Чтение онлайн

По сути, не кресло, а самый настоящий высокотехнологичный трон.

Мне потребовалось всего пять минут, чтобы выудить из громадного массива логов бортового журнала нужную информацию.

Корабль зафиксировал краткосрочное воздействие энергетического выброса. В результате некоторые системы перешли в аварийный режим, а несколько совсем отключились. К счастью, полностью была потеряна лишь пара компонентов, прямо сейчас не имеющих критического влияния на выживание корабля и экипажа. То есть корабля и меня.

Природа выброса оставалась загадкой. Из-за возникшего

сбоя, часть логов оказалась стёртой. А, скорее всего, на некоторое время корабль просто ослеп и оглох, поэтому в бортовой журнал вообще ничего не записывалось.

Источник энергетического выброса установить тоже не получилось. Сколько я не всматривался в звёздную карту, но ничего подозрительного не заметил. По всему получалось, что просто посреди пустоты в вакууме из ничего возникла энергия, за мгновение убила весь экипаж и также внезапно исчезла.

Неизвестная аномалия не затронула только меня.

С учётом обстоятельств, мне было плевать что это за энергия, я хотел только узнать не повлияла ли она и на мой организм.

Поэтому принялся рыться в данных, сохранённых из медкапсулы. Но ничего полезного не нашёл. Похоже, я находился буквально при смерти, когда меня засунули в капсулу. Последняя уцелевшая медицинская запись в бортовом журнале оценивала прогресс моего почти двухнедельного лечения.

Провести полное медицинское обследование я не мог. Программное обеспечение не просто накрылось, оно слетело с катушек и требовалось его полностью переустановить. А для этого нужен устойчивый канал связи с одним из медицинских центров компании производителя. Что попросту было невозможно после устроенной мной же диверсии по выведению из строя всего узла связи.

Я закрыл глаза и откинулся на спинку кресла.

Сделал глубокий вдох, попытался полностью расслабиться и прислушался к собственным ощущениям. На удивление я чувствовал себя даже гораздо лучше, чем обычно полагалось после долгого двухнедельного сна.

Поэтому уже через минуту я широко улыбнулся и крикнул:

— Джекпот!

Во-первых, пираты все до единого погибли, как я того и хотел. Во-вторых, я почти на сто процентов уверен, что аномалия меня никак не зацепила. Скорее всего, экранирование медицинской капсулы справилось и не пропустило внутрь смертоносные волны энергии. И, в-третьих, мне представился уникальный шанс, который выпадает, быть может, всего один раз на миллиард, если не реже, самому стать капитаном звездолёта.

И такой шанс я упускать не намерен.

Экипаж погиб в результате несчастного случая и в базе корабля есть доказательства, на этот счёт вопросов ни у кого не возникнет. Сейчас я единственный живой официальный член корабельной команды. Поэтому имею полное право переоформить звездолёт на своё имя.

Нужно только пройти проверку у законников, чтобы они удостоверились в моей непричастности к смертям. Но перед этим обязательно нужно провести на корабле генеральную уборку. Ведь обидно будет, если меня арестуют за целую гору всего незаконного на борту.

Проще всего собрать всё в кучу и просто выбросить в космос. С большей частью запрещёнки я готов расстаться

без малейшего колебания. Но вот с украденным у Синдиката грузом так не поступишь.

Оба контейнера придётся вернуть, как и договаривались. Не хочется едва избавившись от старых, сразу заводить новых врагов.

Хотя, возможно, человек из Синдиката имеет собственные виды и на корабль. Но насчёт звездолёта уговора не было. Так что Цера моя, ему придётся смириться и довольствоваться только грузом.

Я подошёл к тактическому столу и снова активировал голограмму трёхмерной звёздной карты. Пришло время изучить оставшийся маршрут полёта более досконально.

Несколько энергичных пассов руками и перед глазами появилось схематическое изображение конечной точки моего пути — системы Адлаг.

Захолустье как оно есть — унылое зрелище. Одна звезда и две планеты: газовый гигант с длинным каталожным номером вместо имени и Орино — небольшая пригодная для жизни планета с одним «но». Из-за чересчур сурового климата она интересовала по большей части только шахтёров.

Собственно потому основным сосредоточением жизни являлась космическая станция Солис на её орбите.

Именно на Солис я и направлялся.

Пунктирная линия, ведущая от мигающей белой точки, обозначающей на голографической карте местоположение корабля, прежде чем достичь пункта назначения, проходила довольно близко от астероидного пояса, опоясывающего звёздную систему.

Пожалуй, идеальное место, чтобы надёжно спрятать груз.

Однако уже через пару секунд понял, что этот вариант мне не подходит. Очередная попытка увеличить карту провалилась. Вместо детализированного отображения скопления астероидов перед глазами с противным писком развернулось уведомление с предложением подключиться к сети для загрузки более подробной карты звёздной системы.

Проблема заключалась в том, что для выгрузки контейнеров мне нужно было посадить корабль на астероид. А Цера, хотя принадлежала к звездолётам класса «Пегас» и считалась универсальной рабочей лошадкой средней тоннажности, имела весьма немалые габариты.

Девяносто метров в длину, пятьдесят девять в ширину и почти тридцать в высоту при выпущенных посадочных опорах.

Но узел связи мне самому не починить. Если этого не сделали за время моего сна в медкапсуле, значит для ремонта необходима запчасть, которой на корабле не нашлось.

Без детальной карты пояса можно впустую потратить недели на поиски астероида нужного размера и рельефа, на который смогу сесть и разгрузиться, не рискуя кораблём.

В данном случае трата времени была непозволительной роскошью.

Придётся спрятать груз на шахтёрской планете. Проблема в том, что после продолжительного полёта оставшиеся запасы топлива весьма ограничивали список мест куда я мог долететь. А после внеплановой посадки и взлёта с поверхности Орино список сократится всего до двух, если очень повезёт, то до трёх доступных вариантов. И по времени лететь придётся значительно дольше, потому что остатков горючего не хватит на разгон для выхода на оптимальную крейсерскую скорость.