Корабль дураков, Брант Себастиан

Корабль дураков

на обложку

Брант Себастиан

Шрифт:

О злых женах

От злой жены чтоб улизнуть,Найти покой хоть где-нибудь, —Муж пустится и в дальний путь.

* * *

Дабы не вызвать нареканий,Я вас предупреждал заране:Достойных женщин ни однимСтихом не трону я своим,Но осужденья заслужу,Когда плохих не осужу.Жена, коль не глуха к внушенью,Не столь падка на искушенья.Муж ласков, коль жена нежна,И он суров, коль зла жена.Но раз у бабы лютый норов,Не оберешься разговоров:Брань, верещанье, воркотняИ ночью, и в теченье дня,Попреки, плюхи, пыль столбомИ ложь на лжи – хоть в стену лбом!Брань не смолкает и в постели:Супруг несчастный терпит еле,Внимая проповеди в час,Когда сам пастырь спит у нас.Тянуть с женой веревку станешь —Знай, никогда не перетянешь!Иная с виду так скромна,А дома – лишь она умна:Чтоб муж молчал, не поучал.Чтоб ничего не замечал!Язык иной жены для мужаВрага отъявленного хуже.Уж если баба распалится,Она свирепее, чем львица,Оберегающая львят,Когда пленить их норовят.Мы, поразмыслив кой о чем,К такому выводу придем:Ловушек нет страшней на свете,Чем тайные силки и сети,Что женщины спокон вековПлетут для ловли дураков.Три вещи мир бросают в дрожь(Четвертой – не переживешь):Вдруг ставший барином холоп,Обжора, пьяный остолопИ тот, кто плоть и дух свой слабыйСвязал со злобной, грубой бабой.А где служанка в госпожах,Там родословный ствол зачах!Есть три других – ненасытимы(Четвертое – неукротимо):Жена, земля и бездна ада —Сколь ни давай, еще им надо!Огонь не скажет добровольно:«Натешился! С меня довольно!»Я трех вещей постичь не мог(Избави от четвертой бог!):Орла, парящего над тучей,Змею на каменистой круче,Кораблик дальний средь зыбей,Мужчину – мальчика глупей.С иной женой бывает так:Чуть-чуть не осквернила бракИ губ еще не остудила,А скажет: «Разве я блудила?»Худая кровля не страшна —Страшна сварливая жена!Что сатана тому бедняжке,Кто с ведьмой жил в одной упряжке?

Об

астрологии

О звездах ныне столько чушиНаворотили – вянут уши.Но верят в чушь глупцы, кликуши!

* * *

Наобещает вам дуракТо, что свершить нельзя никак:«Любую хворь я излечу,Я, мол, и горы сворочу!»Весь мир того не совершит,Что посулить дурак спешит.Глупцов безмозглых предсказаньяМозг обрекают на терзанья.Что бог судил нам в мире этом,То по созвездьям и планетам,Забыв, что ими правит бог,Предречь нам тщится астролог,Как будто мы постигнуть можем,Что уготовил промысл божий……Хоть не язычник он, слепец,Но он христианин-глупец:Ужель в созвездьях разберешь,Какой хорош иль нехорошДля купли день, и для продажи,И для строительства, и дажеДля объявления войны,И для женитьбы, между прочим,И для всего, о чем хлопочем?……С прискорбием гляжу теперь я,Как расплодились суеверья:Толкуют тот или инойКрик птицы в тишине ночной,И сны берутся толковать,И прорицать, и колдовать,Тщась от луны добиться яснойТого, что просят днем напрасно.Да, чернокнижья лжеученьеТеперь для многих – увлеченье!Как простолюдье, так и знатьВсе тайное хотят познать —И обязаться чем угодно.Но все напрасно, все бесплодно!Они не только бег планетИстолковать дерзают, – нет! —По ходу звезд хотят исчислить,О чем способна муха мыслитьИ приговор судьбы грядущей:Кому привалит куш большущий,Кто будет счастлив, кто умрет.Морочат чепухой народ!От глупости весь мир оглох,Глупец глупцам – пророк и бог!Мне ль о печатниках смолчать?Им что ни дай, они – в печать:Истолкованье снов, судеб —Все им пожива, все им хлеб.Срам – тискать книжечки с такойНевежественной чепухой!Какую чушь теперь ни порют,Никто против нее не спорит…Когда б учений ложных злоБед и напастей не несло,Не утверждали б мы так смело,Что это – дьявольское дело.Зловредна астрологов ложь:Пророчат и скота падежПо звездным измененьям неба,Неурожай плодов и хлеба,И гибель виноградных лоз,И дождь, и ветер, и мороз.Крестьянам на руку оно:Зерно придержат и вино, —Ведь петля голода туга —Раскупят все втридорога!А надо бы к сему причастныхЛжепрорицателей опасныхудить, карать, и очень строго:Бог не подвластен астрологу!Но божья милость оскудела —И процветает черта дело!

