Король-Демон
Шрифт:
– Возможно, но некоторых из них я нахожу очень милыми. И о них стоит заботиться.
Я находил Алегрию близкой к совершенству, с каждым днем все сильнее в нее влюбляясь. Самым большим ее недостатком было то, что она абсолютно не умела готовить. И не потому, что не понимала природы продуктов – это входило в курс обучения далриад, – а потому, что она просто не считала нужным быть аккуратной. Чуть больше соли, чуть меньше специй, чуть дольше подержать в печи, чуть меньше помесить – Алегрия не задумывалась о таких пустяках.
– Но в конце концов, – как-то заявила она, – далриада вовсе не обязана уметь готовить. У благородных
– Покорнейше прошу меня извинить, – сказал я, отвешивая низкий поклон. – Но я действительно неотесанный варвар, войзера Алегрия, к тому же чужеземец. Быть может, тебе больше придется по душе другая работа. Будь так любезна, попробуй зажать мне уши своими щиколотками.
Поклонившись с издевкой, Алегрия легла в кровать.
– Как прикажете, сэр.
Впрочем, отсутствие у Алегрии кулинарного таланта не имело никакого значения – как и положено прилежной ученице, она запомнила наизусть множество всевозможных рецептов. Следуя ее указаниям, я весело гремел кастрюлями и котелками. Не могу сказать, что я умею готовить, и все же по сравнению с Алегрией меня можно было считать непревзойденным кулинаром. С другой стороны, мы почти не тратили время на еду. По крайней мере в прямом смысле этого слова.
Мне очень хотелось, чтобы это продолжалось не пять дней, а пять недель, но вскоре короткий отдых окончился, и нам пришлось возвращаться в Джарру. Дома меня ждало одно приглашение, прямо на этот вечер, от которого я не мог отказаться.
Я показал это приглашение Алегрии, и она, вздрогнув, побледнела от страха.
– Что ему от тебя нужно?
– Не знаю. Но, не сомневаюсь, он сам мне все скажет.
– Будь осторожен, любимый. Будь очень-очень осторожен.
– Можете обращаться ко мне по моему титулу: азаз, – тихо произнес маленький человечек. – Ибо никто не должен знать мое имя. Уверен, вам известно, что знание имени колдуна дает другому чародею определенную власть над первым. И хотя я никого не боюсь, нет смысла предоставлять кому бы то ни было малейшее преимущество.
Азаз, таинственный церемониймейстер, был верховным колдуном Майсира, самым могущественным чародеем королевства. Никому в нашем посольстве не было ничего известно о человеке, занимавшем эту должность, кроме того факта, что он внушал всем страх. Ни одному нумантийцу, в том числе послу Боконноку, не доводилось ни разу встречаться с ним. Нынешний азаз, как и все его предшественники, предпочитал уединение своего замка – пятиугольного здания из черного камня, расположенного на самой окраине Моритона, прямо у высокой стены, за которой начиналась чаща Белайя.
Появляясь при дворе, азаз оставался в специальном помещении или занавешенном алькове. А если он призывал кого-то к себе, этот человек послушно являлся к нему, хотя и существовал риск, что ему не суждено будет вернуться.
Азаз оказался очень маленького роста, лысоватым и гладко выбритым; ему было, по моей прикидке, лет сорок с небольшим. Своим умным лицом и проницательным взглядом он напомнил мне другого человека, также предпочитающего уединение и внушающего всеобщий страх, – Кутулу, Змею, Которая Никогда
Только не подумайте, что они были похожи на глаза императора. Горящий взгляд Тенедоса захватывал в плен того, на кого падал, требуя беспрекословного повиновения. Глаза азаза вызывали в памяти безумный взгляд сумасшедшего. Ему не нужно было отдавать приказания, ибо могущество его было столь велико, что он просто сокрушал тех, кто становился у него на пути, – даже если азазу это только на мгновение казалось.
Меня он встретил облаченным в штаны и рубашку из тяжелого дорогого темно-коричневого шелка. В руке азаз держал жезл из слоновой кости, покрытый затейливой резьбой. Разговаривая со мной, он постоянно крутил этот жезл.
