Чтение онлайн

Кристина подмигнула «Сервалу», отправила его повыше – на ближайший козырек, запустила фотосессию и, красуясь перед глазком объектива, нацепила остальные элементы управления снаряжением. VR-браслеты обняли запястья. Накладка-обруч в женском варианте комплекта имела некоторое подобие орнамента и фестончатый край. Очки пестрели рекламными наклейками. Четыре «Арахны», висевшие на карабинах пояса и жилета, попадали на землю как переспелые груши, натянули стропы и раскрылись. Из черных перчаток, точно из подушечек кошачьих лап, прорезались когти, Кристина втянула их обратно и снова выпустила. Из ботинок вылезли впечатляющие шипы.

Скалолазанием без

скафандра Кристина занималась только в институте во время очных сессий. Но пористые скалы Летиции, изобилующие террасами и расселинами, вкупе с пониженной гравитацией представляли собой удобный и живописный скалодром.

Кристина перевалилась через выступ, посмотрела, где удобнее всего перескочить на противоположный склон, и начала спуск, который по задумке вскоре должен был перейти в подъем. Для альпиниста, даже со скидкой на любительский уровень, у нее получилось все шиворот-навыворот – сначала вниз, потом наверх. Зато настроение, испорченное перед отпуском, стремительно улучшалось.

Аудиогид врал, но не так чтоб совсем без совести. Иллюзия дикой природы присутствовала. Буйных мотоциклистов, прыгавших через ущелья, отсюда почти не было видно и слышно, летуны куда-то разлетелись, а фуникулер остался далеко позади. Скала уступами спускалась вниз, к зеленому морю рукотворной сельвы. Кристина отважилась на несколько неуклюжих, но захватывающих прыжков вдоль склона. «Арахны» страховали чересчур жестко, немного дергали карабины, вгрызаясь в скалы так, что вниз летели пыль и каменное крошево, но ощущение полета и теплые водяные шары, носившиеся в воздухе, свели на нет недовольство стандартными настройками снаряжения. Кристина купалась в воздушном океане, настоящий ветер трепал ей волосы, мокрые от дармовой влаги.

Расщелина.

Она раскинула хищных «Арахн» по две на противоположных склонах, присмотрела подходящий карниз, за который можно зацепиться, выпустила все когти и очертя голову ринулась в свободный полет, неуклюже растопырившись в воздухе. Тонкий свист удлиняющихся страховочных строп, шум ветра в ушах, дикое ощущение мгновенной пустоты, неожиданно теплый вертикальный поток воздуха, а затем жесткий треск снаряги, впившейся в камень. Кристина, тяжело дыша, распласталась по склону. Расстояния здесь из-за вечной игры света и тени оказались обманчивыми – она едва долетела. Если бы не восходящий поток – точно болталась бы сейчас посредине расщелины, как марионетка на четырех ниточках, пока ее умная страховка не подтащила бы ее к тому склону, у которого выше процент безопасности.

«Сервал» – носильщик переправился самостоятельно и укоризненно смотрел на хозяйку глазком фотокамеры. Кристина отменила режим фоторепортажа, потрогала ободранный локоть и растерла мазки крови на пальцах. Ничего. Потом можно заклеить. Когда-то она мечтала о таких ссадинах, которые заживали бы на солнце под коричневой корочкой, как в детских книжках. На их страницах загорелые дети с удовольствием обдирали эти самые корочки, добытые на велосипедной прогулке.

Прогулка – это вездеход. Велосипед – это нагрузка в тренажерке. Другие дети – по видеосвязи или в общей кают-компании Центральной базы, куда научники съезжались раз в полгода, устав от переговоров по видео. Пока папу с мамой не перевели на другой объект, Кристина вообще не знала посторонних людей, внешней атмосферы, пригодной для дыхания, жилого блока, не заставленного приборами, родителей, которые выходят на улицу без скафандров и неизменного маминого «Боже, ты только посмотри, какая красота», когда

над ледяными торосами выкатывался далекий голубой шарик местного солнца, а в посветлевшем небе повисала гигантская тарелка планеты.

Позже семья перебралась из Гамма-радиуса удаленности в Бету, но путешествовала Кристина по-прежнему виртуально, училась по-прежнему дистанционно и пожимала плечами на мамино «как все-таки приятно вернуться в цивилизацию». Это продолжалось долго, лет до пятнадцати. Оказавшись в колонии Аналога-1, где родители руководили уже собственной группой Дальней разведки, Кристина впервые столкнулась с необъятностью человеческого мира, разницей мнений, суждений, спорами о политике и вооруженных конфликтах, с шумом живых голосов и болью первой любви – трагически неудачной и оттого еще более желанной. Наверное, тогда она раз сто вспомнила прогулки в вездеходе: голубоватый диск, в одиночестве висящий над ледяной планетой, – это действительно красиво, величественно и очень спокойно.

Небо постепенно затянуло сплошной облачностью. Кристина подозвала «Сервала», отобедала сухим пайком, сделала несколько глотков из термоса, ослабила светофильтры очков, подключила локационную поддержку и продолжила восхождение – легкая, когтистая, почти всемогущая на этом отдельно взятом горном склоне. Если бы еще усилившиеся порывы ветра не стремились сбросить ее со скал, путешествие можно было посчитать самым легким из всех ее немногочисленных приключений в горах.

Напульсник мигал красным значком, настойчиво призывая открыть присланный Баком файл. Кристина взбиралась вверх по склону невесомой ящерицей. «Сервал» дразнил ее сверху, удерживая дистанцию в пять метров. «Арахны» на подстраховке рыскали по скалам, умудряясь каким-то чудом не путать стропы, и фиксировались, выбивая пыль.

Бака, все его сообщения и напоминалки о сообщениях Кристина игнорировала с особым чувством. В отпуске она имела право ему не отвечать. Бак – их оператор баз данных – сумасшедший ублюдок, липкий и несмелый, когда пытался к ней приставать, и охрененно раскованный в сети. С недавнего времени Кристина его ненавидела. Вдвойне сильнее от того, что муж не собирался ее от него защищать.

– Ну какая угроза? Да ты посмотри на него, – сказал Карл. – Парню и так не повезло с рождения.

– Зато с прохождением медицинского тест-контроля ему сказочно повезло!

– Неправда, Крис, ты же знаешь. Бак честно получил допуск.

– Он использует систему дальней связи не по назначению и… он… Он сидит на S-cerebro!

– Это разрешенный анальгетик. Марк говорит, что, кроме всего прочего, превосходно снимает похмелье, и если бы не цена, он бы сам его с удовольствием употреблял.

– Бак жрет его тоннами!

– Этот препарат разработан для таких, как он! И пока мне от врача-консультанта жалоб на Бака не поступало.

– Он лазит в мою почту! И в твою тоже. У него из башки торчат разъемы. И у него всего три увлечения – голые женщины, виртуальный групповой секс и расчеты внешней угрозы.

– Первые два неопасны, третье – полезно. Ну перестань, Крис…

– Он извращенец, Карл!

– Он очень ценный сотрудник. И от него я в твой адрес не слышал ни одного дурного слова, между прочим. Постарайся хоть немного умерить свои фантазии о сексуальных домогательствах с его стороны. Да, он необычный парень, но почему-то никто, кроме тебя, не считает его извращенцем, включая медицинскую комиссию Дальней разведки.

– Что-о?! Ты защищаешь его от меня, Карл… Его! От меня. Ты в своем уме?!