О глупцах, не признающих себя глупцами

О Марсии [77] подумать жутко:С него содрали кожу – шутка?!Зато при нем осталась дудка!

* * *

Дал бог глупцам одну натуру:Не признаются, хоть ты шкуруСдери, что дураки они.К примеру – Марсий в оны дни:Глупец и глух и слеп – ведь онВполне уверен, что умен.Глумиться можешь над болваном,Как над паяцем балаганным,Дурак в самодовольстве чванномСочтет издевку похвалой.Но дудка – обличитель злой!Богатый окружен друзьями —Друзья его толкают к яме,Пока, обобранный вконец,Не разорится он, глупец,И всех друзей лишится тоже.Тут взмолится он: «Боже, боже!Где ныне все мои друзьяИ кем утешен буду я?Задуматься бы раньше мне,Не очутился бы на дне!»Дурак большой, конечно, тот,Кто промотать способен в годТо, чем безбедно мог бы житьВсю свою жизнь и не тужить.Но так как был он очень глуп,То на издержки не был скупИ задавал Пиры с утра.И вот – пойти с сумой пора!Где прежнее великолепье?Ходи босой, носи отрепье —Посмешище былым друзьям!Тут плачь не плачь – виновен сам!Но благо тем, друзья которыхДобры, верны, с кем в разговорахУтешишься, найдешь участье.Мы одиноки большей частью!…Есть и чудовищная глупость —Непрошибаемая тупость:Живьем сдирай с такого шкуру —И то не разберется сдуруБезмозглый этот остолоп,Ушами только хлоп да хлоп!Нередко шуточку отмочитИной глупец – и сам хохочет,А кое-кто заметит так:«Зачем старается дуракИзобразить нам остряка?Ведь сразу видно дурака!Дурак он – больше ничего,Ничтожное он существо!»Иной бы умным стать хотел,Да сдуру в дудку задудел,Тем доказав для славы вящей,Что дуралей он настоящий.Еще один есть вид глупца,Что вылупился из яйцаСороки или попугая.Тут страсть дурацкая другая:Чтоб очень умным показаться – Всегда ученых тем касаться.Но видят сразу все кругом —Судьба свела их с дураком:Ни слова не сказал толково!Возьмись ты дурака такого,Как перец в ступе, день и ночьХоть год без устали толочь,Не выбьешь дури из болвана:Самообман – отец обмана!Кой-кто терпеть согласен муки:Пусть ему скрутят ноги, руки,Лишь денег дали бы ему,Чтоб тайно их копить в дому.Пускай честят на все лады,Плюют в лицо – в том нет беды:Чего не стерпишь ради денег, —Лишь бы процентик, хоть на пфенниг!Доказано ведь не однажды:Имеешь больше – больше жажда!Но есть еще глупцы одни:Нет ни детей, и ни родни,И ни друзей, а все в трудах,В заботах тяжких и мечтах —Копить, копить! Спроси его —Он сам не знает для кого!Когда в воде сидел Тантал,То проку в этом не видал,И радости не испыталОн и от яблок наливных:Сорвать с ветвей не мог он их!

Марсий– фригийское божество, спутник бога Диониса. Согласно мифу, он нашел флейту, брошенную богиней Афиной, и вызвал на состязание самого бога Аполлона с его кифарой. Разгневанный дерзостью Марсия, Аполлон после победы над ним содрал с него кожу. Вместо слова «флейта» Брант обыгрывает слово «дудка», которая является одной из обычных принадлежностей традиционного шута или дурака.

О сутяжничестве

Вам поношенье, вам позор,Зачинщики раздоров, ссор!Вы не затмите правде взор!

