Копье
Шрифт:
– Убирайся к черту, – выговорил он, с трудом превозмогал удушье.
Тем временем охранник начал приближаться к автомобилю. Его рука находилась под курткой военного образца, отыскивая там пистолет, обычно скрытый гот глаз посетителей этого дома. Собаки были настороже и напряженно следили за происходящим. Для большей безопасности сторож спустил их с поводка.
Теперь нельзя было терять ни одной их тех драгоценных секунд, которые оставались в виде шанса на возможное освобождение, и поэтому Стедмен старался действовать как можно быстрее. Он наклонился в сторону своего пассажира и, щелкнув
Кюнер свалился на спину, закричал и попытался подняться. Но этого уже было больше чем достаточно, чтобы овчарки бросились со всех ног к поднимающемуся с земли человеку. Они окружали его и скалили зубы, готовые броситься и разорвать свою жертву, чувствуя, что она была перепугана и могла стать легкой добычей.
Обескураженный охранник заспешил вперед, его оружие было направлено на эту свалку, где собаки явно диктовали свои условия. Фары были по-прежнему включены, мешая ему как следует разглядеть все происходящее. Стедмен нажал на газ, и автомобиль подался вперед, сбивая охранника с ног и отбрасывая в сторону от проезжей части. Быстро нажав на тормоза, Стедмен решил не терять ни минуты и выскочил тут же из машины, выбил пистолет из расслабленной руки охранника и, главное, отыскал висевший у того на поясе ключ от ворот. Ключ был большой, висел на прочной цепочке, И Стедмен потратил значительное время, прежде чем снял его. Он слышал крик Кюнера, лай и рычанье собак, доносившиеся из-за машины. Охранник, чьи ноги были парализованы после тяжелого удара, поднялся на локтях и пытался дотянуться до лежащего на земле пистолета. Стедмен ударил его по голове, отбрасывая ее назад с такой силой, что человек потерял сознание.
Наконец, с ключом в руках, он бросился к воротам, глядя через плечо в сторону собак, открыл замок и раздвинул створки. Когда он вернулся к автомобилю, прикрывая руками глаза от света, то подумал о том, что он не должен оставлять Кюнера на милость немецких овчарок. Он вышел из потоков света, поднял с земли пистолет, и посмотрел туда, где был Кюнер. Неожиданно крики, раздававшиеся оттуда, прекратились, и он увидел, что обе овчарки, оторвавшись от неподвижно лежавшего тела, повернули головы в его сторону, а одна из них начала медленно двигаться к нему. Вторая, с окровавленным ртом и вздыбленной на загривке шерстью, глухо рычала. И тогда он выстрелил. По два раза в каждую.
Взглянув на безжизненное тело Кюнера, он подошел к автомобилю и забрался внутрь, а еще через несколько секунд уже выезжал на главную дорогу.
Но почти перед самым поворотом ему неожиданно пришлось нажать на тормоза, из лесного массива на дорогу выскочили две темные фигуры, и, чтобы привлечь его внимание, подняли руки вверх.
– Секстон! Стив! Какого черта вы делаете здесь?! – Стедмен опустил стекло и с удивлением разглядывал почти весь штат своего агентства, выстроившийся перед ним на ночной дороге.
Секстон указал пальцем на своего напарника.
– Гольдблата и женщину похитили трое мужчин, за которыми постоянно следовал Стив, и в итоге он оказался здесь. С тобой все в порядке, Гарри? – неожиданно спросил он, заметив свежую кровь на щеке детектива.
Но Стедмен остановил
– Мне нужно добраться до телефона.
– Телефон находится примерно за полторы мили отсюда, дальше по этой дороге, мистер Стедмен. – Это сказал Стив, очень довольный своим участием в происходящем.
– Хорошо. Тогда садитесь оба. Вполне возможно, что сейчас вокруг этого дома начнется суета.
Они не стали дожидаться второго приглашения и заняли места внутри машины. Секстон сел рядом с детективом, а Стив устроился на заднем сиденье.
– Теперь нужно развернуться назад, мистер Стедмен, – сказал Стив, указывая, как проехать к телефону.
Стедмен быстро развернулся, и машина понеслась вдоль по главной дороге. Теперь у Секстона было время внимательно рассмотреть сидящего рядом с ним детектива.
– Что произошло, Гарри? Мы начали уже беспокоиться.
– Этот Грант – он просто сумасшедший. Он убил и Гольдблата, и женщину. И он же убил Мегги. – В голосе детектива чувствовалась усталость.
– Господи! Что же мы должны делать? Идти в полицию?
– Пока нет. Я собираюсь позвонить человеку по имени Поуп. Он работает в разведке, в отделе МИ-5, и должен будет разобраться с этим.
– А что с этим Гантом? Он, как я понимаю, сбежал.
– Да, его уже там нет, – мрачно заметил Стедмен.
– Я видел вертолет, вернее мы наблюдали со Стивом, как сначала взлетел вертолет, а потом через ворота выехал грузовик.
Стедмен с трудом припомнил неясные звуки вращающихся лопастей, доносившиеся тогда, когда он находился в полубессознательном состоянии, там, в доме.
– Да, это вполне возможно. Я видел там вертолет, стоящий на площадке рядом с домом. И я думаю, что Гант отправился на нем в какое-то место, которое он называет не иначе, как «наш Вевельсбург». Скорее всего, что оно находится на севере графства Девон.
– У него есть имение в том месте, где он проводит испытание оружия, – заметил Секстон. – Я узнал это сегодня утром. Некоторая часть сельской местности, окружающая это место, используется для испытаний и армией.
Стедмен кивнул.
– Он планирует на завтра какую-то акцию, но я не знаю, что именно. Тем не менее, он считает, что она крайне важна для него и для всей их организации.
– На что он способен?
– Он представляет себя новым Гитлером, только еще более сильным. Уверяю тебя, он просто сумасшедший. Так где этот чертов телефон, Стив? – Теперь по обеим сторонам дороги появились дома, а проезжая часть была освещена.
– Уже не далеко. Сейчас будет небольшой поворот налево, а там телефон.
– Так что случилось в этом доме, Гарри? – спросил Секстон. – Как тебе удалось вырваться оттуда?
– Гант остановил меня в компании одного из его любимых инквизиторов, а попросту садиста. К счастью, для меня, в доме была очень небольшая охрана. И, в конце концов, удача на этот раз была на моей стороне. – Наконец показалась телефонная будка, и он остановился. – Ждите здесь, – сказал он, не выходя из машины и оставляя двигатель включенным. – Все время наблюдайте за дорогой, особенно с той стороны, откуда мы приехали. У них может появиться желание отправиться на наши поиски.