Чтение онлайн

— Сегодня можно спокойно отдыхать,— сказал отец, — а завтра утром к нам придут гости.

Провожаемая многозначительными взглядами родителей, Белит ушла в приготовленную для нее комнату и горько расплакалась. В течение всего плавания Шаафи подготавливала Белит к тому, что должно произойти.

С откровенностью опытной женщины мать делилась с дочерью самым сокровенным, наставляя, воспитывая и готова к встрече с будущим мужем. Девушка почти привыкла к этой мысли, но сейчас, когда встреча с женихом была тли близка, горькая тоска сжала сердце. Белит сама не заметила, как задремала, и если

бы не мать, поднявшая ее на рассвета, она проспала бы до полудня.

— Вставай, дочка. Вставай! — Мать трясла Белит за плечо.

Уже пришли? — в ужасе подхватилась девушка.

— Нет, что ты, еще рано. Но нам надо подготовится.

После скромного завтрака лицо невесты окропили ледяной водой, а волосы вымыли в отваре из сорока трав и уложили высокой короной вокруг головы. Разрумянившуюся от холодного умывания и волнения девушку одели в длинное алое платье, туго стягивающее тонкую талию и подчеркивающее бедра и грудь. На ножки впору пришлись аккуратные сандалии из тонкой кожи, и Белит удивлялась, откуда вдруг взялись все эти дорогие и красивые вещи. Но Шаафи только пожала плечами:

— Любая мать готовится выдавать дочку замуж еще до того, как она начнет толком ходить.

Наконец приготовления были окончены, и Белит предстала перед отцом во всей красе.

— Красавица!— Хоаким сиял от удовольствия.— Я всегда знал, что моя дочь самая прекрасная женщина во всем Шеме.

— Отец!..— Белит обняла отца и спрятала раскрасневшееся лицо у него на груди.

— Не волнуйся, все будет хорошо. Вот только не знаю, как смогу отдать такую красоту какому-то Алалу — Хоаким подмигнул дочери.— Может, откажем, а, дочка?

— Приехали! — Старший счетовод Хоакима ворвался в комнату.— Скорее встречайте!

— Старуха, пошли.— Хоаким взял жену под руку. Хоаким и Шаафи чинно вышли во двор в сопровождении всех домашних, и только Белит осталась, не в силах сдвинуться с места.

Когда дверь в столовую открылась, девушка встала, приветствуя гостей. Харем и его жена вошли в комнату первыми, и Белит внутренне содрогнулась — оба они были небольшого роста, какие-то сморщенные и съежившиеся, несмотря на то что по возрасту были лишь немногим старше родителей. А множество драгоценных украшений, бренчавших при каждом движении гостей, только подчеркивали их старость. За ними вошли Хоаким и Шаафи, а следующим был высокий широкоплечий юноша с красивым улыбчивым лицом. Он был одного возраста с Белит, но в его движениях уже проглядывала уверенность зрелого чины, а глубокий шрам на щеке говорил о том, что Алалу случалось бывать в переделках.

Потом родители рассказали девушке, что было много гостей, что она понравилась родным Алала, а он понравился всей ее семье, но это будет много позже… А пока Белит видела только большие карие глаза под изломом черных бровей, тонкогубый рот, большой, четко очерченный подбородок, и чувствовала, что юноша любуется ею так же, как она им любуется им.

К вечеру гости разошлись, в доме наступила тишина. Мать, взволнованная, но счастливая, хлопотала вокруг Белит.

— Пойдем, доченька, тебе надо отдохнуть.

— Да, мама, я так устала, что просто не могу пошевелиться.

— Ничего, ничего, маленькая. Ты мне только скажи понравился тебе Алал?

—

Понравился.

—– Вот и хорошо. Значит, и мы с отцом согласны.

Оставшись одна, Белит наконец пришла в себя. Событии дня кружились в памяти ослепительным хороводом, а и самом центре всего был Алал. Она очень понравилась ему, сомнений не было,— достаточно вспомнить его жадным взгляды. А вот нравится ли ей самой будущий муж? Белит улеглась на постель, закинув руки за голову, и задумалась, Конечно, он красив и, наверное, умен. Из богатой достойной семьи… Словом, у него есть все, о чем говорила Шаафи, описывая идеального мужа. Пожалуй, лучшего Белит ужи не найти. В конце концов, даже мать сказала, что, в общем то, все мужчины одинаковы!

Раздумья Белит прервал влетевший в окошко камушек. Девушка подбежала к окну: на крыше сарая, вплотную примыкавшего к женской половине дома, сидел Алал и делал приглашающие знаки руками.

Решившись, Белит подвинула к окну тяжеленный сундук, вылезла на крышу сарая и, нагнувшись, чтобы ее не заметили со двора, подбежала к Алалу.

— Здравствуй. Он широко улыбнулся,— пойдем погуляем, если не возражаешь. А то поженимся, так и не познакомившись!

— Да, так и получится.— Белит звонко засмеялась. — Похоже, нас готовы поженить хоть завтра.

— Давай сбежим, а то здесь поговорить не дадут.

— Бежим.

Алал спрыгнул с крыши прямо на мостовую заднего двора и протянул руку девушке.

— Прыгай, я поймаю.

Белит прыгнула и очутилась в крепких объятиях жениха, отнюдь не спешившего ее отпускать.

Мы идем или так и будем обниматься посреди двора? —насмешливо поинтересовалась Белит.

Алал со вздохом разжал руки и виновато улыбнулся.

—Не мог же я упустить возможность обнять самую иную женщину, которую я когда-либо видел.

Он взял Белит за руку и повел к небольшой рощице, видневшейся за разросшимся фруктовым садом. Два оседланных коня уже ждали беглецов.

— Куда теперь? — спросила Белит.

— В сады королей — сейчас там почти никого нет, и мы сможем поговорить.

— Тогда вперед.

Девушка ударила коня пятками, и вышколенный жеребец широким размеренным шагом понес ее по дороге.

— Догоняй! — крикнула Белит. Алал заторопился вслед за невестой.

Сады королей — пожалуй, одно из самых красивых мест в Дан-Марке — были любимым детищем третьего из древних королей Асгалуна, повелевшего посадить там самые прекрасные деревья со всего мира. Красивейшие деревья, кусты и травы из Стигии, Аргоса, Шема, Черных Королевств, Вендии и даже далеких северных стран мирно соседствовали, украшали землю и наполняли ароматами воздух.

Когда Белит и Алал прошли сквозь резные ворота, в парке уже поселились сумерки. В их неверном свете подстриженные кусты и деревья казались невиданными волшебными зверями, а цветы походили на красочные ковры.

— Какая красота! — восхищенно прошептала Белит.

— Мне здесь тоже нравится. Нам туда.— Алал показал резную беседку возле небольшого озерца.

Вырезанная из дорогого, привезенного издалека сандалового дерева, беседка все еще хранила сладковатый восточный аромат. Усевшись на ажурную скамью, Белит и Алал наконец-то почувствовали себя в безопасности.