* * *

Да, я непримиримый врагНеугомонных тех сутяг,Что ссорятся всегда со всеми,Проводят в спорах, в склоках время,На мировую не идутИ чуть какой пустяк – так в суд.А чтобы дело затянутьИ правосудье обмануть.Они, в сутяжническом зуде,Выводят из терпенья судей.Но тщетны все увещеванья:Под колокольный звон изгнаньеПускай присудят, пусть ославят,Хоть вне закона пусть объявят, —Сутяга рад: он убежден,Что с дышлом схож любой закон,Да, он доволен, не пытаясьПонять, что он и есть тот заяц,Что, жарен в собственном соку,Раздарен будет по кускуКак адвокатам, так и судьямИ многим прочим нужным людям,Из коих каждый – молодчинаЛовушки ставить на дичину.Река течет из родника,Процесс в суде – из пустяка!Теперь потребен стряпчий новый,Да иноземный – недешевый,Кто вновь закрутит все, затянетИ путце судей оболванит.А что при том пропьют, прожрут —Того не стоит весь их труд!Тем больше дров, чем дальше в лес,И все запутанней процесс!Сутяг таких не обуздать —Зады им нужно отхлестать!

О бесполезности охоты

Что стоит денег и заботы,А много ль пользы от охоты,Имей хоть славу знатокаОхотницкого языка?

* * *

Охотой, правду говоря,Лишь время убивают зря.Сказать – забава нам нужна,Так слишком дорога она:Всех этих гончих и борзыхНе кормят из горшков пустых.Что станет пес вам или птица,Никак не может окупитьсяНи редкой куропаткой вашей,Ни тощим зайчиком в ягдташе.А сколько стоит сил, тревог —Скакать за дичью без дорог,Обрыскивать долины, горы,Овраги, степи, рощи, боры,Сидеть в засаде, не дохнуть,И вдруг чихнуть – и дичь спугнуть!Распуганной в охоте дичиНамного больше, чем добычи.Но часто в ход идет дичинка,Что нам стрелок приносит с рынка.Стяжать себе желая славу,Затеет кое-кто облавуНа кабана, медведя, льва,Однако тот стрелок едва,Козулю робкую убьет.А тут уж страху он хлебнет!Добычу добрую зимойКрестьянин принесет домойИ, живо распродав дичину,Подставит ножку дворянину.Отцом охоты был Нимрод, [78] Чей богом был отвергнут род.Охотником заядлым став,Слыл грубым грешником Исав,Не то что праведный Иаков.Но не найдешь теперь, однако,Таких, как Губерт и Евстахий, [79] Что отказались, в божьем страхе,От всех охотничьих забав,Путь службы господу избрав,

Нимрод был внуком Хама, проклятого Ноем. В Библии о Нимроде говорится, что «он был сильный зверолов перед господом» («Книга Бытия», X, 9).

Губерт и Евстахий. – Святой Губерт (ум. в 728 г.), епископ Льежский, считался покровителем охотников. По преданию, в молодости он сам был страстным охотником, пока однажды в лесу ему не было видения: олень с золотым крестом между рогами. Это заставило его покаяться и посвятить себя богу. Эта легенда первоначально рассказывалась о святом Евстахий (жил во II в.) и только в XV веке была отнесена к Губерту.

О хвастовстве

О, рыцарь старины ушедшей!Я сам, поверьте, сумасшедший.Хотите шпорами гордиться?Я надеру вам уши, рыцарь!

* * *

Позвольте вам глупцов представить,Привыкших сами себя славить.Бахвал, сколь ложь ни будь нелепа,Мнит, что все люди верят слепо,Когда он им бесстыдно врет,Как стар его дворянский род.А между тем отец егоТолько и знал скорей всего,Что колотушкой бух-бум-бом! —Бондарным занят ремеслом;Мог также быть из конокладов,А может, скупщик был закладовИль даже ростовщик-злодей,Пускавший по миру людей.А отпрыски такого предкаТеперь стараются нередкоДворянским званьем щеголять,Чтоб надлежало представлятьИх так отныне: «Ганс фон Менц,И сын их – кавалер Винценц!»Тех, кто себя так превозносят,Не любят люди, не выносят.Любой хвастун – надутый чванствомБолван, прославленный болванством,Как господин фон Бруннедрат, [80] Тот рыцарь, тот аристократ,Кто из-под Муртена позорноТак улепетывал проворно,Что выше пояса, со страху,Штаны загадил и рубаху,Но все ж – со шлемом и щитом —В дворяне выскочил потом:Был щит его чеканно-клетчат,В гербе – цаплеобразный кречет,Гнездо с пятком яиц на шлеме,Заносчивый петух в эмблеме,Что, видимо, был сам готовСвоих высиживать птенцов.Таких болванов много есть,Которым воздается честь,Которым выдают наградыЗа возглавленье ретирады,Когда на всем бегу назадВрагу седалищем грозят,Хваля впоследствии своюОтвагу

