Чтение онлайн

то у нас будет спрашивать?

– Я, пожалуй, пойду, – сказала Настя. – Спасибо вам, Толя, Вера, за участие в моей судьбе. Не хочу вам доставлять неприятностей,

пойду.

– Подожди ты! – вскинулась сразу

Вера. – Покушай сначала, этот, как следует. отдохни немного, а там придумаем что-нибудь. Правда, Т

оля?

Встав из-за стола, Анатолий молча отправился к себе

в кабинет.

– Промолчал – значит, согласен, – сказала возбужденно- обнадеживающе Вера и подмигнула Насте: всё, мол, устроится, не переживай. – Рассказывай дальше, почему тебе

дали пять лет, а сидела до сих пор?..

Настя не хотела ворошить прошлое, медлила, тянула время, потом все же начала свою печальную исповедь:

– Давали пять, а сидела и находилась в бегах почти четырнадцать лет! Т

ак вышло по

– изуверски. Судили без всяких доказательств. Могли дать и больше… Жена врага-значит, пособница. «Почему не донесла о враждебной деятельности мужа?» А я замужем была всего три недели! Пыталась доказать. Но судья, падло, отмахивался, угрожал, доводов не принимал, сучий потрох!..

– Где ты, Н

асть, таких слов набралась? Ты же была такой доброй, ласковой, стеснялась грубого слова.

– Вера! Т

ам, где я побывала, всему научишься.

– Давай с тобой немного выпьем за приезд,– сказала Вера. – А то мы и не отметили.

– Наливай, коль есть чего… Отмокнем малость, а то в лагерях больше чифирь… да мат-перемат.

– Ты какими-то словами непонятными сыплешь, этот. Н

ахваталась культуры, в кавычках. Я даже, этот, не могу понять тебя. А раньше ведь понимали друг друга с полуслова.

Вера достала из шкафа домашней наливки.

– Своя,– показала она на вишневого цвета бутылку. – У

нас же дача, этот, машина… Сама вожу, научилась. Дача требует машины.

– Хорошо вам… Ты устроилась в жизни, а мне не повезло… Когда я приехала на бан, меня «красноперые» ваши взяли. Но я откыркалась.

– Ну, Насть, ты так заворачиваешь, что я в толк не могу взять, этот. О

ткуда ты их набралась… слов этих?

– Отвыкла я от нормально

й речи. Там, где я была, одни бандитские выражения. Они сами ко мне нацеплялись,

как репьи к приблудной собаке.

В своем сочувствии к подруге Вера не могла понять, как это нельзя отвыкнуть от тюремных слов.

Неужели

какое-то тюремное коверканье стало роднее тех слов, усвоенных с молоком в деревне?

– Когда меня на вашем вокзале загребли,– продолжала Настя, – то думала

– кранты, а потом начала я в молчанку играть. Главное – не дать им врубиться, а мне вызвонить. Жали на

меня они крепко, но мне удалось жало оставить, а яд удалить

!..

– Нет, я тебя, этот, отказываюсь понимать! Переходи на нормальный язык.

– В общем, я с ними гоняла порожняк… Они хотели меня раздеть до кишок, но я

им, васюрикам, вколачивала баки.

– Да переходи ты к нормальному разговору. Прекращай свой блатной жаргон!

– Ладно, извини. Так вот, они хотели с меня допрос снять, а я им показала дулю.

Подруги выпили по одной, потом ещё и продолжи

ли беседу.

– Хочется как следует заложить за бороду,– сказала Настя.

– Настя, переходи, этот, к конкретному разговору, говори нормальным языком!

П

рекращай свой жаргон! Поняла?

– А ты меня, Вера, не пытай! У меня знаешь, сколько было доп

ытчиков! Тебе и присниться не может столько. Скажи мне лучше, сколько твой бабок получает?

– Ты про зарплату?..

– Про неё, проклятую!..

– Настя, я не буду с тобой тюремным языком блатыкать! Мы с Толей

такую серьезную науку вороча

ем, что мне стыдно даже слушать твои слова. Н

е в тюрьме мы, этот… Получае

т он сейчас четыре сотни… А, если удачно защитимся, то будет получать еще приличне

е.

– Какую же вы науку тянете, грызете?

– Я же тебе уже говорила. Преподает он политэкономию. Наука, я тебе скажу, очень каверзная. Сегодня один постулат выставят,

а завтра другой, а ты дефилируй между этими постулатами, лавируй, чтобы не попасть впросак.

– У вас, Вера, тоже свои жаргоны, только научные. К

ак же он, бедолага, пишет?

– Страшно тяжело ему достается писанина! Видела у него, этот, разрез на культе? Это врачи ему сделали приспособление, называется клешня Крукенберга, значит. Какой-то хирург придумал, по фамилии Крукенберг. Вставляю