Чтение онлайн

Девушка глядела в глаза Сторра. И ему почудился огонек надежды в серых, с желтыми точечками блюдцах. Твою ж мать…

Бен на секунду умолк, жадность в душе подала голос. Это реально много денег. Он посмотрел на добычу, бесцеремонно развернул спиной и принялся ощупывать ягодицы. Тестостерон одерживал верх. — Не… — впрочем, голос звучал уже не столь уверенно. — Бенни… — Ласково продолжил Рик, — Бенни, ты представь на секунду, сколько щелок ты через неделю заимеешь на три четверти моей доли…

Это был хороший апперкот. Рыжий даже икнул. — Ну… Не знаю… — Подумай, дорогой… Я тебе ведь не фуфло толкаю. Три четверти! — Не… — Все-таки мозг работает на треть, задымленный шишкой. Бен словно очнулся от анабиоза. —

Бенни, бери бабло, нах тебе эта институтка… У молодого тотальное отключение котелка… Креды бери! — Со всех сторон слышались голоса товарищей. — Нет! — Зло прошипел рыжий флибустьер. — У меня такой крали отродясь не было…

Он схватил Лоан за волосы, резко пригнул вниз и потащил к выходу. Та ойкнула, споткнулась и едва не упала. — Вся моя доля, Рыжий! — Рик с трудом понимал, что творит. — ВСЯ ДОЛЯ!!!

Бен замер. Постоял, мотыляя рукой с намотанными волосами, из стороны в сторону и отпустил кулак. — Кэп, ты слышал? Доля Сторра — моя… Отметь там, в вахтенном журнале…

Как сложна и примитивна одновременно человеческая сущность. — Спасибо… Спасибо… — выдохнула бедняжка, слезы катились ручьем, она вытирала их рукавом и улыбалась глупой улыбкой. — Дура… — только и смог промолвить обнулившийся вскройщик.

Кэп Рейнольдс клевал носом, сидя в удобном кресле за навигационным пультом. Скукотища…

"Корсар" совершал квазипрыжок. Делать нечего совершенно. Впрочем, всегда ведь есть и обратная сторона медали. Пока фрегат находится в квазипространстве, телепортируясь на расстояние в несколько десятков световых лет, можно расслабиться и ощутить себя в полной безопасности. Никто не сможет атаковать. Никто не сможет установить местоположение. Даже точку выхода из квази-мира просечь сложно. Если, конечно, не вести телеметрическое наблюдение за ныряльщиком в самом начале прыжка.

Рейнольдс ходил по вселенной всю свою жизнь. Вначале юнгой на сухогрузе. Потом в Высшей Академии Космического Флота. Готовился стать капитаном большого круизного лайнера. Романтика… Дальние страны… Красивые планеты… Прогуливающаяся по смотровой палубе шикарная публика. И он, кэп Джек Рейнольдс, в белейшем кителе с золотой отстрочкой. Малый ход! Дамы и господа, через двадцать минут наш лайнер выйдет на геостационарную орбиту планеты Кариби, второго солнца созвездия Мальтау… Картинка была такой явной, тысячи раз прокрученной в юношеском мозгу и оттого впечатавшейся в душу вечным шрамом, что Джек слегка поморщился…

Как бы ни предполагали мы — у судьбы свои идеи. Началась война и по всей Республике был брошен клич. Грабить суда Конфедерации — необходимость более, чем насущная. Четыре года на пиратском фрегате и место в Адмиралтействе обеспечено. Чем не головокружительная карьера… Затянувшаяся на тридцать с лишним лет.

Экран мигнул. Этап один квазипрыжка завершен. Кэп приложил большой палец к сенсору отпечатков и подтвердил переход к следующей фазе.

Теперь куковать часа три… Можно, конечно, покинуть мостик… Джек развалился поудобнее. Успеется… что в каюте делать-то…

Фаз всего три. Вход в квазипространство, другими словами — прыжок, период ориентации, когда корабль движется по искривленному подпространству до точки пересечения параллельных векторов направления и торсионного ускорения и, собственно, появление обратно на свет Божий в пункте назначения.

