Чтение онлайн

Три месяца спустя Стедмен вернулся в Израиль, в Центральный Институт Информации и Разведки, но уже не как советник английской военной разведки, а как штатный сотрудник...

– ...Потребовалось не так много времени, чтобы мы поняли, что против нас выступает сразу несколько террористических группировок. – Постепенно внимание Стедмена вновь стало возвращаться к тому, что продолжал говорить Гольдблат. – В Ирландии была ИРА, в Испании – баски, в Северной Америке – Тапамарос, в Турции – Турецкая Освободительная Армия, в Японии – Красная Армия, в Западной Германии – Баадер Мейнгоф. Теперь все эти отряды помогают друг

другу, образуя террористический альянс под управлением КГБ. Но людьми, от которых мы меньше всего ожидали, что они встанут на сторону наших врагов, оказались англичане.

Стедмен удивленно поднял брови.

– Англичане? И как же, по-вашему, мы им помогаем? – спросил он.

– Продавая оружие, новое наступательное оружие. Сюда же входит и подготовка террористов по его эффективному применению.

– Но этого не может быть! Средний Восток и Иран действительно являются крупными заказчиками английского правительства, но ведь оно при этом не имеет никаких дел ни с подпольным бизнесом, ни с террористами, и это же относится к частным компаниям, производящим вооружение. Все их лицензии на торговлю жестко контролируются.

Гольдблат улыбался, но в его улыбке не было обычного юмора.

– Послушайте, мистер Стедмен. Как бывший военный и один из тех, кто сам принимал участие в поставках оружия для Израиля, вы сейчас говорите только лишь об официальной стороне этой проблемы. Да, так должно быть: бизнес, связанный с вооружениями, должен быть «жестко контролируемым». – Последние слова он произнес с нескрываемым презрением. – Но с некоторых пор мы находим в руках наших врагов не только русское оружие. Есть несколько видов технически сложных вооружений, которые при проверке источников их поступления, привели нас в вашу страну.

– Но они могли быть здесь только оплачены, а поступили к ним через другой источник.

– Проработав столько лет в израильской разведке, имеете ли вы хоть какие-то сомнения в недостатке у нас опыта для решения подобной задачи?

Стедмен был вынужден покачать головой в знак признания правоты своего собеседника, поскольку он знал реальные возможности израильских спецслужб, которые входили в ряд самых представительных организаций подобного рода во всем мире. Нет, он не сомневался в их способностях.

– Мы знаем со всей определенностью, что палестинское сопротивление получает оружие непосредственно от английской компании. К сожалению, наш источник этой информации умер во время допроса, поэтому мы не получили доказательств, у нас отсутствует его первичное признание на этот счет.

Стедмен очень хорошо представлял себе, до какой степени жестокости могут опускаться эти процессы в израильской разведке, и его охватила невольная дрожь.

– Что вы знаете об Эдварде Ганте? – задал неожиданный вопрос представитель Моссад.

– Гант? Вы думаете, что он является одним из поставщиков?

Гольдблат утвердительно кивнул.

– Он не относится к числу крупных предпринимателей, но его ассортимент включает достаточно сложные образцы оружия. Ваш источник подтвердил, что именно он осуществляет такие поставки палестинцам?

– Нет, у него не было доказательств, но мы верим ему.

«Могу поспорить, что это именно так», – подумал про себя Стедмен. «Пытки и истязания – это надежный путь заставить людей быть правдивыми». – Тогда у вас должны

быть хоть какие-то основания считать, что Гант – это именно тот человек? – спросил он после небольшой паузы.

– Скорее, это всего несколько предположений на основании фактов, которые образуют цепочку, протянувшуюся к нему. А что вы знаете о нем?

– Да не так уж и много. Этот человек всегда держится в тени. Мне известно, что он богат, занимает прочное положение в деловых кругах, и, как я уже говорил, масштабы его торговли именно оружием очень невелики. Хотя имеют место попытки с его стороны подняться вверх по социальной лестнице, попасть в верхние круги.

– Он появился на сцене в начале пятидесятых годов в Соединенных Штатах, – дополнил его Гольдблат, – как выходец из Канады. Женился на богатой вдове-американке и активно включился в деловую жизнь, преимущественно связанную с областью торговли оружием. Некоторые его методы, касающиеся торговли легким оружием, выглядели в то время весьма прогрессивными. Связи его жены и, естественно, деньги, помогли ему установить тесные контакты с высокими армейскими чинами, в результате чего через некоторое время он стал одним из постоянных поставщиков оружия для Армии Соединенных Штатов. Таким образом, он добился там определенных успехов, несмотря на то, что появился в Америке всего лишь как эмигрант. В 1963 году, после смерти жены, он перебрался в Англию и открыл здесь завод по производству оружия, добившись определенного делового успеха. Сейчас он представляет довольно значительную силу в промышленности и, подобно многим другим производителям оружия, предпочитает находиться подальше от общественной жизни, предпочитал до настоящего времени, по крайней мере.

Судя по всему, он весьма преуспевающий человек, не лишенный оригинальности, который выглядит значительно моложе своих лет, всегда собранный, проницательный и при этом безжалостный во всем, что касается бизнеса. Три недели назад один из наших агентов, который расследовал деятельность Эдварда Ганта в Англии, внезапно исчез, и мы до сих пор не имеем о нем никаких сведений.

Последние слова были произнесены так, как будто они тоже являлись неотъемлемым фактом биографии производителя оружия. Стедмен наклонился над столом.

– И вы хотите, чтобы я отыскал вашего человека, – произнес он, как бы подводя итог предыдущего разговора.

Гольдблат кивнул.

– И если в процессе его розысков я смогу откопать какие-то доказательства о причастности к этому Ганта, то этого будет для вас вполне достаточно.

– Да, вы сформулировали все очень точно.

– Но мне хотелось бы знать, что вы будете делать, если действительно получите такие доказательства.

– Постараемся, несомненно, направить их вашему правительству.

Стедмен передвинулся в кресле и его пристальный холодный взгляд вновь встретился с глазами человека из Моссад.

– До свиданья, мистер Гольдблат.

Израильтянин глубоко вздохнул.

– Разве у вас уже не осталось никаких симпатий по отношению к нам?

– Нет.

– Но что так изменило вас? Что повернуло вас против нашей страны?

– Цви Замир знает и об этом. Я уверен, что он рассказал вам.

– Разве смерть Лиллы уже ничего не значит для вас?

Руки Стедмена, неподвижно лежавшие на поверхности стола, непроизвольно сжались в кулаки.