в том лихом бою:«Стрелял, колол – всех наповал!»Но сам так далеко бахвалБежал от схватки, что едва лиИ пулей бы его достали!Но Гинцу или Кунцу [81] нуженДворянский герб – и чтоб к тому ж онБыл обязательно со львомНа светлом фоне золотом,И – в верхней, в нижней половинке ль —Корона, шлем и род: «Кревинкель». [82] Пергамент и печать добыл —Ты «голубую кровь» купил!Все нынче жаждут подтвержденьяДворянского происхожденья.Но только нравов благородствоЕсть грамота на превосходство.Тот благороден, на мой взгляд,Кто честь блюдет, трудиться рад,А кто сих доблестей лишен,Ленив, распущен, неучен, —Не благороден, прямо скажем,Хоть графским сыном будь, хоть княжьим…Так лезет в докторы иной,Хоть и страницы ни однойИз «Corpus juris» не прочел.Ученой степенью оселЕго пожаловал: пергамент —Прав его докторских фундамент!Вот почему – не ради блажи —Здесь доктор Цап всегда на страже:Чуть неуч сдуру глупость ляпнет,Цап его за уши и цапнет!О, этот доктор Цап – мудрец,Всем докторам он образец:Учился дома, на чужбине,Что знает он – не снится нынеВсем этим новоиспеченнымТак называемым «ученым»:Берёт и мантия – и вотНевежда доктором слывет!К примеру, некий Ганс Дерьмо —На лбу ничтожества клеймо.Края норвежцев, мол, и шведовОн изучал, не раз изведавИх стужу. Он и южный знойПретерпевал в стране одной,Из коей дальше нет дорог…А он от дома, видит бог,Не отходил на расстоянье,Когда не чует обоняньеТой колбасы чесночной духа,Что в доме жарит мать-старуха!Различны виды хвастовства —Не перечислишь большинства:Дурак вовек не может снесть,Что он таков, каков он есть!

Господин фон Бруннедрат. – Имя происходит от названия города Прунтрут, или франц. совр. Поррантрюп. Во времена Бранта это было одно из владений епископа Базельского. Брант намекает на то, что этот город во время так называемых бургундских войн выступил на стороне бургундского герцога Карла Смелого против французского короля Людовика XI. Этим он предал большинство швейцарских городов, которые были на стороне Людовика, так как бургундский герцог угрожал их независимости. В решающей битве под Муртеном (1476 г.) швейцарцы разбили бургундца и его союзников. После этой битвы в обоих лагерях много солдат было произведено в рыцари.

Гинц и Кунц. – Сочетание этих двух распространенных в средние века немецких имен употреблялось в значении «всякий», «представитель простонародья» обычно с уничижительным оттенком.

Кревинкелъ– название вымышленной деревни, символ захудалости и незнатности происхождения. Впоследствии слово «Кревинкель» стало в немецком языке условно обозначать место, в котором живут узколобые, ограниченные бюргеры, глубокие провинциалы.

Об игроках

Иные сядут за картишки —Что им беседа, что им книжки, —Дела забыты и детишки!

