Чтение онлайн

– Дело идет к войне, - отвечал он на взволнованные расспросы Дринкуотера, и Уйат охотно с ним соглашался. – И это будет столкновение могучих сил, в котором Англии нелегко будет избежать поражения. О, можете насмехаться, мистер Уайт, ведь вы и вам подобные ради славы готовы до луны добраться.

– Он все еще ребенок, - пробормотал Эпплби, когда лейтенант вышел освежиться. – Но да поможет Бог команде, над которой его поставят капитанам – а этого не долго ждать, если война начнется вскоре. Надеюсь, лорды подберут ему терпимого, опытного и понимающего первого лейтенанта.

– Он явно изменился, - кивнул Дринкуотер. – И похоже, не в лучшую сторону.

– Слишком быстрый

рост, парень. Это мало кому идет на пользу, если вообще идет.

Да, обед трудно было назвать удачным.

И виновато в этом оказалось не только разочарование в старых друзьях. Приближение войны – вот что по-настоящему беспокоило Натаниэля. Едва уловимое, но неизбежно нарастающее волнение, смешанное со страхом – такое он уже чувствовал на пляже в Бобиньи – заставляло его сердце учащенно биться.

Если начнется война, то где окажется их крошка-куттер? Есть ли шансы на продвижение по службе? Натаниэль и думать не смел о состязании с Уайтом – это было бессмысленно. Но в любом случае, «Кестрел» - отличный маленький кораблик.

Воля провидения привела его сюда, и нужно просто покориться судьбе. В конце-концов, все не так уж плохо. Он обвел задумчивым взором полку, на которой стояли его собственные книги и журналы, оставленные ему мистером Блэкмором, бывшим штурманом «Циклопа». Натаниэля растрогало это наследство. Ящичек красного дерева, в котором хранился квадрант, стоял в углу, а доллондовская труба лежал в кармане плаща, висевшего на крючке рядом с французской шпагой. Собрание приобретений, подарков и добычи – вот и все его имущество. Не слишком густо за тридцать лет жизни. Потом взгляд Дринкуотера упал на акварельный рисунок, изображающий «Алгонкин» у Сент-Моувза, написанный его женой.

Стук в дверь вернул его к реальности.

– Кто там?

– Шлюпка, сэр – раздался голос Тригембо.

Натаниэль сел в койке.

– Лейтенант Гриффитс?

– Так точно, сэр.

– Отлично. Сейчас буду.

Он скользнул в башмаки и надел простой синий китель. Уже открывая дверь, он нахлобучил шляпу и, выскочив с трапа, с наслаждением вдохнул свежий морозный воздух.

Гриффитс доставил приказы от адмирала порта. После полудня «Кестрел» вошел с приливом в Барн-Пул и пришвартовался к блокшиву «Чичестер». На следующее утро на борт поднялись чиновники с верфи, посовещавшиеся с Гриффитсом. Ко времени, когда просвистали обед, стоячий такелаж «Кестрела» был спущен, а к ночи кран блокшива снял с него саму мачту. Утром плотники уже хлопотливо меняли карленгсы, готовясь к установке новой мачты.

– Нам сделают стеньгу повыше, - пояснил Гриффитс, - чтобы ставить прямой брамсель над марселем. – Он глотнул мадеры и посмотрел на Дринкуотера. – Уф, не думаю, что нам придется снова играть в кошки-мышки, после того случая у Бобиньи. Как только ремонт закончится, мы обретем вид нормального военного куттера и заделаемся чертовыми няньками у флота. Но теперь о другом. Клерк из казначейства обещал до Рождества заплатить матросам жалованье. Но получат они только половину от того, что причитается. Дай им все, и они раскидают все свои мозги вместе с кишками по канавам, и нам придется звать на помощь патрули, чтобы собрать их. А мне нужно, чтобы команда была на борту куттера сразу после Рождества.

Дринкуотер признавал справедливость драконовских мер Гриффитса. Если судить по его разговорчивости и оживлению, командир ожидал наступления веселых времен.

– И дайте знать ломбардам, что люди получат жалованье. Тогда их жены прослышат об этом, и не все деньги останутся в кабаках. – Он отхлебнул из стакана, потом полез в задний карман. – Вот что мне передали в

конторе адмирала порта. – На стол легло помятое письмо. Надпись на нем была сделана знакомой рукой.

– Спасибо, сэр.

Дринкуотер схватил письмо и вскочил, торопясь уединиться в своей каюте. Гриффитс поудобнее расположился на своем месте и закрыл глаза. Дринкуотер направился к выходу.

– Да, мистер Дринкуотер, - один глаз приоткрылся. – Дерзкий юнец с незаслуженным эполетом, давший мне это письмо, заявил, что я-де обязан предоставить вам отпуск на Рождество. – Натаниэль замер, переводя взор с письма на Гриффитса и обратно. – Я подобного беспорядка не потерплю. – Повисла долгая пауза, глаз лейтенанта снова закрылся. Дринкуотер растерянно вышел в коридор.

– Можете идти в отпуск, как только установка брам-стеньги будет закончена, и ни минутой ранее, мистер Дринкуотер.

Пряча улыбку, Натаниэль прикрыл дверь и юркнул в свою клетушку. Потом торопливо разорвал конверт и начал читать.

Дорогой мой Натаниэль ,

Пишу в спешке . Ричард Уайт посетил меня сегодня по пути к призовому агенту мистера С. Смита в Портсмуте, и обещал на обратном пути передать письмо для тебя. Насколько я поняла, он рассчитывает увидеться с тобой Плимуте. Спасибо за твое письмо от двадцать девятого. Весть, что ты, возможно, будешь стоять в П л имуте, наполня е т меня одновременно волнени ем и надеждой. Слышала новости про Францию и очень переживаю. Если верно, что будет война, в чем Ричард убежден, я ни за что не упущу возможности повидаться с моим дорогим мужем. Пожалуйста, встречай лондонский почтовый в рождественский сочельник.

Пока до свидания, любовь моя,

Остаюсь вечно преданная тебе,

твоя жена Элизабет.

Дринкуотер улыбнулся в предвкушении. Не исключено, его предубеждение против Уайта сложилось несколько преждевременно. Только настоящий друг мог повести себя так. Тронутый заботой друга и счастливый от скорой встречи с Элизабет, он с удвоенной энергией занялся ремонтом куттера. И на время призрак войны перестал преследовать его.

Двадцать третьего декабря брам-стеньга со всем такелажем и новым парусом заняла свое место, а на утро следующего дня работы по переоснастке были завершены. Появился клерк казначейства, и Дринкуотер отправил этого щуплого человечка, прибывшего на борт в сопровождении сундучка, охранника из морских пехотинцев и книги размером с крышку люка, выдавать жалованье команде куттера. К полудню была выставлена якорная вахта, и «Кестрел» почти опустел – многие из его экипажа жили в Плимуте.

Покончив с делами, Дринкуотер нырнул вниз, чтобы надеть китель и положить свой тесак, и отправился на берег. Там его встретил Тригембо. Лихо козырнувший моряк предстал перед ним в полном матросском наряде, хотя тот вовсе не подходил к холодному времени года: шляпа с лентами, тужурка с медными пуговицами, вокруг мускулистой шеи – черный платок, а на ногах хлипкие узкие туфли.