Чтение онлайн

— М-да, однозначно надо брать. А что там дальше? — Шли светили. Сосиски с фасолью. Сосиски с бобами, просто консервированные сосиски. Моя личная жаба разрослась до размеров Эльбруса. Шёл и потихоньку матерился. Консервы были как в жестяных консервных банках, так и в стекле. Потом пошли рыбные консервы. В основном это был тунец, сардины и угорь. Производство США, Италия и Франция. Но были и скумбрия, и шпроты, и горбуша. Но их меньше. И, что самое интересное, горбуша, сайра и скумбрия в большинстве своём были наши консервы, Российские. Но имелись и другие консервы из морепродуктов — консервированный осьминог,

кальмары, анчоусы, мидии, морская капуста. Я с удивлением, если честно смотрел на банку с морской капустой. Посмотрел на Антона.

— А что за бугром морскую капусту тоже консервируют???

— Конечно. — Ответил он. Я засмеялся.

— А я думал, это только у нас её в консервы закатывают.

Вновь появилась Люся. За ней Лёня. Оба тащили в руках по убитой крысе-мутанту, держа их за хвост.

— Люся, Лёня. Крыс больше не надо. — Сказал им. — Выбросите эту дрянь.

Люся смотрела на меня. Потом выкинула свою крысу в темноту. Лёня сделал тоже. Оба опять убежали. Я тогда не придал значения этим крысам. К нам подошёл Василий.

— Марк, Антон. Мы наши концентрированное молоко. Вот смотри. — Он протянул мне консервную банку. Антон взял её. Раскраска банки была похожа на раскраску наших отечественных раскрасок, сине-белую. Но на банке было написано «Madein Germany». Мы посмотрели срок годности. Чуть меньше года до его истечения.

— Это немецкое. — Сказал Антон.

— Я это понял. Но есть и наше. — Он вытащил из кармана ещё одну банку. Да, это было уже наше. Лэйба: «Произведено в России». И тоже срок годности чуть меньше года, 10 месяцев до его истечения. — Марк, ты же в курсе, что наши коровы плохо доятся. Молока совсем мало. И это понятно. Они постоянно находятся в стрессе. Их содержат в закрытом пространстве. Хорошо, что пока удаётся избегать падежа. Подкармливают витаминами. Но молока почти нет.

— Да, знаю я. Мама говорила, Стас говорил. И это хорошо, что нашли концентрированное молоко. У нас дети почти его не пьют. А за счёт этого, мы можем покрыть нехватку в молоке. Его можно разводить.

— Да. Можно разводить. — Сказал я, рассматривая консервную банку с нашим, отечественным концентрированным молоком. — Нам оно нужно. Василий, вы весь трюм обошли?

— Не весь. Но там, где мы были, там везде мясные консервы. Молочные, рыбные. Овощные.

— Овощные тоже? — Задал вопрос. Мы овощные пока не видели.

— Да. Консервированные овощи. Фасоль, бобы, помидоры и прочие. Много чего.

— Понятно. Разбегаемся и идём дальше.

Дальше мы тоже обнаружили консервированные овощи и грибы. Следующим был второй трюм. Сухогруз состоял из двух трюмов. Зашли туда. Тоже стопки коробок и упаковок. На этот раз, здесь были так же консервированные овощи, но только в самом начале. А дальше пошли консервированные фрукты. В консервных и стеклянных банках. Яблоки, груши, вишня, персики, абрикосы, ананасы, клубника. Ассорти из фруктов. Чего тут только не было. Фруктовые консервы были как в металле, так и в стекле. А дальше пошли джемы, варенье, конфитюры. Консервированный мармелад. И наконец мы упёрлись в коробки со спиртным. Вино. Сухое, полусухое. Полусладкое. Красное, белое. Французское, итальянское, испанское, греческое, немецкое и американское. Коньяк, французский, итальянский, греческий, армянский. Арманьяк, водка, виски, абсент,

ром, джин, текила, бренди, ликёры. И пиво в упаковках. Мы стояли и тупо смотрели на всё это богатство.

— Вот ни хрена себе, пещера Али Бабы! — Выдохнул Василий.

— М-да, упиться вусмерть тут можно на раз-два. — Согласился с Василием Антон. Он посмотрел на меня. — Марк, что делать будем?

— Сколько можно, столько и утащим. Загрузим все суда. Ковчег, балкер, корвет. Забьём все склады, поставим в коридорах, в пустых каютах. Распихаем куда только можно, раз нельзя весь сухогруз утащить. Сейчас надо открыть верх, чтобы вытащить всё это. У балкера есть судовые крановые установки. Он встанет у борта сухогруза и начнёт перегружать сначала на Ковчег, потом на корвет. И в последнюю очередь на себя. Всё, что сможем. Пошли назад. Нам надо запустить двигатели или ещё как-то попытаться открыть крышки эти или как они там называются, плевать.

Пошли назад. Я шёл и меня что-то цепляло.

— Антон, — сказал я, — скажи, чем тут могли крысы питаться?

— Интересный вопрос. Но если честно, я сам не понимаю.

— Ладно. Это не главное.

Поднялись в капитанскую рубку. Я вызвал по рации маму.

— Мама, приём.

— Я слушаю тебя, Марк. Что у вас там?

— Короче, весь сухогруз забит продовольствием. Консервами. Мы смотрели сроки годности, все они ещё годны. Можно употреблять в пищу. Там всё есть. Мясные консервы всех видов, рыбные, овощные, фруктовые. Плюс джемы, варенье, конфитюры разные, мармелад и прочее. И ещё молоко, концентрированное. Тоже годное к употреблению. А у нас с молочкой проблемы. Ты же понимаешь?

— Понимаю. Молоко точно нормальное? Его можно давать детям?

— Да, мам. Там немецкое и наше российское.

— Что предлагаешь?

— Предлагаю подогнать балкер к сухогрузу. Он встанет борт в борт. У него есть судовые крановые установки. Начнёт вытаскивать ими товар и переносить на Ковчег. Надо забить продуктами всё, что можно. Под склады использовать любое свободное пространство. Склад, свободные каюты, автомобильные площадки. Там тоже много свободного пространства. Всё забить. Так же потом нагрузить корвет и балкер. Я бы полностью весь сухогруз увёл, да людей нет на него.

— Я тебя поняла. Я согласна. Но молочка в первую очередь, Марк.

— Без проблем. Я сейчас свяжусь с балкером, пусть Андрей подгоняет его к сухогрузу. Как только балкер встанет, пусть Ковчег подходит.

— Я поняла. Свяжись с Юрием Николаевичем.

— Мама, пусть Вали и Георгич переправятся на сухогруз. Нам надо запустить двигатели, чтобы открыть доступ к грузу. И аккумуляторщик нужен.

Связался с Андреем. Сказал, чтобы подгонял балкер к сухогрузу и встал борт в борт. Потом связался с Николаем.

— Коля, как там обстановка?

— Тишина, Марк. Никакого движения. Город, вернее порт мёртв полностью. Мне даже не по себе.

— Хорошо. Продолжай наблюдать.

Отправил Артёма на катере к Ковчегу за Вали и Георгичем. Антон попытался запустить двигатели с капитанского мостика. Но ничего не получилось. Я вышел на палубу. Смотрел на порт и прилегающие улицы в бинокль. И во мне подспудно рождалось какое-то беспокойство.

Ко мне подошёл Антон. Тоже стал смотреть на порт.

— Тебя что-то волнует, Марк? — Спросил он.