* * *

Не редкость также дураки —Отъявленные игроки,Кому без их игрецкой страстиНет в жизни радости и сласти;Кто жаждет день и ночь азарта,Будь это кости или карты;Кто рад за круглый стол засесть —И ночь и день не спать, не есть,Но чтоб вино не иссякалоИ жарче страсти разжигало,Так, чтобы завтра видел каждыйПоследствия вчерашней жажды:Тот желт иль груши зеленей,Того тошнит в углу сеней,У третьего же цвет лицаБледнее, чем у мертвеца,Четвертый стал, напротив, черным,Как будто он возился с горном.Всю ночь играют, попивают —Зато потом весь день зевают,Как будто мух ловить хотят!…Иного пусть озолотят,Чтоб высидел какой-то часЗа проповедью хоть бы разИ не храпел в рядах переднихТак, чтоб умолкнул проповедник, —Сон побороть ему невмочь.А вот за картами всю ночьСидеть он будет напролет! —И не зевнет и не всхрапнет!Ослепли дамы в наши дни —Забыли, кто и что они:Пренебрегая женской честью,С мужчинами развязно вместеИграют в карты до утра,Что не приносит им добра.За прялкой лучше бы сидели,Чем при таком не женском деле!Играли врозь бы оба пола,Оно б не так глаза кололо.Страдая честолюбья жаждой,Задумал царь Филипп однажды,Чтоб Александр на приз бежалИ славу бегуна стяжал.Ответил Александр-мудрец:«То, что ты требуешь, отец,Исполню я, но при условье —Бежать с сынами царской крови.Поэтому проси меня,Когда найдется мне ровня!»А ныне до чего доходят?Кто с кем компанию не водит?И горожане и дворянеЯкшаются со всякой дрянью,С последней швалью, с кем позорВступать в общенье, в разговор.Но и попы играть садятсяС мирянами – и не стыдятся!Вот этому прощенья нет!Им как-никак подумать след,Что чувства зависти и злобыУ лиц духовных – грех особый:Чуть проиграл – и злоба вспыхнет,А с нею зависть не утихнет.И вообще не со вчераЗапрещена попам игра!Кто любит сам с собой играть,Не будет от стыда сгорать,Встав должником из-за стола,И не побьют его со зла.Но, говоря об игроках,Я должен в нескольких строкахНапомнить, что сказал Вергилий [83] , —Ведь игроки и в Риме были:«Не горячись в игре, дабыНе стал ты жертвою судьбы.Игры непостижима власть —Мутит рассудок эта страсть.В ком здравый разум все же есть,В игре да соблюдает честь!Не меньше денег дорогаИ выдержка для игрока.Не горячись, играй спокойно,А проиграв, держись достойно…»Бывает часто с игроком:Сел богачом – встал бедняком.Кто карты взял, прельстясь наживой,Тому не знать игры счастливой.Игра азартная грешна:Она не богом нам дана, —Ее придумал сатана!

Ниже Брант излагает содержание стихотворения «Об игре», которое ошибочно приписывалось Вергилию.

О подхалимстве

Придворных холить жеребцов —Искусство низкое льстецовИ путь к успеху подлецов.

* * *

Эй, лизоблюды, паразиты,Вас повезет корабль закрытый,Вас, шаркунов придворных льстивых,Вас, хитрых подхалимов лживых,Обманывающих господИ презирающих народ!Ища местечек потеплее,На славословья не жалеяНи фимиама, ни елея,Питается холуйский людЛизанием господских блюд.Что подхалиму честь, когда —Глядишь – сам вышел в господаЗа то, что знал, как с ловчей птицей,С конем дворцовым обходиться,Умел держать по ветру нос,Лгать и хвостом вилять, как пес!Кто в ход пускает ложь и лесть,Тому легко высоко взлезть,Хоть раньше он и на порогХором таких ступить не мог.Льстецов бесстыжих обожают,Их за дворцовый стол сажают;Они в фаворе, потому чтоДвор не имеет в чести нужды.Но льстец иной, чтоб отличиться,Так поусердствует скребницей,Что конь со ржанием сердитымЛягнет его в живот копытом —И лизоблюд с господским блюдомКоль жив останется, так чудом!Мы лесть и ложь прикончить можем,Лишь только глупость уничтожим.Когда бы все такими были,Какими кажутся нам илиКазались тем, что есть на деле, —Куда бы колпаки мы дели?

О наушничестве

Тот легкомыслен безнадежно,Кто верит каждой сплетне ложной,А ложь мерзавцам – корм подножный.

