Королевство Евы

Когда Софи прибыла на остров, был последний день октября. Солнце уже не поднималось высоко, но залив все еще был чист и спокоен, а на деревьях кое-где оставались листья. И хотя воздух в тот день был теплым и мягким, он уже пах далеким снегом.

Вместе с Софи с парома сошло с полдюжины человек, и причал быстро опустел. С пристани открывался вид на площадь, где летом теснились террасы кафе и лотки с безделушками для туристов. Сейчас она была пуста.

Из всех заведений на площади работало только одно, паб Хромая Чайка. Стеклянная

дверь была приоткрыта, и из недр паба доносилось урчание радио и теплый запах кофе.

Чемодан Софи подпрыгивал и дребезжал на камнях мостовой. Так что когда она подошла к порогу, внутри ее уже ждали.

Из-за барной стойки выглядывал бармен, невысокий, но крепко сбитый мужчина с редким рыжеватым кустиком под носом и двумя такими же – над ушами. Больше в пабе никого не было, только толстая полосатая кошка дремала на подоконнике.

Софи заняла столик в самом углу и ни разу не подняла голову от тарелки. Почуяв запах ветчины, кошка перебралась к ней под ноги и теперь лежала, устроив морду на пыльном кроссовке

– Как добраться до пансионата Лазурный? – спросила Софи после завтрака.

– Лазурный? – бармен перестал делать вид, что смотрит повтор шоу по телевизору, и обернулся к ней всем корпусом. – В это время года пансионат не работает…

– Мне нужно в пансионат, – повторила Софи, пожав плечами. Бармен надолго замолчал, затем все же произнес:

– От остановки через дорогу ходит автобус. Но сейчас пансионат не работает.

– Я знаю.

Дребезжание чемодана еще несколько минут разносилось по площади, а затем все стихло.

Труп нашли через месяц после ее прибытия. Залив к тому времени окончательно сковал лед.

Остров – место, где слухи разносятся молниеносно, словно плывут по воздуху из одного конца города в другой, подгоняемые ветрами. Потому что даже с наступлением холодов, когда на всем острове остается всего несколько сотен человек, слухи расползаются с той же умопомрачительной скоростью. От плотности населения это не зависит. Лора считала это еще одной мистической особенностью острова.

Так о прибытии поздней гостьи весь город узнал прежде, чем ее автобус добрался до Лазурного. Пансионат располагался у самого леса и путь до него действительно был не близкий. Последние городские постройки оставались позади, а автобус еще не меньше получаса полз по узкому петляющему меж холмов шоссе. Летом туристы катались на нем вдоль всего острова, любовались на старый маяк у восточного побережья, а затем кружным путем возвращались к городу. Но в мертвый сезон Софи была единственным пассажиром, а автобуса пришлось ждать не меньше двадцати минут. Этого времени хватило, чтобы слухи начали свой путь среди жителей.

Летом никто бы не обратил внимания на очередную долговязую девчонку с огромным чемоданом и белоснежными от осветлителя волосами. Да, красивая. И явно «городская». Но разве мало здесь бывало таких? На остров съезжались любители мистики и инопланетян, целебной минеральной воды и мрачных легенд, купальщики, историки, ведьмы, откровенные фрики и просто пенсионеры, жаждущие

морского воздуха и оздоровительных прогулок по холмам. Красивые девчонки из мегаполисов тоже приезжали. Понежиться на пляжах и сделать фото в инстаграм.

Осенью, с наступлением холодов, последние туристы убирались с острова, а следом уезжала и большая часть местных. Гостиницы и мотели закрывались, кофейни, магазины с сувенирами, бары пустели. Законсервировав на зиму свои дома, люди уезжали на материк, проедать заработанные за теплый сезон деньги. Оставались те, кто не мог уехать, и те, кто не хотел. Набиралось таких сумасшедших не много.

Зима на острове – испытание. Ливни, туманы, снег и затяжная морось сменяли друг друга и только ветра дули с самого октября и до апреля, пронизывая до самых костей. Залив, отделяющий остров от материка, нередко покрывался льдом. Паром в таких условиях не ходил, попасть на остров или с него убраться можно было лишь вертолетом.

Для Лоры это была двадцать четвертая зима на острове. Не считая тех трех, что она провела на большой земле. Она привыкла к холодам и влажному ветру. Самым мучительным была скука. На зиму город замирал. Да, в церкви устраивали концерты, в библиотеке иногда крутили кино, а в Хромой Чайке вечерами собирались компании. Был еще Зимний бал – в канун Рождества. Но все это было частью обычной зимней скуки.

Прибытие новенькой взбодрило весь город. Ее ждали на воскресную службу в церкви, на ужин в Хромой Чайке, в магазинчике Всякой Всячины – повсюду.

Лоре надоело ждать.

Она не знала, хорошая ли это идея. Просто купила в лавке Ребекки пирог и поехала в пансионат. Было холодное утро вторника, самое начало ноября. Обочины припорошены не то ранним снегом, не то изморозью. Редкое безветрие, и над городом, как одеяло, белел плотный туман. Ни намека на солнце. Серый свет равномерно растекался по острову.

Черное от влаги шоссе тянулось через до сих пор изумрудные холмы. Среди этой зелени торчали редкие бурые стебли чертополоха и других колючек. Моря в такую погоду не увидишь, даже там, где дорога проходит у самого побережья. Но его дыхание чувствовалось в настывшем воздухе.

Лора припарковала машину на обочине, чтобы немного осмотреться, прежде, чем о ее присутствии станет известно. Трава все так же серебрилась и похрустывала под ногами. Где-то над лесом кричали чайки, среди черных стволов темнели пирамиды елей. Пансионат казался заброшенным и безлюдным. Лора часто видела его, когда приезжала пострелять. Его белоснежные стены, такие ослепительные на фоне густой лесной зелени. Его новую темно-красную крышу, совершенно ему не подходящую.

Летом пансионат всегда был другим. Это можно было сказать обо всем острове, но с пансионатом метаморфоза была особенно заметна. Словно сам воздух сгущался вокруг его бледных, обшитых деревом стен. Пустой, молчаливый, он замирал до весны. Только иногда в темных окнах мелькали огоньки и отстветы. Вроде бы. Они с Евой так и не осмелились забраться в него зимой. Лазурный принадлежал им лишь в теплый сезон, до первого снега. Прекрасный замок с небесного цвета крышей.