Чтение онлайн

В один из вечеров Юлька разожгла камин, и мы стали лениво потягивать «мартини», любуясь на огонь. Я крутила браслет, вспоминая о тех незабываемых временах, когда мы были с Максом.

– Интересно, как он там? – спросила я у Юльки.

– Лучше, чем здесь, – попыталась успокоить меня она.

– А он обо мне вспоминает?

– Конечно. Тебя невозможно забыть.

Я сделала глоток «мартини» и улыбнулась.

Неожиданно в глазах потемнело, сильно закружилась голова. Я посмотрела на Юльку. Она поставила стакан с «мартини» и стала растирать виски.

– Что-то жарко.

– И мне как-то душно. – Я скинула халат, оставшись в легкой ночнушке.

– Может, мы камин слишком сильно разожгли?

– Как

всегда. Просто состояние какое-то гадкое, – простонала я и посмотрела на Юльку.

Она задрала халат повыше и растянулась на медвежьей шкуре. Я села рядом, пытаясь понять, что со мной происходит. Глаза слезились, мне показалось, что комната затянута какой-то слегка уловимой, почти невидимой дымкой.

– Юлька, ты что-нибудь чувствуешь? – прошептала я.

– Да. Меня ужасно клонит ко сну.

– Не спи!

– Я не могу. Давай поспим, а потом обо всем поговорим.

Юлька закрыла глаза и тяжело задышала.

– Не спи! – закричала я и попробовала встать, но у меня ничего не получилось.

Ноги стали ватными и совершенно не хотели слушаться. Глаза закрывались, чертовски хотелось спать.

Нет, спать нельзя, это какой-то обман. Наверное, я и так сплю, но мне нужно проснуться. Я с трудом доползла на четвереньках до Юльки и изо всех сил толкнула ее в бок.

Юлька сморщилась, но так и не открыла глаза.

– Нам нужно выйти на улицу!

– Чупа, дай поспать… – прошептала Юлька.

Собрав силу воли в кулак, я добралась до внутреннего телефона, чтобы позвонить охране. Подняв трубку, я не услышала гудков. Что-то случилось с телефоном. Посмотрев на Юльку, я вздрогнула. Юлькино лицо было какого-то неестественно зеленого цвета. Случайно посмотрев на себя в зеркало, я не поверила собственным глазам.

Мне показалось, что кто-то умышленно облил меня зеленой краской. Добравшись кое-как до двери, я с ужасом поняла, что она закрыта с той стороны. Подергав дверь несколько раз, я поняла, что меня покидают последние силы. Еще чуть-чуть – и все: я больше не смогу сопротивляться. А что, если уснуть, как Юлька? Глаза закрываются, такая приятная теплая дремота увлекает за собой…

Ущипнув себя за ногу, я с ужасом обнаружила, что мне совсем не больно. Обычно я так делаю за рулем, когда одолевает сон, но останавливать машину нежелательно. До сегодняшнего дня это было стопроцентное средство для того, чтобы проснуться. В голове загудело, в висках противно застучало. Взяв стул и открыв жалюзи, я с размаху ударила табуреткой по окну. Окно разбилось, и посыпались стекла. Высунув голову на улицу, я стала жадно ловить ртом свежий воздух. Оглянувшись, я увидела безжизненно лежащую на полу Юльку. Если ей не помочь, то будет поздно. Задыхаясь и кашляя, я бросилась в глубь комнаты. Подбежав к подруге, я схватила ее за ноги и потащила к окну. Перекинув Юльку через подоконник, приложила ухо к ее груди и заплакала от счастья: она дышала. Выпрыгнув из окна, я вытащила Юльку на улицу и положила ее на поляну. Затем обошла дом в надежде найти кого-нибудь из охраны. Открыв служебную комнату, я в ужасе закричала. На полу лежали четверо охранников.

