Кремлевский сыщик
Шрифт:
Вскоре от «сторожки» к повороту помчался «Мерседес». Джип остановился возле микроавтобуса пожаловавших на объект служивых людей. Из салона выбрался старший дежурной бригады ФСО. Савельев наметанным глазом посмотрел сначала на автотранспорт, на номера – серия СКО указывала на принадлежность к Следственному комитету РФ, затем на тех двоих, кто потребовали рандеву с ним.
– Полковник юстиции Кожеедов... – представился тот, кто был старше по возрасту и чину. – Старший помощник начальника следственного управления по Московской области Следственного
– Подполковник Савельев, Федеральная служба охраны. Мне сказали, что у вас какое-то дело?
– Да... – Мужчина вдруг замялся (было заметно, что он нервничает). – Отойдемте в сторонку, подполковник...
– Не стоит, – спокойным тоном сказал Савельев. – Я вас слушаю, товарищ полковник юстиции.
– Тут такое дело... Получен сигнал, что возле данного объекта... – Кожеедов кивнул в сторону скрытого от глаз деревьями замка, – задержаны граждане. Хотелось бы прояснить их судьбу.
– Кто именно? О чем или о ком речь?
– Сотрудники охранной фирмы... Старший у них – Усольцев. Также есть сведения, что пропал куда-то гражданин Абышев Руслан...
– А с каких это пор Следственный комитет занимается розыском пропавших граждан? – сухо поинтересовался Савельев. – Я вас пока не понимаю.
Послышалось пиликанье сотового. Кожеедов достал из кармана сотовый, взглянул на дисплей.
– Минутку! – пробормотал он. – Важный звонок.
Он отошел чуть в сторону. Но недалеко – Савельев хорошо слышал реплики, которые тот бросал в трубку. И, судя по всему, Кожеедову звонило большое начальство: голос старшего следователя СК стал вдруг каким-то хриплым, дребезжащим, как у дряхлого старика.
– Да... Так точно... Нет, я не собирался... Значит, меня неправильно проинформировали... Да... Да... Виноват!.. Ошибка вышла!.. Понял! Виноват... Конечно... Так точно, все понял...
Кожеедов, закончив непростой для него разговор – звонил первый заместитель главы Следственного комитета, – сунул, едва не обронив, трубку в карман пальто. Затем, не замечая присутствия сторонних людей, все еще переживая и обдумывая то, что он услышал от высокого начальства, вытер ладонью потный лоб.
– Товарищ полковник юстиции, так какое у вас дело ко мне? – напомнил о себе Савельев.
– Что? А... Извините, ошибка вышла.
– Вы тут называли какие-то фамилии?
– Нет-нет... Это недоразумение.
Кожеедов вымученно улыбнулся, затем махнул рукой помощнику, чтобы тот тоже не задерживался. Спешно уселись в свой автомобиль. Вскоре микроавтобус с эмблемой СК РФ, а также поджидавшая его припаркованная на обочине метрах в ста легковая «Ауди» понеслись по Рублевке прочь от поворота к «Усадьбе Майендорф».
Краснов и молодая женщина, которая вдруг сама вызвалась побеседовать со следователем, вдвоем прогуливались по парку, не отходя далеко от замка, где минувшей ночью произошло столько неприятных событий.
– Так что вы хотели мне сказать, Анна Алексеевна?
– Игорь Полянский... он не убивал Хохлова.
– Так-так. Защищаете своего клиента?
– Нет, просто сказала то, что думаю. И то, в чем уверена.
– На чем базируется эта ваша уверенность?
– Просто я его знаю. Он испорченный, избалованный мальчишка. С определенными наклонностями, скажем так...
– Нетрадиционными, вы имеете в виду?
– Да вы и сами, думаю, все прекрасно понимаете. Но я бы не хотела детализировать.
– Почему?
– Я подписала контракт.
– Вот как!..
– Если бы вы подписали контрактные обязательства, где есть пункты о неразглашении сведений о частной жизни клиента, то и вы, наверное, на моем месте не стали бы его нарушать.
– Давайте каждый из нас останется на своем месте.
– Понятно... Ну что ж, вы в своем праве, гражданин начальник.
– То есть вы, Анна Алексеевна, не готовы отвечать на вопросы следствия по поводу прошлого вашего клиента?
– Он уже не мой клиент. Меня уволили. А отвечать на вопросы я не отказываюсь. Готова ответить на любые вопросы, но в присутствии адвоката.
Краснов достал из кармана сотовый. Трубку ему передала Ирина перед тем, как он с Вербининой отправился на эту «прогулку».
– Это ваш мобильный?
Вербинина взяла перламутрового цвета «Верту».
– Мой, если меня не обманывают глаза.
– Не обманывают. Я не обязан был вам этого сообщать. Но хочу, чтобы вы понимали, что я не собираюсь расставлять вам силки. Я с вами откровенен – в рамках дозволенного. Потому и надеюсь на взаимность. Раскройте и прочтите сообщения, которые пришли на ваш номер.
Вербинина раскрыла «Верту». Одиннадцать пропущенных звонков... о-го-го! Все они от одного абонента, от ее начальника. И от него же пришли две SMS (видимо, отправил их, когда понял, что дозвониться не получится).
Первое сообщение гласило:
АННА НОЧНОЙ ЗВОНОК БЫЛ ОШИБКОЙ. КОНТРАКТ С ТОБОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЕН. БУДЬ УМНИЦЕЙ.
ПЕРЕЗВОНИ КОГДА СМОЖЕШЬ. Н.
Второе сообщение пришло всего сорок минут назад.
АННА ТВОЙ ГОНОРАР ПО КОНТРАКТУ УВЕЛИЧЕН НА ПЯТЬДЕСЯТ ПРОЦЕНТОВ. ОЧЕНЬ НАДЕЕМСЯ
НА ТЕБЯ. ПЕРЕЗВОНИ КОГДА СМОЖЕШЬ. Н.
Вербинина, перечтя еще раз второе сообщение, покачала головой.
– Верните мне «Верту», это пока еще вещдок, – сказал Краснов. – Ну, что скажете? У вас еще не пропало желание разговаривать со мной? Или после прочтения депеш от вашего шефа совсем откажетесь от общения со следствием?
– Эти «мэссиджи» ровным счетом ничего не меняют. – Анна протянула сотовый следователю. – Я и сама хотела уволиться. Более того, я говорила своему шефу, чтобы он подыскивал мне замену.
– Даже так? – Краснов пристально посмотрел на девушку. – Я пока лишь вкратце знаком с вашей биографией. Почему вы ушли из милиции? Вы ведь после вуза служили в отделе информации московского главка?