* * *

Что ни нашепчешь дураку,Все лезет в глупую башку.Чуть лопоухого заметил,Ты, значит, дуралея встретил.Ужель мы не глупцами будем,К порядочным причислив людямЗлокозненного негодяя,Который, сзади нападая,На безоружного обрушитКулак и тяжко оглоушит?Теперь удар из-за углаМолва в искусство возвела.И правда: лихо ныне бьют,Бьют – и ответить не дают,Бьют – и глумятся подло, гнусно,Коварно и весьма искусно!Тут в ход пускают очень ловкоИ подмалевку и тушевку,И лживый вздор клеветниковПрельщает уши дураков.Но жертве оговора злогоНикто не даст сказать ни слова.Лишен защиты, будет онСудом облыжно осужден,А правды так и не докажет:В мешок его впихнут – и свяжут!Не слушал бы жену свою —Адам остался бы в раю,И Ева, в любопытстве праздном,Не вверься змиевым соблазнам,При муже и по наше времяБлаженствовала бы в Эдеме.Кто слишком легковерен, тотСебя до петли доведет.Лукавым шептунам но верь:Весь мир фальшив и лжив теперь.

О фальши и надувательстве

Алхимия примером служитТому, как плутни с дурью дружатИ как плуты живут – не тужат.

* * *

Теперь мы на парад шутовПошлем подделыциков, плутов.Всё ныне фальшь: друзей советы,Любовь и дружба и монеты.Не стало братских чувств: обманомНаходят путь к чужим карманам.Хоть сотню ближних разоришь, —Не страшно: главное – барыш!Что честностью нам дорожить?Нажить, хоть душу заложить!И тысяча пусть ляжет в гроб,Чтоб куш ты пожирней загреб!Исчезло чистое вино,Теперь – бог знает что оно!Его подделывают хитро:Поташ берется и селитра,Корица, сера и горчица,Сухая кость – ребро, ключица,Коренья, всяческое зелье —Вот нынешнее виноделье!Всю эту гадость в бочки льют —Беременные жены пьютИ, раньте времени полнея,Не обольщают нас сильнее.Бывает, что вино такоеВедет и к вечному покою…Подковывают кляч, которымПора предстать пред живодером.Копыта в войлок замотавИ снадобий бодрящих дав,Стоять их приучают, словноНа долгой всенощной церковной.Хотят на полудохлой твариНажить, как на гнилом товаре.На этом держится весь мир:Барыш – вот наших дней кумир!Нет верной меры, вес неточен —Фунт ссохся, локоть укорочен;В суконных лавках так темно —Не разобрать, что за сукно.Покуда ты с открытым ртомГлядишь на строящийся дом,Мясник уже нажмет тем часомПривычным пальцем чашу с мясом,Любезно вновь о весе спросит —И на прилавок мясо сбросит.Дороги не годны ни к черту.С деньгами плохо: слепы, стерты,Иных и вовсе бы не сталоБез постороннего металла.Фальшивых денег – пруд пруди:Берешь, так в десять глаз гляди…Ну, а духовные столпы —Монахи, схимники, попы?Их благочестье – фальшь, игра:Нельзя от волка ждать добра,Хоть шкура будь на нем овечья!.Да, не забыть: сверну тут речь яНа архидурье плутовство —Алхимией зовут его.Вот этой, мол, наукой ложнойИ золото в ретортах можноИскусственным путем добыть, —Лишь надо терпеливым быть.О, сколь неумные лгуны —Их трюки сразу же видны! —Кто честно и безбедно жили,Все достояние вложилиВ дурацкие реторты, в тигли,А проку так и не достигли.Сказал нам Аристотель вещий:«Неизменяема суть вещи»,Алхимик же в ученом бредеВыводит золото из меди,А перец – из дерьма мышейГотовится у торгашей.Подкрашивают все меха,Но обработка их плоха:За два-три месяца ни ости,Ни пуха в шубе нет, – хоть броеьте!Из суслика и мускус гонят —От вони вся округа стонет!.К селедкам свежим на подвескуПодкинут тухленькую – трескай!Сидят везде, как пауки,Старьевщики-ростовщики.Торгуя держаным товаром,Мешают новое со старым,И что ни день – торгаш-мошенникВ карман кладет немало денег.Вам рухлядь всучат здесь и хлам,И плесень с гнилью пополам.И впрямь блажен тот человек,Кто надувательства избег!Отец теперь детьми обобран,Но был и сам отцом не добрым.Трактирщик с гостя лишку хватит,А гость фальшивыми заплатит.Повсюду фальшь, обман, коварство:Уж не антихристово ль царство?

1 2 3 4 5 6