Никакой крови. Можно было подумать, что все четверо просто спят, мирно посапывая и улыбаясь во сне. Потрогав одного из них, я пришла в состояние, близкое к истерике. Парень не дышал и был совсем холодный. В комнате чем-то слабо пахло, и мне опять захотелось поспать хотя бы пару минут. Выбежав в коридор, я громко позвала Жорика. Ответа не последовало. Вернувшись во двор, я взяла в беседке марлевую тряпку, повязала ее на нос и вбежала в дом. Открыв комнату, где обычно сидел Жорик, я увидела своего телохранителя лежащим на полу с закрытыми глазами. В комнате работал компьютер, играла легкая музыка. Склонившись над Жориком, я потрогала его пульс

и тяжело вздохнула. Пульса не было. Вытащив из кармана Жорика сотовый телефон, я выбежала на улицу и попробовала дозвониться до Гарика. Но в трубке не было даже гудков. Я оказалась оторванной от мира – без какой-либо связи и возможности позвать на помощь.

Как же так? В доме обязательно должен быть повар, горничная, домработница. Где они все? Забежав на кухню, я пронзительно закричала. Рядом с плитой лежал повар, рядом с ним – горничная и домработница. У всех были закрыты глаза, а лица имели неестественно зеленый цвет. На плите стояла кастрюля с давно выкипевшей водой. Дно ее подгорело, и от этого по кухне разносилась зловещая вонь. Отключив плиту, я выбежала из кухни и направилась по коридору к входной двери. Внезапно я услышала странный звук и резко остановилась. Настенные часы не могут так работать. Увидев в конце коридора какой-то сверток, я на цыпочках подошла поближе, но все же не решилась дотронуться до него. Это еле уловимое тиканье не было похоже на часы. И тут я поняла, что нельзя терять ни минуты. В любое мгновение может раздаться взрыв. Фома учил меня разбираться во взрывных устройствах. Поэтому без особого труда я угадала, что в этом свертке лежат четыре динамитные шашки, по двести граммов каждая, и часовой механизм, изготовленный на оборонном предприятии. Мощность такой «адской машинки» достаточна, чтобы разрушить не только эту дачу, но и все вокруг. Можно, конечно, схватить этот сверток, донести до фонтана и утопить его там, но это очень рискованно. Никто не знает, на какое время заведен этот часовой механизм. Выскочив из дома, я подбежала к Юльке и потащила ее в самый дальний угол двора.

Положив Юльку в фонтан, легла рядом и принялась ждать. Ждать пришлось недолго. Не прошло и десяти минут, как раздался мощнейший взрыв – и мой коттедж развалился по кирпичикам. Фонтан, где мы лежали, тоже изрядно задело, и нас основательно засыпало камнями.

Но даже такой мощный взрыв не разбудил Юльку. Она мирно посапывала, хмуря брови и на кого-то злясь во сне.

Как только мне удалось вылезти из фонтана, я первым делом посмотрела на свои ноги. Они были сильно исцарапаны, а из мелких ранок сочилась кровь. Понятно, что я просто легко отделалась. Теперь предстояло вытащить Юльку. Ударив ее несколько раз по щекам, я поняла, что она вряд ли проснется самостоятельно. Скорее всего, у нее возникли серьезные проблемы со здоровьем.

Цвет Юлькиного лица стал почти синим. Пульс постоянно куда-то исчезал, а дыхание стало хриплым и глухим.

Слезы застилали мои глаза, но я знала одно: Юльку надо обязательно спасти. Бросив взгляд на дымящийся коттедж, я встала на колени и начала разгребать засыпанную Юльку. Это оказалось трудным делом. Камни были тяжелыми, и их было много.

Услышав сзади чьи-то голоса, я вздрогнула и оглянулась. Ну вот, только этого еще не хватало – сбежались соседи. Кто-то вызывал «скорую», кто-то милицию, а я по-прежнему стояла на коленях и пыталась вытащить Юльку. Увидев машину Гарика, я облегченно вздохнула. Силы покидали меня. Выбежав из машины, Гарик с ужасом посмотрел на то, что осталось от коттеджа, а затем крепко прижал меня к себе.

– Господи, если бы я только знал, что это произойдет, то приехал бы намного раньше. Какого черта я заезжал в эту пивную! Чупа, тебе плохо? У тебя цвет лица черный!

– Ерунда, – прошептала я, оседая на землю. – Я знала, что ты успеешь. Помоги Юльке. Мне кажется, что мы ее теряем.

Гарик взглянул на засыпанную камнями Юльку и бросился ее откапывать. Через пару минут я услышала вой «скорой» и улыбнулась, увидев надпись: «Реанимация». Закрыв глаза, я вновь почувствовала легкий дурман и неудержимое желание поспать. Бороться с дремотой я больше не могла, да и не хотела…