Чтение онлайн

Огонь. Всепожирающий. Он уничтожает все на своем пути. Неистовый, злой, не знающий пощады. Чувство смерти.

Образы вспыхивали и гасли, а я тряслась от эмоций внутри меня. Хотелось прекратить все это, но досматривала до конца, ощущая, как что-то ломается в моей душе. И после последнего образа карта вспыхнула. Но не красным, а черным пламенем, облизывая мне руку как животное. От появившегося страха стряхнула с руки черный пепел, вскакивая с места и оглядывая ладонь. Целую и невредимую. Мои глаза встретились со слепым взглядом.

– Любую Судьбу можно изменить. Не забывай об этом.

Резко наступившая темнота заставила

отступать назад, пока я вновь не оказалась на улице города: солнце садилось к закату, и его свет отгонял недавний страх, что поселился в душе. Не оборачиваясь назад – я все еще ощущала слепой взгляд на себе, сказала ожидавшему и молчаливому охраннику о доме.

Когда же я обернулась назад, шатра уже не было.

Дорога до дома Хагана не должна была занять много времени, да и многие лавочки начали закрываться, но возникшая толпа с богато одетыми ханами со слугами и охраной, на секунды увлекла меня за собой. Кажется, меня даже пытались облапать, прежде чем чья-то рука вырвала меня из этого сумасшествия и я оказалась в тени дома. Мой недовольный возглас застыл в горле, когда увидела знакомые золотые глаза на загорелом лице.

– Ты…

– Я же обещал, что мы еще встретимся.

Мой бывший гид и заклинатель медведей, стоял в местной одежде с треугольной шапкой на голове. Маскировка так себе, так как весь его облик выдавали глаза. Но видимо его это не сильно беспокоило. Приложив палец к своим губам и не отпуская мою руку – его ладонь была горячей, как раскаленный песок, повел за собой, в узкий проем между двумя рядами, где тень могла скрыть нас от любопытных глаз. Но даже после этого разговаривали шепотом, стоя напротив друг друга едва не касаясь головами.

– Так что ты тут все же делаешь? – Я была рада увидеть не только знакомое лицо, но и просто поговорить. Мое внутреннее «я» так больше и не подавало признаков жизни, и это, как не странно, меня беспокоило. А тут вот он. Кстати об этом. – Прости, не мог бы ты назвать свое имя?

Чувствуя, как начинают краснеть щеки – от стыда, не иначе, - опустила голову вниз, глядя на ворот кожаной куртки.

– Все таки странная ты женщина, Вася. – Где-то я это уже слышала... Но да, не спорю, еще бы через год спросила. Послышался легкий смешок над моей головой и я подняла глаза. – Рано тебе об этом знать, но можешь называть меня Хорт. А теперь слушай внимательно: в этом городе творится что-то неладное, поэтому лучше не высовывайся даже днем. Я займусь Горынычем, но а тебе освобождать Кощея. Старайся сделать это до полнолуния, оно через пять дней. Как выберетесь, бегите из города, я вас найду. И главное – никому не доверяй.

– Даже тебе?

– Особенно мне.

Его рука легла на мою голову, потрепав по волосам, а потом меня буквально вытолкнули из проулка. Даже пожелать удачи не успела – в тени домов растворились золотые глаза. Интересно, Чеширский Кот ему случайно не родственник?

Вася, о чем ты сейчас думаешь?!

О прекрасном.

Стукнув ладонью по лбу, я сосредоточилась на сказанных словах. Все плохо и у нас дедлайн в пять дней. Время снова начало давить. А еще эти предсказания… Час от часу не легче. И где только мою охрану носит!

Оставшись совершенно одна, я не растерялась, выбрав метод «куда-нибудь все равно да приду». В самом деле, город не такой уж и большой, в крайнем случае уткнусь в стену. В худшем – я научилась резво бегать,

не говоря уже про то, что я отлично ору.

А еще я наконец знаю как зовут моего провожатого. И это очень согревало сердце. Жаль, что не желудок.

Вспомнив, с какой стороны я чисто теоретически могла сюда явиться, пошла обратным путем: небо окрасилось золотисто-багряным, народу стало в разы меньше, а те немногие, кто попадался на моем пути, с нескриваемым интересом смотрел мне вслед. Если бы знала местный язык, то написала табличку «Не лезь, убьет». Но нет, оставалось быстрым шагом пересекать улицы, пытаясь вспомнить хоть что-то знакомое. Но чем дальше я шла, тем незнакомее становилось.

– Гоо б?сг?й!

А вот и первые смельчаки. Искоса глядя на мужчин-ханов, что зазывали к себе и широко улыбались – некоторые очень криво, буквально уже бежала по улицам. Поворот, поворот, прямая, тупик, обратно. Примерно так выглядел мой скромный забег в уходящих лучах солнца.

А потом стемнело.

– Господи, да где этот дворец хотя бы!

Возрев глаза к небу, заметила примечательный прозрачный купол.

– Господи, я дура. – Самокритика иногда полезная вещь, особенно когда все гениальное просто. Надо было не под ноги смотреть, а вверх, дворец же выше всех остальных зданий! Теперь оставалось только следовать по направлению крыши.

Сказано – сделано: держа ориентир в поле зрения, шла навстречу дворцу. О том, что меня так-то могут не пустить, даже не подумала, ведь там, впереди, должна быть еда, тепло и можно отдохнуть. И я шла как танк, минуя редких прохожих и попыток со мной заговорить. А когда меня заметила охрана – дала деру. Ну их, слишком долго доказывать, что ты не террористка и даже не шпионка. Поэтому ко дворцу прибыла мини-делегация в лице запыхавшейся меня и десяток охранников – когда только успели присоединиться? Дальше мы играли в гляделки, с попытками понять друг друга.

– Мне нужно во дворец. Я…знакомая принца. Его Величества. Генерала знаете, такого, с усами и холодным взглядом? Вы хоть кивните, если поняли…

Меня не поняли, и через некоторое время меня поймали и скрутили руки, ведя, опять же, во дворец. Ну хоть я на нужном пути! Правда веревка неприятно врезалась в запястье и натирала кожу.

– А вы правильно меня ведете?

А в ответ тишина. И чует моя пятка – меня вновь ждут неприятности…

Собственно, я не прогадала, я действительно попала в неприятность под названием камера. Да-да, та самая тюремная камера, под землей, холодная и мрачная. Благо что дворцовая, но не меняет того факта, что меня заключили без следа и следствия. И вот снова вспоминается Александр Сергеевич Пушкин: камера была три на три, с оконцем на уровне потолка, гладкие стены и матрас, набитый соломой. Ну и отхожее место. Отлично место, не рекомендую.

– Эй, басурмане, - я не исключала все же попытки договориться со стражей. – Вы доложите там побыстрее главному и отпустите меня. Или хотя бы покормите. Вы просто не знаете какая я противная, когда голодная! Я вас предупредила!

Ясное дело меня не понимали, и я надеялась, что хотя бы догадаются передать кому-то из вышестоящих. Вышла, блин, подышать свежим воздухом. Где моя спокойная жизнь, когда нужно было думать про счета, еду и как отложить на поездку! А тут попытки покушения, домогательства и арест. Надо было все же проведать казну, чтоб не так обидно было.