Чтение онлайн

Тут снова позвонила Нуланд. Она явно напрашивалась на более близкие отношения, тем более, что Бардак Омама жил отдельно от своей супруги. Так она должна была докладывать только своему непосредственному начальнику Госсекретарю Кэрри.

— Может мне снова выехать в этот Киеф, раз там такая благоприятная обстановка, Бардак Омама. Благословите мою поездку, а вдруг я привезу еще более важную новость.

— Виктория, уже вечер, я собираюсь пить чай и я один. Если хочешь, составь мне компанию. Вдвоем веселее. Твой муж, где сейчас, в Тихом Океане- Ну, пусть там

побудет. Это очень важно для государства.

У Нуланд перехватило дух. Он хоть и негритос, но он президент, а потом, говорят, у негров эта вкусная штука очень живуча и делает отличный массаж.

Она быстро переоделась. И грудь, и декольте и бедра, и юбка выше колен, все выглядело настолько соблазнительно, что когда она прошла в кабинет к президенту, он сразу заморгал глазами.

— Иногда, редко правда, мы люди такого плана тоже имеем право на счастье. Правда нас за это сильно наказывают, не глядя на то, что мы носим высокое звание Президент Соединенных штатов. Вот взять хотя бы Клинтона, едва не слетел парень, а за что- Ну, обнял один раз. И что, нанес вред государству- какой вред.

— Это другие вопросы, Бардак, а я добровольно пришла тебе отдаться и никогда никому не скажу об этом, — произнесла Нуланд, хватаясь за ремень брюк президента.

— О, он у тебя как крупный огурец. Если такой же выносливый, то тебе как любовнику нет цены. Где у тебя тут кровать- Не на полу же.

— В той комнате. Но сперва кофе, коньяк, шампанское, поцелуй…

— Я думаю, он мне заменит все, — произнесла она и ухватилась за огурец, заключила его в ладошку и стала то сжимать, то отпускать. Когда у него потемнело в глазах, он взял ее на руки и отнес в комнату любви.

Нуланд снова появилась в Киеве три дня спустя после свидания с президентом. Она не могла найти посла Пейетта и стала ему звонить. Он снял трубку и очень обрадовался, узнав голос Виктории.

— Пейетт, ты знаешь, мне кажется, что Кролик должен занять пост президент — премьер. Как твой думает- Нет, нет, ти должен думать, как думает Виктория, потому что как думает Виктория, так думает Бардак Омама, а как думает Бардак, так думает Пеетт. Твоя поняла.

— Но баронесса, красавица Эштон думает: боксер Клочка должен занять пост премьер.

— Ты пошли эту крысу подальше. Эштон пустой баба хоть и баронесса. (Нуланд не знала, что ее разговор записал Сноуден в Москве и не только голос, но и видео, которое в тот же день было продемонстрировано по всем каналам мировых агентств).

Виктория и в этот раз шастала по майдану, но пирожков для угощения уже не было, да и денег она не привезла: Нуланд, как и ее хозяева, была расчетливой дамой, однако, как и ее хозяева, она не была дальновидной, не мыслила на перспективу и все, что она делала, грозило ей и ее хозяевам крахом. Янки излишне старались, но ведь бывает так, что излишнее старание, обращается против того, кто так старается, особенно когда это старание замешано на пакости.

Боевики на майдане не изменились, они были такие же, как и в прошлый раз — злобные, хмурые, решительные

и даже не приветливые. Это было в американском духе, но Виктория находила это скучным и хотела поглядеть на антимайдановцев. Ей сказали, что такие есть, их нанял Янукович, но их мало, одна-две палатки. Президент очень расчетливый, не пожелал раскошелиться на большее.

— Ну, все равно показывай, я хочу посмотреть хоть одному смутьяну в глаза и спросить, что тут делаешь, бездельник. Работать надо, уголь добывать, страну обогревать, поскольку твои единомышленники москали грозятся перекрыть вам газовую трубу.

Нуланд даже взяла Паруубия под руку, он так обрадовался и разволновался одновременно, что пустил струю в штаны и сжался, как лягушка от укола иголки.

— Сюда налево, а нет, направо, кажись направо, а потом снова налево, — сказал Паруубий дрожащим голосом.

Но, ни одной палатки нигде не оказалось.

— Москали ушли. Их нет нигде, струсили, значит.

— Это есть очень корошо. Моя доложить на посол, посол доложит на Вашингтон, Вошингтон доложить на Бардак Омама! — сказала Нуланд и вытащила маленький ящик, похожий на спичечный коробок.

Она долго говорила с послом Пейеттом и дала ему команду сделать Кролика главой государства, поскольку президент Янукович в течение двух недель должен быть свергнут.

Этот ее разговор с Пейеттом тоже был записан не только в виде голоса, но и видео: работал все тот же знаменитый Сноуден.

— Это есть очен корошо, что президент оказался скуп и что его последователи трусливо бежали. А как на Верховный рада?

— Пока один депутат бежал от партии президента.

— Как фамилий тот депутат?

— Богословская Инна, еврейка.

— Корошо. Женшин, вумен, есть мужественный личность. Как твоя думать, как мужчин- Виктория еще теснее прижалась к Паруубию и почувствовала, что от него пахнет мочой.

— Не всегда, великая госпожа Нулда. Например, я как мужчина уже второй месяц как не мылся, мочевой пузырь простудил, ночью в нужник не успеваю и все ради народной революции имени Степана Бандеры. Деньги, которые вы мне дали все израсходовал на медикаменты раненых бойцов, на горючее для коктейлей Молотова- Риббентропа. На…на…на все необходимое, даже на иголки и нитки штаны зашивать.

Нуланд отодвинулась от описавшегося кавалера, фыркнула и сказала:

— Надо отчет, бухгалтерий отчет. Отчет сдать на Пейт наш посол на Киеф.

— Да я, да я, я не вел бюсгатерию, а просто заносил на бунажки, какую сумму куда расходовал, а бунажки…потерялись.

У Виктории подкосились ноги, она почувствовала себя виноватой, ведь она не давала подробной инструкции, куда и как расходовать 27 миллионов долларов.

— Эй, Петро (вырвалось славянское слово), спиши 27 миллион доллар на украинская револушэн. Я это списание отвезу в департамент США. Эти бюрократы требуют отчетности. Дело в том, что комендант майдана не записывал, куда и сколько расходовал деньги. Что с ним мне делать- Уволить- Но пока комендант Майдана нужен революции, Пейетт. Делай отчет, я тебе сказаль.