Чтение онлайн

Будучи хитрым, искушенным в разбоях нохчей, господин Умаров понимал страшную опасность наличия дополнительных свидетелей при подготовке грандиознейшей, не снившейся даже Басаеву операции; знал, как быстро может ФСБ «к двум прибавить два», сообразить, зачемчеченцы умыкнули сына начальника охраны АЭС, и пресечь в зародыше намечающийся теракт.

Поэтому он напрочь отмел предложение младшего брата «допросить пленного после завтрака, на свежую голову», решил вплотную заняться Евгением Андреевичем, лишь только тот придет в сознание, и отдал Дадашеву упомянутый выше приказ.

Между тем поручение

хозяина отнюдь не привело в восторг усталого, желающего спать Салмана. Более того, Умаров-старший жестоко уязвил самолюбие молодого врача-недоучки, ни на йоту не поверив его «профессиональному» мнению о физическом состоянии «пациента». В результате обиженный нукер отнесся к полученному заданию с крайней нерадивостью.

Держа автомат на изготовку, он включил свет, отпер дверь, не заходя в камеру, бегло осмотрел оба тела, застывших на полу в безжизненных позах, неразборчиво выругался по-чеченски, обратно щелкнул выключатель, снова запер замок и, лениво шаркая ногам, убрался восвояси. «Изгаляется, сукин сын! – устраиваясь до очередной проверки на лавке в пыточной комнате, злобно подумал Дадашев о Беслане Магометовиче. – Я же неплохо разбираюсь в медицине и вижу – не скоро русский оклемается. О чем, кстати, и сказал Казбеку. Ан нет! Надо загрузить человека бессмысленной работой! Лишний раз власть продемонстрировать! Ско-ти-на! Чтоб ты поутру в «очко» провалился, да дерьма вдоволь нахлебался! Чтоб у тебя черви в яйцах завелись!!!»

– Пронесло! – когда шаги Салмана затихли в отдалении, облегченно вздохнул Александр, вновь придвигаясь к Евгению Андреевичу. – В двух словах. Как вы сюда попали?

– Тебя поехал выручать...

– Так я и предполагал! А откуда узнали о произошедшем?

Павлов подробно поведал о беседе с Ирой Петровой.

– Чеченам об этом известно?! Они вас допрашивали?! – тревожно встрепенулся Барятинский.

– Нет. По прибытии на место я с ходу угодил в засаду, дрался, пока не потерял сознание, и очнулся уже в камере.

– Слава Богу! – перекрестился студент, помолчал несколько секунд и зашептал горячо: – Евгений Андреевич! Не говорите нохчам об Ире и о ребятах, присутствовавших при вашем разговоре. Тогда их всех моментально уничтожат! Утверждайте однозначно, проходил неподалеку, стал случайным свидетелем, узнал среди нападавших Руслана, потому и позвонил... Будут, конечно, бить, мучать, пытаться «взять на понт», но вы продолжайте упрямо настаивать на своем! Сможете?

– Смогу! – твердо пообещал Павлов. – Пусть хоть на куски порежут, гады!!! Прости меня, Саша, – вдруг всхлипнул он. – Я считал тебя фашистом, всячески хаял, а ты оказался кругом прав. Как и мой младший брат эфэсбэшник, которого я тоже ругал напропалую и с которым последнее время даже перестал общаться!

Бывший либерал печально поник головой, а Барятинский наморщил лоб в глубоком раздумье.

– Значит, ваш брат служит в ФСБ? – спустя полминуты неожиданно переспросил он.

– Ну да, – подтвердил Павлов. – В каком-то там спецподразделении. Неоднократно бывал в Чечне.

– Гм, а я не знал!

– И никто не знал, – сконфуженно пробормотал Евгений Андреевич. – Я стыдился работы брата и никогда, никому о ней не рассказывал.

– Прекрасно! Просто замечательно!!! – оживленно потер ладони Саша.

– Че-е-его-о?! – не понял Павлов.

– Короче, слушайте! Когда чечены поверят, будто вы впрямь единственный свидетель, начните

слезно умолять их сохранить вам жизнь, предложите за себя колоссальный выкуп... допустим в пятьсот тысяч долларов! Нохчи по натуре хапуги, непременно соблазнятся подобной суммой, но обязательно поинтересуются, откуда у вас, обычного интеллигентишки, возьмется такая уйма баксов? Тогда скажите, – мой брат крупный подпольный предприниматель. Чем конкретно занимается – не знаю, однако денег у него куры не клюют!

Рыдая, попросите видеокамеру и обратитесь к брату с речью типа: «Выкупай меня срочно! Иначе чечены на части разорвут! Ты же богатый «теневик». Бабки – гребешь лопатой. Пол-«лимона» наличными можешь собрать за пару дней. Неужели ты пожадничаешь, не заплатишь и бросишь ближайшего родственника на растерзание чеченцам?!» Ну и так далее... Брат, уверен, поймет намек, оперативно наведет справки об обстоятельствах вашего исчезновения (благо свидетели остались), выйдет на след похитителей, и, даст Бог, спецназ ФСБ вскоре возьмет штурмом это змеиное гнездо!

– Но они же будут проверять мои слова, – с сомнением пробормотал Павлов. – Залезут в какую-нибудь компьютерную базу данных [17] и выяснят...

– Да ни фига они не выяснят! – перебил тренера Александр. – Сотрудники спецподразделений умеют шифроваться. Если ваш брат и значится в этой самой «базе», то уж точно не как фээсбэшник.

– Разумно, – взвесив «за» и «против», согласился Евгений Андреевич. – Тем паче иного выхода у нас нет!

– Не только у нас, – тихо добавил студент. – Здесь есть еще камеры с людьми. Я видел. И не забудьте о прибывших из Чечни террористах! Я-то, естественно, не пойду на условия нохчей, не обращусь к отцу, однако они вполне способны изобрести что-нибудь другое. В общем – времени в обрез!!!

Пыточная комната в усадьбе Умаровых.

Несколько часов спустя.

– Кажется, не врет! – глядя на полуживого, окровавленного, судорожно вздрагивающего человека на полу, пробормотал по-чеченски Беслан Магометович. – Ну и слава Аллаху!

– А как дальше с ним поступим? – поинтересовался Казбек. – Убьем... или продадим?

– Сейчас решу. Дай подумать! – Умаров-старший вылущил из золотого портсигара фирменную сигарету, прикурил и начал неспешно пускать дым колечками.

– Отдохните малость, – бросил Казбек двум дюжим нукерам, непосредственно производившим экзекуцию. Тяжело дыша и утирая взмыленные физиономии, те с облегчением опустились на лавку. Вот уже больше часа Павлова допрашивали с пристрастием на предмет выяснения источника его осведомленности об обстоятельствах похищения Барятинского. Евгения Андреевича зверски избивали, пытали электрошоком, грозили еще более страшными муками, если он не перечислит поименно прочих свидетелей происшествия (о наличии которых нохчам якобы доподлинно известно), однако тренер упрямо твердил свое: «Проходил мимо... Узнал среди нападавших Руслана... Потом позвонил, надеялся договориться мирно».