Азаз принял меня в маленькой комнате на первом этаже, у самого входа в свой замок. Голые каменные стены были лишены каких-либо украшений; лишь на одной висело черное знамя с незнакомым мне красным символом.
Поклонившись, я назвал себя. Азаз не стал терять время на любезности.
– Вы мне не нравитесь, Дамастес а'Симабу, – произнес он равнодушным тоном, словно говоря о погоде.
Опешив, я недоуменно заморгал.
– Почему? Потому что я нумантиец?
– Действительно, я не питаю особых симпатий к вашему народу, но в данном случае мои чувства имеют более личный характер. Помните ли вы человека, известного вам под именем Микаэла-Повелителя духов?
Азаз имел в виду Микаэла Янтлуса, верховного чародея Чардин Шера. Я проник в замок, где укрывались он и его повелитель, и сотворил заклятие, которому меня научил провидец Тенедос. Мне удалось бежать за считанные мгновения до того, как поднявшийся из земли демон уничтожил замок и спрятавшихся в нем бунтовщиков. Я полагал, все это осталось далеко в прошлом, но, похоже, я ошибался.
– Разумеется.
– В детстве мы с Микаэлом были друзьями – в той степени, в какой позволяет себе узы дружбы чародей. Микаэл решил, что, отправившись странствовать по свету, узнает больше и выучится быстрее. И действительно, он добился значительных успехов, но вы и ваш император швырнули его назад на Колесо. Я пытался связаться с его духом, узнать, в кого он перевоплотился, но ни один из вызванных мной демонов не смог мне ничем помочь. Вероятно, Микаэл до сих пор гостит у богов. Но может быть, он был уничтожен невосстановимо. Так что, нумантиец, как видите, любить мне вас не за что.
Я считаю, что на искренность надо отвечать тем же.
– Микаэл Янтлус находился в чужой стране, где помогал бунтовщику, восставшему против законного правителя, – холодно произнес я. – Он получил по заслугам, как и изменник, которому он служил.
– Я вижу, что ваша дерзость, свидетелем которой я стал еще во время вашей первой встречи с моим королем, не имеет границ, – слабо улыбнулся азаз.
Я вспомнил закрытый шторами альков за спиной короля Байрана.
– Что касается Микаэла, не могу согласиться, что он получил по заслугам, и все же его судьба была предопределена, – продолжал азаз. – У него всегда было гораздо больше честолюбия, чем у меня. Кстати, если бы Микаэл остался жив, не сомневаюсь, он рано или поздно сбросил бы Чардин Шера, после чего началось бы такое противостояние колдунов, что боги раскрыли бы рты от изумления.
Повседневная жизнь Испании Золотого века
Живая история: Повседневная жизнь человечества
Научно-образовательная:
история
культурология
рейтинг книги
Простолюдин
1. Путь князя
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
рейтинг книги
Перешагнуть пропасть
1. Перешагнуть пропасть
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
рейтинг книги
Неудержимый. Книга VI
6. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Избранное
Проза:
советская классическая проза
рейтинг книги
А. Смолин, ведьмак. Цикл
А. Смолин, ведьмак
Фантастика:
городское фэнтези
рейтинг книги
После Кастанеды: дальнейшее исследование
Религия и эзотерика:
эзотерика
рейтинг книги
Я до сих пор царь. Книга XXXII
32. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
попаданцы
рейтинг книги
Бастард Императора. Том 5
5. Бастард Императора
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
рейтинг книги
Очерки времён и событий из истории российских евреев том 4
Научно-образовательная:
история
рейтинг книги
Первый среди равных. Книга IV
4. Первый среди Равных
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
рейтинг книги
Самоучитель мудрости, или Учебник для тех, кто любит учиться, но не любит, когда его учат
Научно-образовательная:
психология
рейтинг книги
Воронцов. Перезагрузка. Книга 5
5. Воронцов. Перезагрузка
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
фантастика: прочее
рейтинг книги
Настольная книга нотариуса
Научно-образовательная:
юриспруденция
рейтинг книги