Крадущийся кот
Шрифт:
Актриса не столько плакала, сколько задыхалась в истерике:
— Нет! Ее больше нет!.. — возопила она и издала громкий продолжительный стон.
— Она была знакома с жертвами? — спросила Темпл изумленно.
— Спросите что-нибудь полегче. Они были найдены в ее гримерке.
— Кто они?
— Мы еще не закончили выяснять. Сестры.
— Близнецы?! Молина кивнула:
— Вы их знали?
— Немного. Джун и Джипси… Они умерли? Как?
— Мы пока не знаем.
Темпл собиралась задать еще один вопрос, но Молина предвосхитила
— Они были найдены мертвыми, обнаженными, за исключением тонкого слоя золотой краски. Идентифицировать их заняло больше времени, чем хотелось. Проследить происхождение краски оказалось еще сложнее.
— Вот почему все огорожено.
— Совершенно верно.
— И Саванна Эшли обнаружила тело… тела?
— Она позвонила по номеру 911. Идеальная свидетельница. Слишком потрясенная, чтобы покинуть место происшествия. Первая бригада нашла ее все в той же гримерке и в точно таком же состоянии, как сейчас.
— Нет!.. — взвыла Саванна снова в полном отчаянии.
— Представления не имела, что они были настолько близки, — прошептала Темпл.
— Неважно. Попробуйте ее успокоить. Невозможно общаться с пожарной сиреной.
Темпл осторожно просочилась в комнату, с запоздалым сожалением увидев в зеркале свой жизнерадостный костюмчик. Она чувствовала себя клоуном, к тому же, невозможно было мягко подойти к Саванне на этих каблуках по этому полу.
Тогда она сняла туфли и оставила их у порога. В зеркале у себя за спиной она увидела, как Молина в дверях приподняла одну бровь с молчаливым недоумением мистера Спока. Кстати, если подумать, у них очень много общего.
Темпл приблизилась к актрисе:
— Мисс Эшли… Мисс Эшли!
От звука собственно имени та начала всхлипывать громче. Ее глаза были широко открыты и совершенно бессмысленны, рот тоже был открыт. Руки с длинными ногтями тискали розовую сумку у нее на коленях, бессознательно крутили и мяли ее, точно тесто.
— Нет, — повторила она.
Если бы Саванна Эшли была способна и на съемочной площадке придавать текстам своих ролей такое разнообразие оттенков и интонаций, какое она вкладывала в одно-единственное слово, она могла бы сделать головокружительную карьеру.
— Да, — сказала Темпл. — Люди иногда умирают. Но мы все еще живы.
Саванна Эшли тупо смотрела на нее.
— Я Темпл Барр, новая пиарщица. Мы с вами беседовали во вторник, помните? На конкурс прибудут представители прессы со всей страны, я вам говорила?
Саванна истерически затрясла головой в непрерывном отрицании:
— Пресса? Плевать на прессу! Нет, нет, нет!..
— Я знаю, какое это для вас потрясение. Я сама однажды нашла мертвого…
— Мертвого?! Мертвого… — ее широко раскрытые глаза сделались дикими, а голос достиг предела верхнего регистра: — Она умерла?!
— Они обе умерли.
— Обе… Обе?
Темпл поняла, почему Молина предоставила ей разбираться с Саванной. Можно представить себе картину, как лейтенант получает на каждый свой вопрос ответ из одного слова, повторенного
— Так говорит полиция, — пояснила Темпл.
Саванна рухнула лицом в розовую сумку на своих коленях. Ее тщательно окрашенная в платиновый цвет голова внезапно превратилась в растрепанные седые патлы глубокой старухи. И тут до Темпл дошло. Она потянулась к сумке, но Саванна с воплем вцепилась в нее и не отдавала:
— Умерла!.. Умерла!..
Темпл, наконец, удалось слегка ослабить ее хватку и отвести в сторону достаточно волос, чтобы прочесть надпись «Иветта», вышитую на верху сумки — то есть, не сумки, а кошачьей переноски. Судя по тому, как актриса комкала ее и сжимала, содержимое явно отсутствовало.
— Что произошло? — спросила Темпл. — Вы приехали, прошли в гримерную, оставили Иветту и поднялись наверх. Что было дальше?
Слово «Иветта» оказало волшебное воздействие. Саванна подняла голову, ее лицо осветилось мыслью, точно лицо юной Хелен Келлер в самом захватывающем моменте фильма «Сотворившая чудо». Никто до этого не говорил с Саванной на ее языке. Конечно, она была в шоке, когда обнаружила трупы, но в истерику ее привело вовсе не это, а отсутствие ее кошки Иветты.
— Иветта, — произнесла она душераздирающим голосом. — Кто? Почему?
— Я правильно поняла? В гримерной все было нормально, когда вы приехали, переоделись и оставили Ивечту?
Саванна кивнула сквозь непролившиеся слезы, ее лицо застыло, точно маска греческой трагедии.
— Во сколько это было?
— В девять, — простонала она.
— А когда вы вернулись?
Саванна потрясла головой. Время не было одним из ее приоритетов:
— Позже.
— И трупы были уже здесь. Саванна тупо кивнула.
— Вы позвонили по 911?
Еще один летаргический кивок.
— Потом вы вспомнили про Иветту и вернулись ее забрать. Это был смелый поступок. Но Иветта исчезла.
— Да-а-а… Исчезла! Вы сказали — умерла…
— Я не про Иветту. Она жива… пока. Как она могла удрать?
Голливудские зубы Саванны прикусили нижнюю губу так что она стала одного с ними цвета:
— Я оставила ее в переноске и закрыла дверь. Я думала, она в безопасности… — фраза завершилась новым стоном: — В безопасности… в безопасности, — раскачиваясь, повторяла, точно мантру, Саванна. — Что мог… убийца сделать Иветте?.. Сделать с Иветтой? — Ее забрал убийца!
— Может быть, Иветта выскочила, когда девушки или их убийца открыли дверь и вошли. Точно! Она может прятаться где-то там, среди костюмов. Вы же знаете кошек: они никогда не придут на зов, хоть зазовитесь и заумо-ляйтесь. Дайте ей время. Я уверена, что с ней все в порядке. Кому бы понадобилось обижать кошку?
— Вы так думаете?.. — Саванна теперь слегка шмыгала носом, хороший знак, показывающий, что истерика на исходе. Она прижала полицейский носовой платок к своему нежному носику, потом заметила, наконец, что он из жесткого льна, и отшвырнула на подзеркальник.