Ковен
Шрифт:
— Не упрямься, — прорычал Торн, потянувшись вперед и обхватив меня сзади за шею, чтобы удержать. Он прижал запястье к моему рту, его ноздри вспыхнули, когда я крепко сомкнула их. — Открой свой поганый рот и пей, Ведьмочка.
— Похоже, она этого не хочет, Директор Торн, — сказал Ибан, и что-то в осторожности и недоверии, прозвучавших в его голосе, заставило меня поверить, что Сосуды не часто предлагают такое.
— Обязательно быть настолько невыносимой? — спросил Торн, наконец убирая запястье.
Я
— Обязательно быть таким мудаком? — спросила я, не обращая внимания на придушенный звук, который издал Ибан, когда я сделала шаг в сторону от Торна. Младший мужчина быстро зашагал рядом со мной, поддерживая меня, пока я старалась идти самостоятельно. Ноги под ногами были как желе, дрожали с каждым шагом.
— Если хочешь притвориться рыцарем, по крайней мере, имей приличие нести ее, — рявкнул Торн, и я почувствовала, как Ибан дернулся в ответ.
— Я ничем не притворяюсь, — запротестовал он, но не сделал ни единого движения, чтобы поднять меня. Это меня вполне устраивало, так как его помощь в ходьбе была достаточно неловкой. Мне не нужно было, чтобы он понял, что я слишком тяжелая, и уронил меня.
— Во имя Ада, — простонал Торн позади меня.
Я сделала еще один шаг, и тошнота захлестнула мое нутро, когда моя нога не коснулась камня. Мой мир перевернулся, когда Торн выбил у меня ноги из-под ног, подхватил меня под колени и обхватил другой рукой за спину.
Я завизжала и без раздумий обхватила его за шею, слишком уж пронзительным был его голубой взгляд, когда мы были так близко.
— Опустите меня, — прошептала я, сглатывая свое беспокойство.
Зеленые не должны были полностью отрываться от земли. Даже каменная плитка была лучше, чем этот ад.
— Заткнитесь, мисс Мадизза, — сказал он и зашагал вперед, направляясь по коридору к вестибюлю, через который мы вошли в школу. Оставшихся учеников не было, и все молчали, пока он направлялся к лестнице.
— Грубиян, — огрызнулась я, извиваясь в его хватке.
— Это только заставит меня еще больше захотеть уронить тебя, — сказал он, не сводя с меня взгляда. Он старался не слишком меня толкать, так как боль от истощения магии засела в моих костях.
Я насмешливо произнесла.
— Как будто ты и так не склонен к этому.
В уголках его глаз появились морщинки, а в груди зародился глубокий гул. Это была редкая, искренняя улыбка, и я в шоке смотрел, как его губы растягиваются в широкую ухмылку.
— Тебе когда-нибудь надоедало твоя собственная позиция?
— У меня нет никакой позиции! — запротестовала я, широко раскрыв глаза. Если бы я не была слишком напугана,
Я чувствовала в этом взгляде немое «неужели?».
— Неужели? — спросил он через мгновение. Он поднимался по лестнице так, словно я была невесомой в его руках, хотя мы с ним оба знали, что это не так.
Я была среднего роста с фигурой «песочные часы». На моем теле было приличное количество мышц, которые скрывались под любовью к шоколаду и сладостям, смягчавшим мои изгибы. Мне нравилась моя «средняя» фигура, но я никогда не встречала человека, который мог бы перенести меня на руках на несколько лестничных пролетов.
— Ты, похоже, пробуждаешь во мне худшие качества, — призналась я, не имея другого выхода, кроме как признать, что, хотя он был трудным и по своей природе злым, возможно, я тоже не была особо сговорчивой.
Он усмехнулся, покачав головой и закатив глаза к потолку.
— Взаимно, Ведьмочка.
— Ты всех студенток Холлоу Гроув называешь ведьмочками? Это потому, что ты не можешь запомнить их имена? — спросила я, с любопытством глядя, как он огибает угол на вершине третьего лестничного пролета. Чем дальше мы уходили от земли, тем больше я ненавидела это проклятое место.
— Только тебя, — хмыкнул он, не став уточнять, почему мне так повезло получить прозвище, о котором я не просила.
— Повезло мне, — простонала я, когда он пинком распахнул дверь. Перед нами был коридор, состоящий из одних дверей по обе стороны коридора, и он опустил меня на ноги перед той, что была справа.
— Ключ, — сказал он, протягивая руку.
Ибан вложил ему в руку старинный латунный ключ, и я покраснела, поняв, что даже не заметила, как он поднялся с нами по лестнице. Его глаза впились в мои, как будто он тоже это знал, и я покраснела еще сильнее.
Директор Торн был опасен во всех худших смыслах, если я даже не замечала, что меня окружают, когда он держал меня в своих объятиях.
Черт возьми, я была проклята.
Торн обхватил меня за талию, пока я раскачивалась, пытаясь уверить себя в том, что причиной моей рассеянности является усталость. Другой рукой он вставил ключ в замок на двери и повернул его, пока старая деревянная дверь не распахнулась. Он положил ключ в задний карман моих черных джинсов и потянулся ко мне, его рот был всего лишь на расстоянии вдоха от моего.
— Это крайне неуместно, — пробормотала я, наблюдая, как его губы дергаются в улыбке.
— Как и называть своего Директора мудаком, — пробормотал он, похлопывая по ключу двумя быстрыми, но сильными касаниями, от которых я вздрогнула в его руках.