Крик тишины

Дорогой читатель, эта книга содержит материал для взрослых.

Материал включает в себя:

Одержимость

Домашнее насилие

Абьюз

Потеря ребенка (выкидыш)

Смерть близкого человека (в прошлом)

В этой истории описаны сцены домашнего насилия и жестокого обращения. Некоторые моменты могут быть тяжелыми для восприятия.

Читателю рекомендуется проявлять осмотрительность.

Цинциннати, Огайо

Я провожу ладонями по черному фартуку, размазывая липкие остатки вермута по вышитому золотом логотипу «Teddy's Tavern[1]». Оглядываю длинный ряд клиентов, сидящих за полированной барной стойкой из красного дерева в фешенебельном ресторане в Хайд-парке. Большинство из них одеты в деловые костюмы – сбежали с работы, лишь бы успеть на «счастливый час»[2]. Все болтают со своими коллегами, и кажутся довольными. Проходит совсем немного времени, прежде чем меня просят приготовить еще один мартини.

— Джиа! — Теодор Ривз, также известный как Тедди, окликает меня из двери, ведущей на кухню. — Нат завалена заказами – новенькая не вышла сегодня. Сможешь пройтись по столикам в секции А?

Я смотрю на Наталию, мою коллегу и лучшую подругу. Она определенно выглядит измотанной.

— Слушаюсь, Тедди, — отвечаю я, шутливо отдав честь.

— Спасибо, куколка. В наши дни трудно найти хорошую помощницу.

Я обхожу бар и машу ему рукой.

— Да ладно. Ты же знаешь, никто не будет настолько идеален, как я, — шучу, направляясь к своей подруге. Увидев меня, плечи Наталии заметно расслабляются от облегчения.

— Чем могу помочь?

— Столику семь и девять нужно обновить напитки. Еда за столиком пять должна уже быть готова. Выбирай. Бери напитки или еду, — торопливо тараторит Наталия, заправляя выбившуюся прядь угольно-черных волос из хвоста.

— Принесу напитки. Так смогу следить и за посетителями бара, — предлагаю я.

— Хорошая идея. Не могу поверить, какой у нас сегодня аншлаг! Учитывая, что в Дэнбери проходит музыкальный фестиваль, думала, что будет спокойнее.

Приподимаю одну бровь и наклоняюсь к ней поближе, чтобы меня не услышал никто из посетителей.

— Серьезно, Нат? Перед тобой самая шикарная публика цинциннатских яппи – элита элит. Ты правда думаешь, что хоть кто-то из них пойдет на концерт Fall Out Boy[3] или Sublime[4]?

Она ухмыляется, а затем кривит гримасу, словно пытается представить это.

— Нет, полагаю, ты права. Не могу представить эту шикарную компанию

даже близко с рок-концертом.

Смеюсь, похлопывая подругу по плечу, а затем направляюсь к столикам, где нужно обновить напитки.

Пять часов спустя ресторан выглядит опустевшим, в баре сидят всего несколько человек. Облокотившись на заднюю стойку, наблюдаю, как Наталия подсчитывает наши чаевые за вечер. Она протягивает мне пачку наличных на общую сумму в шестьсот долларов.

— Неплохие чаевые за вечер, — размышляю я, доставая сумочку из-под бара. Разделив деньги, кладу половину в свой кошелек, а остальное – в потертый, рваный белый конверт. После того, как ставлю сумочку обратно под прилавок, поднимаю глаза и вижу Наталию, которая смотрит на меня с грустным выражением лица.

— Что? — спрашиваю я.

— Просто думаю, подруга.

— О чем?

— Примерно через сколько смен будут погашены долги твоей мамы, — тихо отвечает она.

Эмоции обжигают горло. Я пытаюсь игнорировать укол боли, который ощущаю каждый раз, когда вспоминаю о матери. Наталия имеет в виду долг по кредитной карте, который я накопила, пытаясь помочь оплатить рецептурные препараты, необходимые, чтобы выжить в смертельной борьбе с раком. Хотя у мамы была приличная медицинская страховка – этого оказалось недостаточно. В конце концов, что бы я ни делала, ничего уже не имело значения. Никаких денег не было достаточно, чтобы спасти ее. Я потеряла маму из-за рака яичников почти год назад, и всё еще ужасно скучаю по ней. К сожалению, небольшого полиса страхования жизни хватило только на покрытие расходов за похороны. Остальную гору долгов по кредитной карте мне приходится тянуть на себе.

— Я должна всего несколько тысяч, — говорю, пожимая плечами.

Четыре тысячи двести девяносто восемь, если быть точным, но кто считает?

— Что будет после выплаты?

Поднимаю губы, обдумывая вопрос. Понимаю, к чему она клонит. Мы часто говорим о наших списках желаний и обо всем, что мечтаем сделать до тридцати. Единственное, что удерживает меня от того, чтобы начать вычеркивать пункты из списка – гребаный долг. Как только он будет погашен, я наконец смогу по-настоящему начать жить своей жизнью.

— Знаю, мы говорили о путешествиях, но, думаю, сначала хочу поступить в колледж, — выпаливаю я.

— Колледж? Ты никогда раньше об этом не говорила.

— Ну да… здесь можно заработать нормальные деньги, но я не хочу работать здесь вечно.

— Эй, я всё слышал! — кричит Тедди. — Что плохого в том, чтобы остаться здесь навсегда?

Я поднимаю глаза и вижу, что он сидит за столиком у дальней стены ресторана с Беном Сантосом, неофициальным вышибалой «Teddy's Tavern». Стопка книг в кожаных переплетах перед Тедди подсказывает мне, что он подсчитывает недельную выручку. Он подмигивает мне, и я улыбаюсь.

— «Навсегда» означает, что я не смогу взять отпуск на месяц, чтобы попутешествовать по Европе. Запомни мои слова – однажды я это сделаю. Но, — протягиваю с игривой ноткой, — может, останусь на полставки только ради тебя, старик.

Бен фыркает, Тедди бросает на него сердитый взгляд.

— Без тебя это место было бы совсем другим, — бурчит Тедди.

— А как же я? — с обидой в голосе спрашивает Наталия.

— Ладно, без тебя тоже, — нехотя признается Тедди, но мы понимаем, что он шутит. — Вы, девочки, держите место на плаву. Клиенты вас обожают.