Королева отморозков
Шрифт:
Вам всем и так уже давно известно, что делами в последнее время управляла я. Фома безоговорочно выполнял все мои приказания. Он уже давно смирился со своей участью и являлся моей правой рукой. Почти два года я была мозговым центром банды. Я и впредь буду разрабатывать планы вооруженных налетов, если они, конечно, понадобятся или в них возникнет необходимость, хотя мы постоянно стараемся избегать открытого применения грубой силы. «Кадровые вопросы» я также буду решать самостоятельно.
– Чупа, мы единогласно признаем тебя, и нас совершенно не смущает, что ты женщина, – сказал Гарик. – Менты уверены
– Спасибо за доверие, – улыбнулась я. – Для посторонних глаз я просто удачливая предпринимательница, которой досталось неплохое наследство от покойного супруга. Не нужно иметь уголовный опыт, чтобы вами управлять, достаточно иметь хорошие мозги. С сегодняшнего дня я устанавливаю железную дисциплину. Вы ничем не должны отличаться от добропорядочных горожан, и уж тем более вам нельзя привлекать к себе внимание милиции. Запрещается хранить и употреблять наркотики, использовать оружие без надобности и сорить деньгами напоказ. За нарушение моих требований я буду увольнять из группировки, безжалостно штрафовать, а неисправимые героинщики могут получить пулю.
Когда ребята разъехались, я осталась наедине с Гариком. Гарик посмотрел на меня взглядом, полным обожания, и тихо сказал:
– Молодец! Сегодня ты была просто на высоте. В наши дни, когда в Петербурге царит беспредел похлеще, чем в двадцатые годы, женщины все чаще становятся во главе организованных преступных сообществ. В «черном бизнесе», как и в бандитской среде, всегда больше ценились не крепкие кулаки, а быстрый ум. А в этом дамы всегда превосходят сильный пол. – Он искренне улыбнулся.
– Ладно, достаточно комплиментов. Ты лучше скажи, какие наболевшие вопросы у нас сегодня стоят на повестке дня.
– Назрел тут один каверзный вопросик. Есть у нас подкрышная фирма «Ариста». Так вот, когда-то коммерсу, который ее возглавляет, давали деньги на раскрутку.
Этот коммерс занимался в свое время пивом, влез в долги, короче: у него возникли проблемы с другой крышей, его чуть не замочили, и он обратился за помощью к нам.
Мы его у той Крыши отмазали, все с пацанами уладили, выплатили, сколько он должен, плюс проценты и забрали его под крышу к себе. Фома выделил ему денег на раскрутку. Он раскрутился, деньги вернул и каждый месяц исправно платил нам определенную сумму. Теперь же он чересчур окрутел, имеет целую сеть магазинов на Литейном. Ездит на «шестисотом» и имеет пятикомнатную квартиру на Невском. В общем, в последнее время он стал ныть, что ему тяжело отстегивать такую сумму, что он в убытке, товар, мол, плохо берут, и стал просить снижения ежемесячных выплат. А сам жиреет на глазах, прикинь. Уже за руль «мерседеса» с трудом садится, живот мешает. Это я, конечно, так, образно, не такой уж он здоровый, просто денег у него, как у курицы зерна. Мы ему крышу обеспечиваем, другие группировки его не трогают, а он нам платить отказывается. Так теперь он вообще оборзел. Сотовый отключил и нанял целую кучу охраны.
Нас к себе на пушечный выстрел не подпускает, решил вообще без крыши, самостоятельно работать. Я вот и хочу посоветоваться,
– Ликвидировать мы всегда успеем, это несложно.
Давай-ка попробуем с ним побеседовать и денежки забрать. Может, он просто с виду такой несговорчивый.
– Ты предлагаешь его похитить с целью выкупа?
– Нет, пока я ничего не предлагаю. Я просто хочу, чтобы он приехал ко мне на разговор.
– Чупа, но он сам не поедет. Он даже сотовый отключил.
– Тогда привези насильно и закрой в подвале.
– А если стрелять придется?! Его же так просто голыми руками не возьмешь. Рядом с ним человек десять охраны ходит…
– Стрелять не надо. Охрана же с ним дома ночью не спит. Нужно проникнуть в его квартиру и ждать там.
– В принципе, ты права, у него как раз жена с сыном в отпуск улетели. Он сейчас один живет. Самый подходящий момент для того, чтобы с ним поговорить.
– Конечно, возьми серьезного домушника, Влада например. Он работает профессионально, может любой сейф открыть. Пусть он пробьет квартиру, и приступайте к своей работе. Запомни: стрелять в крайнем случае. Как только его возьмете – сразу ко мне в подвал. Я с ним побеседую. Мы ему ставку не уменьшим, а значительно повысим. Если откажется платить, тогда ликвидируем. Будем искать на его место более сговорчивого.
Как только Гарик ушел, я вышла из дома и поискала глазами Бульдога. Он сидел рядом с беседкой и читал газету. Я подошла и положила на газету свою ладонь. Он поднял глаза и посмотрел на меня безразличным взглядом.
– Еще скажи, что ты меня не хочешь!
Бульдог покраснел и что-то пробурчал себе под нос.
– Так ты меня не хочешь? – повторила я.
– Я на работе, – произнес он.
– Я думала, что после нашего разговора в машине тебе в голову не полезет бульварная пресса, но, наверное. ошиблась. Ты читаешь с большим воодушевлением.
– Потому что в машине ты сморозила такую глупость, что мне даже не хочется про нее вспоминать. Я просто хочу, чтобы ты меня уволила.
– Ты что, подыскал себе новое тело, которое бы тебе хотелось охранять?
Бульдог не ответил на мой вопрос и опять уставился в газету. Я выхватила ее и разорвала пополам. Затем взяла его за подбородок и почти грубо спросила:
– Ты что, меня не услышал?! Я не люблю повторять дважды. Нельзя игнорировать то, что я говорю.
– Что ты хочешь, Чупа? – Бульдог убрал мою руку. –Что ты бесишься? Я тебе не дешевый жиголо, поэтому не надо на меня наезжать.
Я наклонилась к нему так близко, что его лицо уткнулось мне в грудь. Услышав его тяжелое дыхание, я тихонько прошептала:
– Жду тебя сегодня в час ночи. Дверь моей опалый" будет открыта.
Бульдог ничего не ответил, но зато покраснел до самых ушей.
– Все будет нормально, не переживай, – подмигнула я и, плавно покачивая бедрами, направилась к дому.
Затем я позвонила Юльке. Та жутко обрадовалась и пообещала на днях обязательно нагрянуть ко мне.
– Ты ошибаешься по поводу Бульдога, – попыталась заверить я подругу. – Это такая преданная псинка. Я нисколько не сомневаюсь в том, что он втрескался в меня по самые уши.