – капитан вздохнул, – будем посмотреть. Всё, по коням! Костенко, проверь наше барахло, провиант – уходим в неизвестность, запас не помешает. Лейтенант, на тебе маршрут – от Малахова через Фатру до Банской Штявницы и дальше, до Левице. Наизусть выучи, чтобы от зубов отскакивало! Некрасов, отвечаешь за оружие – проверь исправность и запас патронов. Как тебе новая «света», кстати?

Снайпер скупо бросил:

– Пострелять – годиться. Для прочего – никак…

Савушкин улыбнулся.

– Всегда обожал твой искромётный юмор. – И, обращаясь к радисту: – Чепрага, проверь зарядку аккумуляторов и своё хозяйство.

Радист кивнул.

– Сделаем. – И, чуть помявшись, добавил: – Меня так-то Андреем кличут.

– Принято. Всё, пятнадцать минут на подготовку, и… – Капитан одёрнул обшлаг плаща, посмотрел на часы: – В четырнадцать тридцать пять выдвигаемся. Капитан, – уже обращаясь к словаку: – вам что-то надо забрать?

Стоян смущённо улыбнулся, и, кивнув на свой рюкзак, произнёс:

– Не, всё зо мном.

– Ну вот и отлично. Пойдёмте, поможете мне натянуть тент, пока ребята собираются.

Вдвоём они спустились во двор, где стоял их «блитц» – всё ещё охраняемый солдатом из комендатуры. Савушкин про себя удивился – смотри-ка, восстание закончилось, армию генерал Виест распустил – а этот боец наперекор всему несет службу… Капитан вполголоса произнёс, обращаясь к своему спутнику:

– Стоян, скажи ему, пусть идёт домой. К вечеру тут будут немцы…

Словак отрицательно покачал головой.

– Я не ест его командир. Он не уйдёт.

– Тогда пусть подержит край тента – что зря стоять…

Втроём они быстро, за пару минут, укрыли кузов «блитца» видавшим виды, но относительно целым брезентом – и очень вовремя: из дверей их временного обиталища вывалился сержант Костенко, тащивший несколько вещмешков, забитых полученным утром продовольствием – словацкие интенданты решили дотла раздать все запасы со складов и цейхгаузов, и старшина разведчиков этим не преминул воспользоваться.