Чтение онлайн

– Миссис Трамбо и ее адвокат хотят немедленно переговорить с вами. Они у себя в апартаментах.

Трамбо только покачал головой, и Уиллу пришлось самому отправляться на съедение дракону. Через десять минут он вернулся и прошептал:

– Она настаивает. Говорит, что это очень важно. Она сказала, что если вы не придете, она явится сюда и прервет ужин. Она знает про переговоры с Сато.

– Черт, – прошептал Трамбо, широко улыбаясь сидящему напротив доктору Тацуро.

Собственный адвокат Трамбо, Бенни Шапиро, по кличке Мясник, был еще

в Нью-Йорке. Кэтлин играла не по правилам.

В семь сорок пять, когда в перерыве между супом и рыбным салатом подали шербет, Уилл сообщил очередную новость:

– Прибыла мисс Ричардсон. Я поселил ее в Главном таитянском хале на мысе.

Трамбо кивнул. Мыс был точкой, наиболее отдаленной от Большого хале и от Кэтлин. К счастью, в таитянском хале имелись бассейн, прикрепленный слуга и заказ блюд из ресторана. На какое-то время все это должно задержать Майю.

– Она просила передать, что должна срочно поговорить с вами, – прошептал Брайент.

– Что, прямо сейчас?

– Немедленно.

– Черт, – повторил Трамбо и еще шире улыбнулся доктору Тацуро, голова которого тряслась, как у куклы.

В восемь тридцать, за главным блюдом, приготовленным из говядины с ранчо Паркера, Уилл Брайент прошептал:

– Прилетела Бики. Едет сюда.

Обычно помощник Трамбо называл людей по фамилии, но Бики для всех была просто Бики, восходящей звездочкой, готовой встать в один ряд с Мадонной, Принцем и другими обладателями нарицательных имен. Трамбо нравилась простота этого имени, контрастирующая с кольцом в носу и проколотым языком его последней привязанности. Он терпеть не мог целовать ее, чувствуя языком перекатывающиеся стальные шарики. Она говорила: «Представь, что сосешь леденцы», но ему еще меньше улыбалось целоваться с кем-то, у кого полный рот леденцов. Поэтому поцелуйную часть они обычно пропускали, да она и не была такой уж важной. Трамбо удалось настоять, чтобы она не вставляла ничего в соски и в то, что ниже. Бики повздыхала, но смирилась.

– Куда ты ее хочешь деть? – шепотом спросил он.

– В старый сарай строителей.

Трамбо подумал, что Уилл решил пошутить, но потом вспомнил о комфортабельном домике, выстроенном к югу от бухты во время строительства Мауна-Пеле. «Сарай» имел три спальни и находился сразу за южным полем для гольфа. Там не было пляжа, зато открывался изумительный вид на бухту и южный полуостров. В «сарае» жили только сам Трамбо да кое-кто из почетных гостей, вроде сенатора Харлена из Иллинойса, который запирался там со своими странными приятелями.

– Отличная идея. Эта дура и не заметит, в какую глушь ее засунули. Только проследи, чтобы ее хорошо кормили.

– Прослежу, – пообещал Брайент, отходя на свое место.

– Стой! Бриггс приставил кого-нибудь к Майе и Бики? – Судьба Кэтлин и ее гребаного адвоката Трамбо не волновала.

– Я приставил Майерса к мисс Ричардсон, а Кортни – к Бики.

– Ты? А где Бриггс?

– С ним проблема.

Сато, доктор Тацуро и Санни Такахаси,

как по команде, посмотрели на Трамбо. Ему показалось, что его вырвет, если он еще раз услышит слово «проблема».

– Какая еще проблема? – выдавил он, стараясь выглядеть спокойным.

– Мистер Бриггс и мистер Диллон, кажется, исчезли.

Трамбо с трудом удержался, чтобы не вцепиться в волосы себе или Уиллу Брайенту.

– Я же велел им сломать стену в офисе астронома.

Уилл кивнул. Он улыбался, как будто сообщал боссу, как прекрасно тот выглядит.

– Да. Стена исчезла. И Бриггс с Диллоном тоже. Там какая-то пещера. Мистер Картер спрашивает, не послать ли кого-нибудь их искать.

Трамбо задумался.

– Черт с ними, – сказал он наконец и повернулся к гостям. – Отличное мясо, правда?

– Очень нежное, – сказал Хироси Сато.

– Очень вкусное, – сказал Санни Такахаси.

– Очень полезное для сосудов, – сказал доктор Тацуро.

С приближением шторма Элинор, Корди и Пол Кукали перешли из бара в столовую Китового ланаи. Сильный ветер снаружи завывал в кронах пальм и раскачивал бугенвиллеи.

Пол объяснил, что остался проследить за развитием событий.

– Нам надо было самим сообщить в полицию, – сказала Элинор.

– Я сообщил. Моему другу Чарли Вентуре, шерифу Коны. Он сказал, что это входит в компетенцию полиции штата.

– Опять кивают друг на друга? – спросила Корди.

Пол Кукали пожал плечами:

– Во всяком случае, он сказал, что вряд ли сюда пришлют кого-нибудь сегодня. Полиция штата занята расчисткой дорог, а у ребят Чарли проблемы с наплывом туристов в Кону.

– Но они пошлют кого-нибудь? – спросила Элинор.

– Конечно. Но он сказал, что никто не сообщал им о пропавших на курорте людях.

– Надеюсь, Трамбо не выгонит вас из-за этого с работы.

Кукали улыбнулся:

– Невелика потеря. Я же останусь в университете. Конечно, платят здесь хорошо… я смог купить себе дом в Ваймеа. Но я не поэтому взялся за эту работу.

Они поговорили про Ваймеа, про охрану памятников, про археологию, а потом ветер и голод загнали их в столовую.

– Думаю, руки было мало, – сказала Корди, когда они уселись за стол. – Может быть, если бы он еще пару раз пробежал мимо с разными частями тела, мы бы и потеряли аппетит, но сейчас я готова съесть целую лошадь.

– Лошадей здесь не подают, – заметил Пол. – Могу порекомендовать аху.

– Это что, лава?

– Нет. Лава – это аха. Аху – это марлин, или рыба-меч. Дороговато, но очень вкусно.

Корди взяла меню:

– О'кей-жокей. Я все равно ни за что не плачу. Аху так аху.

Пол тоже заказал аху, а Элинор выбрала улуа – большую плоскую рыбу, которую она ела под другим названием в Южной Америке.

Официант спросил, что они будут пить, и, прежде чем кто-либо успел возразить, Корди заказала всем «Пламя Пеле». Потом разговор перешел на работу Элинор.