Королева мусора

Анна Черникова

КОРОЛЕВА МУСОРА

ГЛАВА ПЕРВАЯ

...Т-а-ак...
– сказала бабушка, внезапно возникая на пороге комнаты.
– Это что ж такое?!
– выдержав многозначительную паузу горестно вопросила она, поочередно и укоризненно поглядывая на два русых затылка. Под ее взглядом затылкам стало явно неуютно. Они заерзали, и Наташкин полностью скрылся под одеялом, а Дашкин, наоборот, начал подниматься.

– А что такое, бабушка?
– невинно спросила Дарья, сев на кровати и усиленно делая вид, что только что проснулась.

– Не три глаза. Во-первых, ты и не спала вовсе, а во-вторых чернильное пятно размажешь... Марш умываться!

Потом поговорим. Наталья, это и тебя касается...

– А я не грязная...
– пробубнили из-под одеяла.

Бабушка только фыркнула. Дарья и Наталья были близняшками, и все делали одинаково. Пачкались, разбивали коленки, рвали колготки... Только если Дашка рвала левую колготину, то Наташка обязательно правую. И наоборот. Вот и сейчас бабушка была убеждена, что на правой щеке у Наташки цветет роскошное чернильное пятно. Пожалуй, красное, судя по открытым пузырькам. Потому что у Дарьи оно было на левой. И зеленое.

Когда обе внучки были отмыты и лежали, сердито сопя под одеялами, бабушка еще раз оглядела комнату. Пол усеян обрывками бумаги и какими-то тряпочками-фантиками-гайками, на люстре (чтоб, значит, всегда на виду и под рукой) висят всякие необходимые вещи, типа прыгалок и паяльника, столы завалены, и ладно б еще книгами, игрушками, тетрадями, как у нормальных детей! Так нет! На Наташкином столе куча каких-то тряпок сомнительного происхождения, рассыпанные бусы, вата, поломанные рейки... А у Дашки вообще - куски жести, мотки проволоки, гаечные ключи, автомобильные фары... Плюс ко всему сверху этого безобразия на Наташкином столе лежит удав, сшитый из старых (преимущественно) колготок, а на Дашкином - виброход, сделанный из выброшенных за негодностью зубных щеток и совершенно новенькой мыльницы...

– Вот заберет вас Королева Мусора...
– печально проговорила бабушка и, вздохнув, вышла из комнаты, унося с собой ножницы, краски и ватман, то есть вещи совершенно необходимые, если вы хотите успеть за ночь смастерить карнавальный костюм для завтрашнего школьного бала...

Девочки сели в своих кроватях.

– Что будем делать?
– сердито спросила Наташка.
– Говорила ж я тебе - давай днем сделаем! А ты - "давай на свалку слазаем, давай на свалку слазаем!"... Долазились!

– Кто ж знал, что бабушка проснется...

– Еще бы... Ты ж поднос умудрилась свалить!
– Наташка, не выдержав, зашлась от смеха. И тут же, опомнившись, закусила угол подушки, покосилась на дверь. Нет, все вроде спокойно. Бабушка, видимо, уже заснула.

– Она еще и смеется!
– Дашка запустила в сестру подушкой и притворно надулась, - Тебе бы так!
– она потерла макушку. Зачем ты его на шкаф засунула? Там же всегда ватман лежал.

– Ну... Понимаешь... Санки-то мы еще прошлой зимой разбили. А покататься хочется. Вот я и взяла бабушкин поднос... На нем так здорово с ледянок съезжать! Скорость - с ума сойти какая! Только кто ж знал, что он погнется?... Вот я его и спрятала. Может, бабушка о нем забудет...

– Ладно...
– Дашка погрустнела.
– Что будем делать с костюмами? Завтра бал. А бабушка все унесла. Один мусор остался... Не из него ж костюмы клепать? Вот уж, действительно, Королева мусора получится...

– Слушай...
– Наташкины глаза озорно заблестели.
– А ведь это идея! Костюм Королевы мусора! Такого ни у кого не будет!

