Кот стоит насмерть
Шрифт:
Дверцы машин распахнулись, из «Линкольна» вышли двое мужчин в темных костюмах и двинулись к дому вслед за Аделиной. В тот же миг из дверей выскочила Рене, словно она следила за подъездной дорожкой. Легко было представить, как Рене в панике названивала Аделине в «Каса Капри», требуя немедленно приехать домой. А эти двое были скорее всего адвокатами Аделины.
Следом за Рене из дома показался Макс Харпер. Пока Рене и Аделина спорили, мужчины накинулись на Харпера. Они хотели знать, что привело сюда полицию, и объявили, что если он сейчас же не покинет поместье, они подадут на него в суд.
– Адвокаты, –
И хотя сам Джо не прочь был поизводить капитана, никому другому лучше было его не злить. Похоже, Харперу не понравились резкие наскоки адвокатов. Джо и Дульси никогда прежде не видели его по-настоящему разъярённым. Царапая когтями черепицу, они с увлечением наблюдали, как Харпер разделывается с этими законниками. В конце концов он отправил их обратно к машине, убедился, что они сели в свой «Линкольн» и укатили, а затем сопроводил Аделину и Рене в дом. В последний раз кошки увидели сестёр Прайор час спустя, когда тех вывели из дома и усадили в патрульную машину на заднее сиденье за решетчатым барьером.
– Как обыкновенных пьянчуг, – сказала Дульси.
Когда сестёр увезли, Джо и Дульси снова переключились на работу криминалистов, которые уже вынули два квадрата дерна, поместив их на листы полиэтилена, и теперь доставали третий… При этом их инструменты не превышали размером чайную ложку. Эксперты только раз прервали работу, чтобы надеть защитные синие комбинезоны, повязать маски, закрывающие рот и нос, и натянуть резиновые перчатки.
Прошло ещё полчаса, и в воздух вырвался зловонный смрад разложившейся плоти. Ещё час кропотливой работы – и эксперты получили для съёмки кое-что новенькое.
В аккуратном раскопе, всё ещё засыпанные землей, показались рука и плечо. Тело уже сильно разложилось, а вонь была так сильна, что даже Джо затошнило. Бедная Дульси отошла в сторонку, её рвало. И как только полицейские могут такое выносить?
Экспертам потребовалось ещё несколько часов, чтобы убрать оставшийся грунт, сфотографировать и измерить тело, упаковать все мельчайшие улики и снять отпечатки. Прибыл коронер, а немного позже – полицейский антрополог, которого вызвали из Сан-Франциско. Всё это Джо и Дульси подслушали из разговоров находившихся во дворе полицейских, а также из переговоров по радио.
Небо потемнело, черепица стала остывать. С холмов прилетел ветер, принеся холодок надвигающейся ночи. Двум офицерам, продолжавшим осматривать лесок в поисках таких же тайных могил, пришлось зажечь мощные ручные фонари, а криминалисты достали из машин переносные лампы. Подъездная дорожка и прилегающий участок внезапно осветились; зажёгся свет и в доме, на лужайки и клумбы легли сверкающие жёлтые лоскуты.
Несмотря на неприятности, постигшие сестёр Прайор, жизнь в доме, казалось, продолжала идти своим чередом. На кухне готовился ужин – кошачьи носы учуяли аромат мяса со специями. Возможно, кухарка находила успокоение в том, чтобы перед лицом неудач и даже несчастий по-прежнему следовать заведенному порядку.
Джо облизнулся.
– Когда мы последний раз ели?
– Не помню. Такое впечатление, что неделю назад. А тут ужин пахнет так вкусно, что хоть иди к ним и попрошайничай.
– Ну-ну, мы должны быть принципиальны.
При мысли о Джолли кошек охватил нестерпимый голод. Им с ужасом почудилось, что они вот-вот лишатся сил.
Уже давно стемнело, когда криминалисты закончили свою работу, а люди Харпера, трудившиеся в доме, собрали все вещественные доказательства, упаковали их, подписали и погрузили в машину. Но лишь после того как полицейские и криминалисты разошлись, предварительно заперев главное здание, оставив четверых сотрудников охранять его и отослав остальных, Джо и Дульси спустились с крыши и отправились домой.
Впервые в жизни они пожалели, что им не удалось прокатиться в полицейской машине. Они были обессилены, выжаты до последней капли. Спускаясь усталой трусцой по холму, они даже не пытались охотиться – столь велика была их усталость. Прежде чем покинуть владения Аделины Прайор, они всё-таки утолили жажду, найдя небольшую лужицу на мощёном дворе у конюшни. Находившийся неподалеку рабочий-мексиканец заговорил с ними по-испански. Но они предпочли держаться подальше, чувствуя вьющийся вокруг него запах цианида, прилипчивый и всепроникающий, как аромат духов.
И хотя от самого человека ядом не пахло, сейчас даже доброжелательный чужак был им ни к чему. Всё, чего они хотели в эти минуты, – оказаться дома среди своих, вернуться к привычному уюту и найти что-нибудь теплое и утешительное в своих мисках. После ареста сестер Прайор и официального полицейского расследования, увенчавшего запутанную череду событий, Джо и Дульси чувствовали себя совершенно измотанными. Никогда прежде их не тянуло домой так, как сейчас.
Глава 35
– Нет, – сказал Харпер. – Отпечатки взять не удалось, мягкие ткани почти не сохранились. Однако опознать тело, спрятанное под дёрном, мы всё-таки сумели. Нет никаких сомнений: это Джейн Хаббл.
Мэй Роз не проронила ни звука и сумела сохранить спокойствие. Похоже, ею теперь владела лишь затаённая ярость из-за смерти Джейн. Харпер спрашивал себя, не слишком ли он прямолинеен с пожилыми дамами; впрочем, это явно не касалось Мэй Роз. Она не сводила с него ясных голубых глаз, полных не только гнева из-за убийства Джейн, но и очевидного ума и проницательности.
– Помимо пальца, – сказала она, – можно ведь опознать её и по зубам.
– Да, а ещё по рентгеновскому снимку: у неё был множественный перелом левой лодыжки.
– Я помню о нём. Она мне рассказывала, что сломала ногу ещё в колледже, катаясь на лыжах. Этот старый перелом доставлял ей немало страданий в плохую погоду. Так рентген обнаружил его?
– Именно, – сказал Харпер.
Ему пришло в голову, что он сам – в форме и при оружии – был несколько неуместен за изящным садовым столиком в полном цветов дворике «Каса Капри». Помимо него и Мэй Роз, у чайного столика сидели юная Дилон Торвелл и Сьюзан Доррис. Сьюзан уже сменила кресло – каталку на металлические ходунки, которые стояли сейчас рядом с её стулом; рядом дремал коричневый пудель. Вся компания была в сборе, отмечая приход нового руководства, которое и организовало нынешнее чаепитие. За соседним столиком разместились Клайд, Вильма, Бонни Доррис и старая Эула Вимс.