Кроусмарш
Шрифт:
— Лестница ведет в подвал, и наверняка не сообщается с общим помещением скрытая фальшивым фундаментом, а там подземный ход. Куда он ведет?
— Это не имеет значения. Вынужден с вами согласиться, падре, сэр Андрэ и вправду весьма не ординарный человек. Но как бы это сказать, немного невыдержанный. Но надеюсь в бою вашей выдержке можно позавидовать. Наверняка так, иначе вас давно схарчили бы орки.
— Степные орки не едят разумных, внимательно следя за реакцией инквизитора, проговорил Андрей.
— Но вы были и за Яной, а уж они-то человеченку очень уважают, — не моргнув глазом, ответил тот. —
— Я внимательно вас слушаю.
— Вот и прекрасно. Итак, о существовании Южной Империи и других государств орков, известно уже давно. Очень давно. Как такое случилось до сих пор не понятно, но около десяти лет об орках не было ни слуху ни духу. Люди расселялись, ссорились и наконец, разделились. А потом в наказание за наши распри Господь отвернулся от нас, а Сатана наслал на нас полчища своих слуг. Разумеется это официальная версия. Со степными орками мы столкнулись несколько позже, чем с лесными. Так уж случилось, что люди появились здесь на ничейной земле, полоса земли не занятая никем. Постепенно люди отвоевывали территории и между степными орками и лесными появились людские государства и орки перестали ходить в набеги друг на друга, мы надежно отделили одних от других. Однако вскоре у степных орков были обнаружены монеты, а деньги это уже признак государства. Затем были и другие находки, которые ни как не вязались с дикарями, посуда со сценами штурмов крепостей, с изображением баталий и воинами облаченными в одинаковые доспехи. Было принято решение начать изучать врага. Брались пленные орки и изучался их язык. И тут то и стало известно о множестве государств за степью. Именно государств, со всеми структурами должными для нормального государства, со своей письменностью и самое главное летописями. К оркам был направлен отряд разведчиков, лучшие из лучших. Им удалось доставить одну из летописей и грамотного орка. Вот тут-то и стало известно доподлинно, что орки живут здесь гораздо дольше нежели в этом мире появились люди.
— А значит, стало известно и о том, что они ни какие не исчадия ада, а просто хозяева этого мира, люди же не желанные здесь гости.
— Именно. Но к тому моменту, святой Иоан уже покоился с миром, а никто другой не мог открыть врата обратно. Нам оставалось только выживать в этом мире. Люди были уже разобщены и единственное, что еще связывало их, это вера. И тогда Церковь стала усиливать свои позиции, был создан орден Святой Инквизиции. Даже среди священнослужителей далеко не многие знают о существовании орочьих государств.
— Ну что же, весьма познавательная беседа. Но только вы не сказали пока ничего такого, чего бы я не знал или о чем не догадывался. Вот скажите, неужели вы действительно полагали, что вам удастся вечно удерживать это в тайне. Ведь живущие на южной границе видели, что повадки степных орков сильно отличаются от повадок лесовиков.
— Это так, но это было только на уровне слухов и догадок. Сильные позиции инквизиции, на южной границе позволяли сохранять тайну.
— Что же изменилось?
— А изменилось то,
— Это свершившийся факт. Да, соперник еще не добит, но он уже на коленях, осталось нанести последний решающий удар. Два, от силы три года и Империя придет сюда. Вы в этом сомневаетесь?
Честно признаться, сомнения есть относительно существующего положения дел. Информации недостаточно.
— Для меня, так и вполне.
— Дело в том, что для синода информации полученной от опального епископа и неблагонадежного рыцаря, а по сути, только от него, будет не достаточно. Вы понимаете, что если обнародовать эти сведения, то это будет сродни снежной лавине в горах.
— Страшно и убийственно. Да понимаю. А еще я понимаю, что если попытаюсь сам сделать это, то окажусь на костре. Я даже понимаю то, что очень сильно рискую, беседуя с вами. И только не понимаю, почему должен оставить вас в живых.
При этом голос Андрея изменился. Он вроде все так же звучал спокойно и ровно, но что-то в нем неуловимо поменялось, и сквозь это спокойствие прорвалась неприкрытая угроза. Реакция брата Адама была молниеносной.
Как в его руке оказался нож и как именно он нанес удар, Андрей так и не рассмотрел. Нет, потом-то он все вспомнил и разложил по полочкам, но вот в тот момент, он буквально ничего не заметил. Просто сработали милицейские рефлексы, помноженные на ежедневные тренировки и длительный боевой опыт.
Ударом обеих рук в перехлест, по кисти, он выбил нож из рук инквизитора, вызвав его болезненный стон. В следующее мгновение он нанес боковой удар ребром ладони по шее, удар ногой под колено и вот он уже перехватывает упавшего на колени брата Адама за подбородок и затылок, чтобы одним движением сломать тому шею…
— Андрэ!!! Нет!!!
Окрик падре подействовал на Андрея отрезвляюще и успел остановить движение, несущее смерть. Он отпустил своего противника и тот повалился на пол бесчувственной куклой.
— Ты убил его?
Андрей нащупал артерию на шее поверженного инквизитора и посмотрев на священника ответил.
— Пока нет. Но вот убейте меня, не понимаю, почему вы меня остановили, и почему я не должен закончить начатое?
— Это я ему все рассказал.
— Это, я понял.
— Как ты не понимаешь, без поддержки Церкви нам не остановить вторжение.
— Это-то я понимаю, и именно поэтому все рассказал вам.
— Ты думаешь, что мне под силу одному поднять столь непосильный груз?
— Нет, конечно. Но у вас есть ваши последователи, друзья и соратники.
— Так вот брат Адам, тот, кому я больше всего доверяю. Тот, кто пытался устроить мой побег из узилища и не удалось ему это, только потомучто я отказался бежать.
— Инквизитор???
— Брат Адам, который с послушничества был рядом со мной. Он не раз пытался образумить меня, но я его не слушал, ибо верил в свою правоту.
Инквизитор зашевелился на полу. Вскоре он сумел сесть и встряхнул головой и подняв пока еще замутненный взгляд на Андрея, вымучено улыбнулся.