Сестры переглянулись.

– А?!

– Ага!

И работа закипела. Через три часа комната стала значительно чище. В воздухе витал теплый запах разогретого паяльника - Дашка доделывала короны. Наташка

в это время корпела над прической сестры - заплетала вкривь и вкось немыслимое множество косичек, вплетая в них тряпочки и перышки. Себе она такую прическу уже сотворила. На кровати лежали два плаща. Сестры без малейшего колебания пустили на них шторы... Так что плащи получились роскошные - темно-синие, атласные. Но тоже "мусорные". На один плащ были понашиты гайки, скрепки, и прочий железный хлам. В середине плаща блестел гаечный ключ из серебристой бумаги. Другой плащ украшали заплаты и бантики из обрезков и обрывков ткани. В его центре его украшала аппликация - растрепанная, перемазанная рожица. На сестрах были черные джинсы и белые водолазки с аппликационными кляксами.

– Все!
– зевнула Дарья.
– Примеряй!
– и она протянула сестре изящную корону, в которой тем не менее легко угадывалась консервная банка.

– Класс!
– Наташа даже зааплодировала от радости и кинулась к зеркалу. Дашка, сладко потягиваясь, подошла к ней. Зеркало отразило две перемазанные (опять!) мордочки в обрамлении множества нелепых косичек и с коронами на головах. Сестры не смогли удержаться от смеха. И разом, как делали многое, картинно запахнулись в плащи. Не успели они насладиться своим видом, как вдруг...

ГЛАВА ВТОРАЯ

В комнате как-то потемнело. Замигала, словно сигналя о чем-то, настольная лампочка, в углах зашевелились мохнатые тени... Девочки недоуменно переглянулись. И, не сговариваясь, встали друг к другу спиной. Так, как привыкли вставать, когда чувствовали приближение неизбежной драки. Откуда-то ощутимо тянуло тревогой... Тревога эта нарастала, превращалась в панический страх. "Словно во сне, - подумала Наташка, нет, словно проснулся после ночного кошмара, и не можешь понять, где ты, и страх все не отпускает..." Она обернулась к Дашке. Та, видимо, угадала ее мысли и напряженно улыбнулась:

– Еще немного, и я кинусь в бабушкину комнату, словно пятилетний малыш после страшного сна... Смотри!!!

Стало ясно, откуда шло чувство тревоги. Зеркало!!! Их любимое большущее стенное зеркало, сделанное на заказ по дедушкиным рисункам и словно бы сошедшее со страниц сказки "Королевство Кривых зеркал" - в деревянной раме, на витых ножках, вдруг перестало отражать комнату! Они-то в нем отражались, но на фоне какой-то черной пустоты усыпанной множеством огоньков. Один огонек, трепеща, словно мотылек, приближался... Он увеличивался, увеличивался, а сестры, не в силах пошевелиться, заворожено смотрели на него. И вот уже можно разобрать, что ни какой это не мотылек, а светящаяся женская фигура... В такой же короне, как у них, и такой же, как их, плащ окутывает ее и бьется на ветру...

– Королева мусора!
– выдохнула Наташка.

– Бежим!
– дернула ее от зеркала Дарья.

Они отскочили от зеркала, больно ударившись о шкаф, стоящий сзади, толкнув дверь кинулись в коридор... И кубарем покатились по заросшему травой склону.

Трава была колючая и жесткая, словно проволока. Кувыркаясь по ней, Дашка успела заметить какие-то высокие холмы, беспорядочно разбросанные вокруг. Что-то в их неровных очертаниях показалось ей странно знакомым. Словно здесь зигзагами проехал гигантский грузовик и из его кузова сыпался песок, образовывая горки то по больше, то по меньше... Или, скорее, не песок, а мусор, судя по неровным силуэтам... Мусор? Дашка больно ударилась плечом о старую ржавую бочку. И от этого удара, а так же оттого, что кувыркание наконец прекратилось, сразу все поняла.