Чтобы войти в иной мир — необходим навигационный узел. Это такая точка пространства, где тяготение разномассных объектов складываются в некоторое усредненное значение, описываемое системой уравнений Кападуса. Теория навигации всплывала в памяти, будто вчера готовился к экзамену. Существует множество подобных узлов, уже рассчитанных и отмеченных в ходовом справочнике. Их так много уже, что путешествие на десятки, сотни, а иногда

и десятки сотен световых лет давно перестало быть фантастикой. И атлас постоянно пополняется.

"Корсар" три месяца находился в дальнем походе. Пиратское искусство не сложно — засада неподалеку от прыжкового узла, как только из квазипространства покажется подходящая посудина — абордаж и деру. Запутать корабли сопровождения довольно просто. Чехарда по соседним навигационным точкам — и ты в дамках. Проследить направление прыжка в условиях боя тяжело, легко ошибиться даже автоматике. Поэтому обычно требуется максимум два-три перехода. Хотя… всякое бывает…

Сложнее, если за тобой начали охоту. Что-то чересчур гладко все прошло. Прыгнули раз — тишина. Второй… Про транспортник словно забыли… Чудеса, да и только. Было бы глупо не воспользоваться подарком судьбы. Не возвращаться на базу после удачной атаки, как предписано уставом, а попытать счастья еще на каком-нибудь оживленном транспортном узле. Так и поступим, только следы запетляем. Удача любит настойчивых.

Перистальтические камни — очень редкие в нашей галактике кристаллы. Используются при создании квазигравилетных движителей. Захваченный груз — полугодичный запас хорошего судостроительного завода. — Микки, как думаешь… — Рейнольдс указательным пальцем удерживал клавишу интеркома, пианируя остальными по гладкой столешне пульта, — … мож камешки не сдавать? Больше трети республиканская приемка не заплатит… — Узнают — лишимся флибустьерской лицензии… — Первый помощник явно спал, но в беседу включился мгновенно. Потому — и первый помощник. — Сольем повстанцам. За полцены… Имел я в жопу их лицензии… — Кэп, я — за… Чтобы только нас вне закона не объявили… — Сильно тебе тот закон нужен… Ты и так в Конфедерации вне закона. Наедут — за конфедератов перейдем. Кто из команды будет не согласен — высажу на первой же планетке с воздушной атмосферой… Все. Решено. Отдыхай, через три часа всплываем. — Йес, кэп… — отключился. Хотя, лицензии лишиться — стрем, конечно…

Сторр сидел на койке в своей тесной двухместной каюте. Тишина и покой. Освободившиеся два места на фрегате позволили наконец-то отселить Одноглазого. Хороший парень, только жить с ним на шести квадратах…

Мымра эта… Рыдает в соседнем кубрике битый час, даже переборка не заглушает. Ну, ясный красный — стресс для нежного женского организма. Одноглазый, когда попросил отселиться — сально шутил и все советы давал, а как понял, что баба эта устроилась в отдельном блоке — почему-то обиделся… Черт с ним — воду пусть возит. И душ почаще принимает… Впрочем, с Рыжим у них теперь симбиоз. Главное — дверь к ним в кубрик не открывать.

А вообще — мне здесь нравится. Народец лихой, но искренний. Даже камень за пазухой прячут как-то так, с детской честностью. Всегда можно разрулить. И в бою не бросают, какие бы вилы во взаимоотношениях ни были. Не чета республиканской гвардии. Вот там — одни хреновы карьеристы.

Сторр хлопнул ладонями по коленям и быстро поднялся. Пока прыгаем — нужно бы сбруей заняться, мало ли, что там на выходе…

Вскройщик у флибустьеров — почти как офицер. Даже личное оружие в арсенал не сдает. Толку немного, но нужно же рисковых хоть как-то выделять и мотивировать, помимо денег. Пистоль в кубриковом сейфе — всегда приятно. Рик ощутил рифленую сталь рукоятки и по сердцу растеклось успокоение. Оружие — сакральное значение имеет. Душа самурая. Тяжесть абордажного пистоля — это бальзам. Ты уже не один. Сорок миллиметров, тридцать два разрывных грамма, прошибающих высоколегированный стальной лист. Лазерный прицел с автодоводкой и подствольный бамер, способный уничтожить легковой автомобиль. Боезапас — тридцать зарядов, рассчитанных на одиночную и секвентальную, по три патрона, стрельбу. Лучший друг индейца.