Чтение онлайн

– Воспоминания о давно ушедших днях воскрешают былое, – произнесла она.

– Алиса, почему бы тебе не познакомиться с Винус? – предложила я.

– Боль и страх несовершенства никогда не исчезнут.

– Хорошо, быть может, позже.

Мне пришлось как следует поработать со светофором, чтобы утихомирить класс, в котором царила атмосфера безудержного веселья. Причиной восторга была не столько Винус, подозревала я, сколько инвалидное кресло, на котором каждому хотелось прокатиться. К тому же это был первый солнечный день, напомнивший о приближавшемся лете.

В глубине души я ожидала,

что Винус станет другой. Ожидала, что за последние несколько недель с ней произойдет разительная перемена. Но я ошиблась. Винус вела себя как всегда: молчала и ни на что не реагировала. Она стала даже более молчаливой и отрешенной, потому что мальчики безнаказанно прыгали вокруг ее кресла, что в прежние дни вызвало бы у нее припадок ярости. А теперь Винус просто сидела без движения с застывшим, как маска, лицом.

Изменилось лишь одно: между нами установился более тесный физический контакт. Мне приходилось носить ее вверх и вниз по лестнице, когда не хотелось ждать маленького скрипучего лифта, расположенного в дальнем конце здания. Приходилось сопровождать ее в туалет. О времени процедуры оставалось лишь догадываться, потому что Винус, разумеется, ничего не говорила. Поэтому каждую перемену я таскала ее в туалет, помогала спустить брюки, сажала ее на унитаз и снимала с него. Собственная бесцеремонность в столь интимной сфере меня смущала, я чувствовала, что вынуждена переступать границы, но другого выхода не было. Я сосредоточила внимание на том, чтобы обращаться с Винус как можно ласковее, дать ей почувствовать, что кто-то заботится о том, чтобы не причинить ей вреда, осторожно спустить одежду, не заставлять страдать от переполненного мочевого пузыря.

Стремясь как можно быстрее восстановить нормальные отношения, во время обеденного перерыва я, наскоро перекусив, спустилась к Винус. Ее вывезли на игровую площадку, и одна из помощниц стояла рядом с ней.

– Хочешь подняться наверх? – спросила я.

Подняв глаза, Винус посмотрела на меня. Ее взгляд был загадочным. Выражение лица абсолютно непроницаемым.

– Хочешь подняться и посмотреть видео? – спросила я. Винус молчала.

– Ну что ж, почему бы нам не попробовать? – Я взялась за рукоятки инвалидного кресла и направилась к лифту. Его приходилось ждать невыносимо долго. За это время я могла бы дважды или трижды подняться по лестнице.

– Вот будет хорошо, когда ты начнешь ходить, – сказала я. – С этим лифтом одно мучение. Посмотрим видео? У меня есть новый фильм.

Молчание.

Вынув пленку из ящика моего стола, я протянула ее Винус.

Она не пошевелилась.

Я положила кассету ей на колени.

– Прости меня, – сказала я, присев на корточки рядом с ее креслом. – Я ничего не знала. Прости, что я не смогла тебе помочь.

Она смотрела на меня долгим, испытующим взглядом.

– Я не знала, как тебе плохо, – сказала я. – Если бы я знала, то постаралась бы помочь. Мне очень жаль.

Она смотрела на меня еще секунду, потом опустила глаза. Посмотрела на свои руки, бессильно лежавшие на коленях. Ее пальцы зашевелились. Винус подняла глаза.

– У вас остался мой меч? – прошептала она.

– Конечно. Хочешь, я дам тебе его?

Она кивнула.

Винус взяла меч обеими руками и подняла над головой, очень

медленно, словно при замедленной съемке. Одной рукой провела по лезвию меча. Ее лицо было непроницаемым. Потом Винус вытянула меч вперед, очень медленно, словно видела его впервые и пыталась определить его размеры.

– Именем Седовласого, – тихо сказала я и улыбнулась.

Тогда Винус посмотрела на меня. Она не улыбнулась в ответ. Она опустила взгляд и медленно опустила меч на колени.

– Он не помогает, – тихо сказал она. – На самом деле он не помогает.

Роза тоже обрадовалась появлению Винус:

– Посмотрите на нее! Ну разве она не прелесть в этом хорошеньком зеленом костюмчике? Ты похожа на фею цветов!

Винус подняла на нее глаза.

– Это Роза, – объяснила я. – Она помогает мне днем, вместо Джули.

– Я буду помогать и тебе, мой цветочек, – сказала Роза. – Сегодня у нас интересный урок математики. Посмотрим, что у тебя в папке.

В ответ ни звука. Ни малейшего движения.

Алиса также рассчитывала стать частью жизни Винус.

– Мы станем с ней лучшими друзьями, – сказала Алиса, входя в класс после обеденного перерыва. – Можно мы сядем за одну парту?

– До сих пор выходило лучше, когда у каждого было собственное место, – сказала я.

– Почему? – спросила Алиса. – Я заметила это, когда пришла сюда в первый раз. Пять учеников и пять парт. А теперь шесть учеников и шесть парт. Почему бы нам всем не сесть вместе. Тогда мы с ней сможем сесть вместе, потому что мы лучшие подруги. Верно? Еще раз спрашиваю, как тебя зовут?

Винус даже не повернула головы.

– Знаете, что я хотел бы знать? – сказал Билли. – Что случилось с нашим отрядом Бурундуков?

– Бурундуков? – удивленно спросила Алиса.

– Да. У нас был свой отряд, в котором были только мы, а не ребята из других классов. Что с ним случилось? Почему мы больше не играем в Бурундуков?

Я поняла, что мы и в самом деле забыли о том, что мы Бурундуки. Это произошло тогда, когда я ввела систему светофора. И тогда же мы стали петь. Это сплотило нас гораздо крепче, чем отряд Бурундуков.

Ребята начали болтать.

– Эй, не сейчас. Пора приниматься за работу, – сказала я.

– Можно мы снова будем Бурундуками? – спросил Билли.

– Обсудим это позже, в конце занятий. А сейчас откройте свои папки.

– А можно мне сесть с этой девочкой? – спросила Алиса, встав со своего места.

– Да, можно нам всем пересесть? – спросил Билли. – Мы сидим так целую вечность. – Он произнес последние слова, как будто испытывал невыносимые страдания, оставаясь на прежнем месте.

Я намеревалась начать урок, но втянулась в обсуждение.

– В последний раз, когда вы пробовали сидеть по двое, случалось много драк, – сказала я.

– Да. Но последний раз был миллион лет назад, – возразил Билли. – В моем прежнем классе мы сидели там, где нам нравится. Я мог сидеть с разными ребятами, когда хотел.

– В твоем прежнем классе ребята не колотили друг друга до полусмерти, – ответила я.

– И здесь не колотят, разве не так? – заметила Алиса.

И тут я поняла, что она права. С тех пор как я посадила каждого за отдельную парту, ребята стали другими.