Кощей

– Е2 на Е4, – торжественно сказал Кощей, высокий и лысый, облаченный в парадную мантию с отливом.

Повсюду чистота и порядок. Всегда пыльная резиденция на вершине каменной башни сегодня просто блестела. Даже обычно черный хрустальный шар, стоящий на столике посередине комнаты, сегодня почти белый. Еще бы! Не каждый день Василиса Прекрасная в гостях. Все ради нее.

– Почему всякий раз, когда хочется поиграть в шахматы с умной девушкой, приходится тебя похищать?

Баритон

не в меру стройного царя был приятен и всегда магически действовал на женщин. Василиса, смутившись, засмеялась.

– Папенька не пускает: думает, ты надругаться хочешь!

Теперь засмеялся Кощей.

– Да уж, время моих амурных похождений закончилось, староват я уже. Хочется теперь других утех, интеллектуального толка…

За окном слышались кряхтения и чертыханья.

– Вот уж тебя достану, я смерть твою нашел!

Царь закатил глаза, его собеседница улыбнулась.

– Далась ему моя смерть? Сам достал! В печенках уже! Вот скажи, Василисушка, неужели я такой плохой?

Девушка на мгновение задумалась, а затем сделала ход ферзем.

– Очень даже хорош, особенно в шахматах. Ты умный…

В этот момент из окна на пол, тяжело дыша, свалился Иван, белокурый юноша в красном растрепанном кафтане и с луком за спиной. С него градом лился пот и шел неприятный запах. Меч и колчан со стрелами он явно успел потерять.

– Фу-у-у! – поморщилась Василиса, закрыв носик рукой. – Разве тебя кто-нибудь звал?

Воспользовавшись паузой, Кощей одним ходом убил белого ферзя своим и запер вражеского короля, стиснутого собственными фигурами.

– Шах и мат! – торжественно объявил Кощей.

Василиса надула губки и кинула в Иванушку одной из вражеских пешек.

– Это все из-за тебя, дурак!

Недоумение на лице юноши сменилось гневом.

– Ты что, Василисушка? – сказал Иван дрожащим голосом. – Я спасти тебя пришел!

– Кто бы тебя спас! Совсем опостылел…

Герой отшатнулся как от пощечины.

– Неужто ты не узнаешь меня? Это Кощей окаянный тебя заколдовал? Ничего, сейчас я ему покажу!

С этими словами Иван достал яйцо. Василиса удивленно отшатнулась, а старик усмехнулся, в очередной раз похвалив себя за правильный выбор. На шее доброго молодца висела серебристая цепочка, на которой болталось мутно-желтое яйцо с застывшей в нем иглой. Резким движением Иван бросил его на пол и ударил окованным железом каблуком. Торжествующее выражение лица сменилось привычным для него, недоуменным.

«Куда уж ему, дураку, разбить его? Хороший материал, на заказ сделан!» – подумал царь.

Поморщившись, Кощей вытащил из ножен меч-кладенец. Красивый, обоюдоострый, начищенный до блеска. Размерами он походил на римский гладиус, только чуть длиннее.

– Уходи отсюда, Вань, ты ведь не бессмертный.

Вместо того чтобы извиниться и спокойно покинуть помещение,

молодой человек оправдал свое прозвище. Покраснев от ярости, он начал швыряться в пожилого человека всем, что попадалось под руку. Старику оставалось только проявлять сноровку и чудеса фехтования, рубя фрукты, книги, отбивая ложки и тарелки.

– Немедленно прекрати, идиот! – кричала девушка.

К сожалению, на Ивана это не повлияло, он только разъярился. Попытка Кощея поймать дебошира за золотые кудри к успеху не привела. Он только вывернулся и поднял над головой хрустальный шар.

– Нет, только не его! – закричал старый царь, но было уже поздно.

Массивный кусок хрусталя взлетел в воздух и направился прямо в голову своего хозяина. Тот едва успел заслониться мечом. Раздался оглушительный взрыв, башню озарила синяя вспышка, и возникший из ниоткуда вихрь закружил всех в комнате. Шахматная доска и фигуры летали вокруг, норовя угодить в лицо, осколки шара острым дождем впивались в кожу. Иван с диким криком вывалился обратно в окно, а Василису поглотила черная мгла.

– Василисушка! – закричал царь, прежде чем так же раствориться в небытии…

– Вот так, – бубнил под нос лысый здоровяк в кожаном пальто, делавшим его похожим на дирижабль.

Одним движением он туго затянул веревку, и человек, бывший его полной противоположностью, завыл от боли. Привязанный к высокой сосне, он выглядел нелепо, словно персонаж из древней сказки «Морозко», вот только все было на полном серьезе.

– Ну, вот и хорошо, – с деланной вежливостью сказал лысый. Опершись рукой о дерево, он огляделся и глубоко вздохнул.

Утренний лесной пейзаж радовал, а прохладный осенний воздух бодрил. Довольно крякнув, здоровяк потянулся и посмотрел в глаза пленнику.

– Последний раз по-хорошему спрашиваю: где бабки?

Связанный что-то энергично замычал. Лысый вытащил кляп.

– Ну?!

Худощавый парень лет тридцати с длинными волосами, стянутыми в хвост на затылке, помычал, разминая губы.

– Чего? – ухмыльнулся здоровяк.

– Пошел ты на хер, урод! – наконец выдавил он. Попытался плюнуть, но неудачно: тряпка осушила рот.

Лысый осклабился.

– Ты сам напросился, – сказал он, разминая пальцы и хрустнув суставами.

Глаза толстяка налились кровью, и рука уже размахнулась для удара, как вдруг случилось нечто из ряда вон, что никак не могло уместиться в узких рамках его мировоззрения: прямо из воздуха над головой громилы возник высокий худой старик, одетый в черный бутафорский костюм. Хоть веса в нем явно было немного, от неожиданности лысый растерялся, и пришелец из небытия сбил его с ног.

– Ты кто, блин, такой, дед? – сказал колобок, поднявшись на ноги. – Ты этого лоха прикрываешь?