Красная шапочка
Шрифт:
– Эти твои военные не смогли защитить папу и маму, - мрачно проговорил мальчик.
– С чего ты взяла. Что они защитят нас?
– Защитят, будь уверен. Моих защитили. Наверное. Подождите, я проверю тут всё.
Она никогда не понимала, почему ей не верили. Крепкие ногти, ловкость... Она видела в темноте намного лучше, чем все они!
Убежище представляло собой две комнаты, соединённые коротким коридорчиком. Первая комната выполняла функции прихожей, отделённой от жилой площади ещё одной дверью. Правда, замок на ней был сломан.
Около сломанной батареи деревянные
* * *
Когда санитар закрыл за собой дверь, он первым делом предупредил её, чтобы она не смела на него бросаться.
– Я тебя спас исключительно из-за своих симпатий, - он предупреждающе качнул дулом автомата.
– Будешь корчить из себя сумасшедшую - пристрелю.
И, видя на её лице непонимание и лёгкий испуг, рассмеялся.
– Да не бойся ты, это я так, от нервов. Ложись пока что спать.
– А что случилось?
– голос, после долгого времени рычания и звериного воя стал каким-то неуверенным, дрожащим.
– Да кто его знает.... Говорят, то ли взорвалось что-то на жутко секретном заводе, то ли ещё что-то. Захожу я сегодня в трамвай, а там люди странные какие-то. Сидят все по струнке и зырят перед собой, как неживые. Я захожу, спрашиваю, чего они такие. И тут одна бабка как прыгнет на меня! Я, блин, сначала чуть не выпал из дверей. Схватил её за руку, спрашиваю, что с ней, а у неё одного глаза нет и с руки кожа содрана. Прям до кости! Тут я и думаю, что надо бы отваливать. Окно пробиваю, выпрыгиваю. Чуть ногу себе не сломал... Бегом сюда. А по пути другана встретил. Он ж у меня военный, и глядь, с оружием тащится. Говорит, держи автомат да несколько магазинов, а то фигня какая-то творится. Ну, я сразу же сюда и прибежал. А тут тоже все странные такие же. Администратор, не знаю, как его зовут, вообще с порога на меня кинулся. Я в него стреляю, а он дальше идёт. Думаю, ну его нафиг, в другие палаты заглядывать - вдруг там тоже такое же. Тебя вот взял и всё.
– Вы хотите сказать, там все превратились в оживших мертвецов?
– тогда она была девчушкой лет тринадцати.
– Я бы сразу унюхала, если бы мёртвые шатались!
– Да не знаю я, - мужчина покачал головой.
– Может биологическое оружие какое испытали или ещё чего-нибудь. Завтра я попробую выбраться, посмотреть, что да как.
– Ой! Смотрите!
С дула автомата на пол упала крупная капля крови.
– Вот блин. Где ж меня так угораздило?
– мужчина внимательно осмотрел глубокую царапину на предплечье.
– Ладно, заживёт ещё, - вытащив из кармана белого халата толстый моток бинта, он наскоро замотал руку.
– Пока что так сойдёт. Эй! Кстати, держи вот запасные ключи. Мало ли, что со мной случится, не выберешься же потом.
* * *
Действительно, как она тогда спаслась? Красная Шапочка мотнула головой. Воспоминания о том эпизоде как отрезало.
– А ты как нас нашла?
– девочка ворочалась на груде старых тряпок, пытаясь выбрать удобное положение.
– Шла в Домик. К бабушке, хе-хе. Это бункер ближайший так называется, - пояснила девушка, уловив её удивлённый взгляд.
– Там как раз требуются такие, как я. Не боящиеся выходить в мир в одиночку и без груды оружия. То ли потеряли что-то, теперь
Хоть этот район и был достаточно спокойным, всё-таки, до входа в бункер километр-два, мёртвые появлялись здесь в достаточном количестве. Естественно, не так, как около Драмтеатра, куда даже военные не рисковали соваться.
Прижав ухо к двери, Шапочка уловила неуверенные шаги. Бормотания не было, значит, обычный мертвяк. Шаги резко прекратились - прыгать они никогда не умели, слишком мышцы сгнили. Она знала, как сейчас мир выглядит снаружи. Тысячи искажённых лиц, уныло смотрящих на мир затянутыми пеленой глазами. Мерный стук шагов, кое-где разрываемый монотонным бормотанием. Где-нибудь в этой толпе отчаянно отбивается одинокий живой, бесцельно тратя патроны, снося мёртвым головы. Но он чувствует, как на его плечи ложатся вымазанные в тёплой слизи руки, чувствует, как чьи-то зубы прокусывают его кожу. Неприятная смерть. Впрочем, никто по-другому не умирает.
Шапочка знала это уже давно. И она когда-нибудь повернётся недостаточно быстро или уснёт в недостаточно надёжном месте. И пополнит собой ряды шатающихся мертвецов.
Говорят, что на другом континенте с ними уже справились и люди живут среди цветущих деревьев, ходят по улице и днём и даже ночью без опаски! Но как переплывёшь океан? Если река, протекающая в каменных объятиях набережной, заполнена окончательно разложившимися трупами, среди которых плавают мёртвые рыбы, то что стало с океаном? Если бы военные захотели бороться, они бы смогли отчистить хотя бы один район от мертвецов, поставить заграждения! Но они предпочитают отсиживаться в своих безопасных, закопанных в землю, металлических убежищах, лишь изредка высовываясь на землю в полностью закрытых танках. Наверняка и отец, работал же в какой-то там жутко военной организации, сидит там и думать не думает про свою дочь.
От обиды, грызущей душу уже десять лет, хотелось выть. Но Шапочка, ещё в первый раз выломав штырь из ограды психбольницы, приказала себе не сметь этого делать. Такие эмоции заставляют тебя смотреть в себя, стать менее внимательной. В конце концов, ты и не заметишь, как потеряешь сознание от укуса. Так глупо и быстро закончить свои дни явно не входит в её планы.
Дети уже уснули. Надо бы и самой прилечь.
В дверь яростно застучали. Чем-то металлическим. Каким образом живой смог ночью проникнуть сюда?!
Прихватив с собой штырь, девушка крутанула колесо двери.
– Быстрее!
– ткнув в грудь перепрыгнувшего через провал заражённого, Шапочка резко дёрнула человека на себя.
Не обращая внимания на возмущенный бубнёж, она окончательно спихнула вниз утратившего равновесие врага. И пинком придала спасённому ускорения.
– Двигайся быстрее!
– провернув штурвал, она откинулась на стену.
– Оу. Ты кто такой?!
– Бу-бу-бу! Бу-бу-бу-бу!
– Сними свою маску, она тебе всё равно не поможет, - Шапочка обвела помещение скептическим взглядом.
– Тем более, тут. Эй! Ты меня слышишь вообще?!
– Прошу прощения за столь недостойное поведение, - расстегнув ремешки шлема, гость снял противогаз.
– Не нашлось ничего лучше, чем защитить лицо. Ты не представляешь, сколько там этих мертвецов! Во!
В качестве доказательства он продемонстрировал следы зубов на рукаве шинели.
Такой же, как и она, свободный ходок.