Шрифт:
Красота
Люди покорили космос и создали культ Красоты – живи, да радуйся. Но Инис не ищет лёгких путей. Вроде выросла в цивилизованном мире, а собралась жить с дикарями. Но что ещё делать, если встречаешь свой идеал? Первым делом – убедиться, что он настоящий. Вторым – что он действительно так прост, как кажется.
Но что, если однажды мир переворачивается с ног на голову?
Теперь
Дверь на кухню открылась, пропуская Кристи, так и пышущую злостью, что подтверждали
– Достали уже клиенты эти! Иди в левый сектор, к восьмому столику, там требуют живую официантку. Тошнит уже от этих дебилов! Типа живая официантка приносит другие, более вкусные напитки и еду? Может, ещё и готовит сама? Ну что за бредовые представления о сфере общественного питания!
– Не кипятись, я схожу.
Люси спрыгнула с кухонного стола-подачи, куда подкатывали за заказом официанщики, и поправила фартук, который топорщился кучей безвкусных салатовых оборочек. На роботах были такие же, разве что шире раза в три, и Люси действительно считала, что им фартуки идут куда больше.
– Кто там хоть сидит, подскажи.
– Да эти, обезьяноподобные… Ну, волосатые переселенцы. С той планеты, которой больше нет, не помню, что там произошло. Ну, на З вроде…
– Скайтайсер, - мимоходом подсказала Люси.
– Может быть. В общем, которые три года как сидят на шее Блока. Мало того что залезли, так еще развалились и лапы свесили! Живую официантку им подавай! Перебирают еще! Тьфу ты! Даже неохота говорить лишний раз, почему я из-за них должна себе настроение портить?! А ты чего остановилась? Люси? Да что с тобой такое! Тебе что, плохо? Почему тебя так шатает, как будто ты опьянела? Всё нормально? Правда? Ну, ты меня напугала... Как ты могла тут поскользнуться, тут же ничего нет! Пол чистый и даже сухой! Ладно, ладно, отстала, верю, что всё в порядке, только сходи к ним, умоляю. Иначе я кому-то на голову пиццу одену и сфоткаю на память.
Люси тем временем опомнилась, подскочила к раковине, включила воду и стала тщательно отмывать губы.
У Кристи отвалилась челюсть.
– Ты чего делаешь? Алые губы – фирменный знак нашего заведения. Начальство увидит - озвереет! Ты премии хочешь лишиться, что ли?
– Придикаты не признают краску на лице, для них это оскорбление. – Люси продолжала тереть губы, потом закрыла воду, схватила бумажную салфетку и продолжила вытирать уже насухо.
– Придикаты? Обезьяны эти? И что, что не признают? Ну и пусть. Чего ты, не понимаю, паришься по поводу, что они там подумают. Если что, просто тыкни пальцем на вывеску и скажи: «У нас форма такая!». И вообще, заказывали бы у официанщика – тот вообще никогда не бывает накрашен - и не выкобенивались. А так – не нравится красная помада – валите в другое место. И это я ещё вежливо говорю.
– Кристи, просто замолчи.
Та тут же надулась. На лице крупными буквами словно пульсировала вывеска: «Я тут тебя защищаю, а ты! Неблагодарная, глупая, ну и сама выпутывайся»!
Люси выбросила салфетку в мусор, быстро заглянула в зеркало на стене, чтобы убедиться – лицо чистое, хотя теперь, благодаря усердному трению, вокруг губ ненормально красная припухлость.
Потом она поправила передник, волосы и решительно распахнула двери, которые плавно закрылись за её прямой спиной.
– И чего ты такая исполнительная вдруг? Обычно с таким усердием к клиентам не бегаешь, – пробормотала Кристи, изогнулась, чтобы пропустить очередного официанщика, который спешил за заказом, и отошла к углу, где висели экраны, транслирующие изображения с камер. Вот вид сверху – пять лучей кафе «Кантата», в разной цветовой гамме, помещения с разными температурами и влажностью. Одно из самых удобных кафе для путешественников, пересекающих узел дорог Блока и свободного космоса. Вот левый… столик жёлтого луча, где расположились наглые обезьяны. Ишь ты, развалились, будто у себя дома! Видно всё прекрасно.
Передёрнув плечами, Кристи сделала громкость на максимум.
Нечасто посетители просят живую официантку. Разве что по вечерам, когда выступает оркестр и люди приходят не перекусить, а посидеть, выпить и пообщаться. А сейчас – вообще утро.
И с чего бы Люси такая исполнительная вдруг?
Люси подошла и остановилась между двумя самыми огромными придикатами, напоминающими обезьян в праздничной одежде броских безвкусных цветов. Их длинная шерсть блестела, расчесанная и надушенная, а уши были проколоты и украшены яркими пластиковыми кольцами.
Согнувшись в поясе, Люси сказала:
– Саи, господа. Чем я могу вам помочь?
У Кристи глаза на лоб полезли. С чего бы её напарнице кланяться каким-то там обезьянам?
Один из них, судя по бородке клинышком и гордо поднятой голове, самый уважаемый, вскинул глаза – выпуклые надбровные дуги удивленно дёрнулись.
– Саи, девушка. Откуда тебе известно наше приветствие?
– Я имела честь быть в составе экипажа корабля, присланного Блоком на эвакуацию вашей родины. Мне жаль, что её больше нет. Но я рада, что вы нашли свое место в Блоке.
– Спасибо, - придикаты один за другим кивнули. – Да будет, как суждено. Примешь заказ?
– Конечно, уважаемые. – Люси достала из кармана фартука планшет для записей и снова поклонилась. – Только… не могли бы вы ещё сказать, как дела у хомирисов? Как они поживают? Всё ли в порядке?
Вдруг стало очень тихо. Кристи нахмурилась, нажимая кнопку громкости – бесполезно. Они и правда молчат.
Главный, наконец, отмер и его надбровные дуги заходили ходуном, как будто он сильно разволновался.
– Откуда такой странный интерес, девушка? Откуда ты вообще знаешь об их существовании? Это так подозрительно.
– Среди моих друзей были хомирисы… Меня приглашали посетить их последний дом.
Кристи еле разобрала шёпот напарницы, которую вообще-то довольно сложно было чем-то смутить.
– Мы ничего о них не знаем, - отрезал один из группы. – Их дома больше нет. Если вы потеряли со своими друзьями связь, через нас её никак не наладите. Пишите лучше заказ. Коктейль номер восемнадцать, три больших порции, блюдо дня номер…