Чтение онлайн

Вот какой состоялся разговор:

Леня:Алё!

Отец Харитон:Здравствуй, Леонид.

Леня (радостным голосом):Здравствуйте, батюшка!

Отец Харитон:Как дела?

Леня:Дела?.. Да вот еду к своей школьной подруге…

Отец Харитон:В такое время?!

Леня:Да вот… Позвонила… Похоже, что-то у нее стряслось…

Отец

Харитон:Да? – Он подумал, что позвонил не вовремя. Голова у Лени была занята не тем, и вряд ли до него сейчас удастся донести все нюансы. Отец Харитон подумал, что лучше отложить разговор. – Ну, а сам как?

Леня:Вашими молитвами, слава Богу.

Отец Харитон:Ну-ну… – Отец Харитон замялся. Нужно было сказать что-то еще… А ничего, как на грех, в голову не шло. Это было несвойственно для отца Харитона, обычно он за словом в карман не лез, и речь у него текла плавно и непрерывно, как река Волга. – Ну-ну… Э-э-э… Я вот что хотел сказать… Э-э-э…

Леня (встревоженно):Случилось что, отец Харитон?!

Отец Харитон:Да… ничего особенного… Приболел я немного, Леня, – зачем-то добавил он и тут же понял – зачем! – Ложусь я, Леня, в больницу… Так ты приходи меня навестить. – Действительно,– подумал он, – лучше не доверять такие разговоры телефону. Лучше с глазу на глаз поговорить…

Леня:А что с вами, отец Харитон?! Может, нужно чего? Лекарства? Врачи?

Отец Харитон:Да нет, Леня, спасибо… С этим всё в норме… На обследование ложусь… Как-то себя в целом неважно чувствую… Переутомился немного…

Леня:Вам, отец Харитон, нужно беречь себя! Вон сколько всего у вас на плечах… сколько всего от вас зависит!..

Отец Харитон:Да… О-хо-хох…

Леня:А куда ложитесь-то, отец?

Отец Харитон:Да… не решил еще окончательно… Потом я тебе, Леня, позвоню… из больницы…

Леня:Хорошо…

Отец Харитон:Ну… с Богом…

Леня:С Богом!..

Отец Харитон:Пока, Леня…

Отец Харитон лег в больницу, решив, что так для него будет безопаснее. Через сутки в больнице он совершенно успокоился и даже удивился – чего это он так разволновался? Мало ли за что убили замминистра? На такой должности могут очень просто убить за что угодно! Вон сколько бумаг проходит через их канцелярию! Чего-нибудь не глядя подписал – и привет… И еще – мало ли кто и кому записку в храм подбросил? Может, это ребятишки побаловались? А может, какой сумасшедший решил так отомстить своему покойному родственнику, который занял у него денег, а сам умер и не вернул. Письмо, так сказать, в ад… Отец Харитон улыбнулся этой наивной драматургии и перекрестился. Прости, Господи, мою душу грешную… А сумасшедших всяких в церковь немало ходит… Там, в записке-то, и имени моего не было… С чего это я взял, что это

для меня написано?..

Он совершенно успокоился и решил отложить звонок к Скрепкину. Он даже принялся с удовольствием читать книгу Маркеса «Сто лет одиночества», которую кто-то оставил в тумбочке.

Но на следующий день ни с того ни с сего отец Харитон снова разволновался. Он не мог понять отчего это, но что-то внутри не давало ему покоя и настойчиво говорило, что что-то должно случиться… что-то очень и очень нехорошее…

Отец Харитон с силой швырнул книгу на пол.

Бух! – шлепнулся Маркес.

На тумбочке в стакане зазвенела ложечка. А кусочек сахара выпрыгнул из блюдца на полированную поверхность.

Дверь распахнулась, в палату заглянула медсестра:

– Что-нибудь случилось, отец Харитон?.. Помочь чем-нибудь?

Отец Харитон поправил подушку и сел.

– Книжка вот упала, Сонечка…

Медсестра Соня прошла в палату, нагнулась, подняла книгу и положила на тумбочку.

– А я думала, священники только Библию читают, – сказала она, разглядывая книгу.

– В принципе, – отец Харитон потянулся, хрустнул суставами, – так оно и есть. – Появление медсестры опять как-то немного успокоило его. Ему нравилась эта молодая женщина с приятными чертами лица и невредным характером. Хотя вредный характер в таких больницах, как эта, не потерпели бы. – В принципе, так оно и есть, – повторил он. – Я эту книгу в тумбочке нашел… Решил просмотреть, что читают больные… чем лечатся, – отец Харитон улыбнулся.

– Ну и как вам книга?

– А вы, Сонечка, читали?

– Нет, не читала, – Соня взяла книгу с тумбочки. – Габриэла Маркес… Имя красивое… Наверное, про любовь пишет?..

Отца Харитона очень тронула такая простодушная наивность. Ему еще в хипповский период страшно надоели умничающие хипповки с бледными (рейсами и гнусавыми голосами.

– Я бы хотела, – продолжала Соня, – чтоб меня звали, как эту писательницу. Га-бри-эла…

– Это мужчина, – отец Харитон улыбнулся.

Соня порозовела.

– Извините… Всех-то не узнаешь… Книг много…

– Это известный писатель. Лауреат Нобелевской премии. Писатель из Колумбии…

– Где много диких обезьян… Как вы всё, отец Харитон, запоминаете?! – она всплеснула руками. – А я вечером прихожу домой – у меня в голове пусто-пусто. Я иногда думаю – что у меня в голове от этого дня осталось – и ничего вспомнить не могу… Эх… У меня голова, отец Харитон, как труба, – в одну сторону влетает, с другой стороны вылетает, – Соня махнула ладошкой. – Мне еще в школе учитель Бронислав Иванович говорил, что если таких, как я, собрать миллион и поставить ухо к уху, то из нас бы получился отличный трубопровод, – она прыснула.

Что-то знакомое показалось отцу Харитону в имени военрука, где-то он его уже слышал. Возможно, кого-то из прихожан так зовут…

– Это, Сонечка, замечательное у вас качество. У вас в голове мусор не накапливается, и всё время у вас там чисто и просторно, как в храме Господнем.

– Вы, наверное, надо мной подшучиваете?..

– Ну что вы, Сонечка, – отец Харитон положил свою ладонь на руку девушки. – Я вами искреннее восхищаюсь.

Соня засмущалась.

– А про что книга эта?