Координатор
Шрифт:
Андрей стоял на коленях на коврике. Он сжал кулаки и ударил, что было сил в пол. Снизу долетел крик Кати:
— Кто там, папочка? Дятлы?
Андрею было не до шуток. Он провёл черту под списком и печатным буквами написал: «Ким — убил их!». Вот что было тем лесом, той общей картинкой, которую не желал видеть его мозг.
Андрей понимал почему. Ведь легче было закрываться в кабинете и молиться, чем идти на баррикады. Как он сделал это вчера вечером, проникнув ночью в столовую.
Мозг ищет лёгких путей. Для разума самый короткий путь —
Андрей позвонил в милицию. У него был записан телефон нужного оперуполномоченного, ведущего дело «госпожи Елизаветы».
Бесполезно.
Милиция ничего не нашла. Они не говорили это прямо, но это звучало в каждом их ответе: любой мог убить вашу маму. Любой мог подойти к глазку, приставить к нему что-нибудь и ударить что есть сил. А старушке много ли надо?
Андрей начал было говорить про то, что с ним работает человек… Его зовут Ким. Услышав хмурое «Ну и что?» оперуполномоченного, Андрей осёкся и положил трубку.
Милиция здесь не поможет. Милиции нужны иные доказательства, нежели чем статистика несчастных случаев на «заводе стекла», человеческая кровь в холодильнике столовой и странный компьютер Кима с очень интересными фотографиями и аудиозаписями.
Андрей минут пять изучал последний пункт списка: «Аура». Проверить невозможно. Андрей поставил напротив строчки знак вопроса. Подумал и зачеркал знак вопроса, превратив его в толстый восклицательный знак.
Ещё через несколько минут Андрей написал: «невозможное — возможно».
Он спустился в детскую, где потеснил Катю от компьютера. В интернете он накопал как минимум двадцать способов увидеть ауры людей и предметов… Распечатал список и через полчаса раздумий выбрал один, полностью понятный и внушавший, в сравнении с другими методами, некоторое доверие.
За поздним ужином Андрей сказал Анастасии:
— С завтрашнего дня думаю голодать начать. А то отъелся в последнее время.
Анастасия как-то слишком внимательно посмотрела на него.
— Попробуй творожную диету, а? Зачем голодать?
— Я за кардинальные изменения, — сказал Андрей и припомнил рецепт по лицезрению аур:
«Три дня голодать. Два дня совсем ничего не есть, на третий — немного воды. В третью ночь не спать и ходить весь день пешком. Если ауры не появились — выспаться и снова попробовать весь цикл сначала».
Мысли Андрея путались. Не заснуть в последнюю ночь голодовки было отчаянно непросто. Настя заприметила, что он не спит и всеми силами старалась помочь ему заснуть.
Она долго гладила его по волосам, и Андрей, чтобы не уснуть, до крови кусал губы. Потом Настя как младенцу принялась петь мужу колыбельную. Андрей несколько раз чуть не поздоровался с Морфиусом, но каждый раз выручали зубы, впившиеся в губы и мысль: Ким убил их!
Стоило подумать так и сонные глаза раскрывались. Пустой слипшийся желудок наполнялся невидимой пищей. Стоило так подумать и казалось, что можешь не
Во вторник утром Андрей приехал на работу не как обычно на «Дэу», а на служебном автобусе. Андрей клевал носом в спинку переднего сидения. Три дня он провёл на голодном пайке. Затея с голодовкой, казалась теперь опасной. Ещё немного и он бухнется в обморок. Мешало бросить эту идею только мощное чувство. Это не было чувство удовлетворения бюрократа от лишней галочки напротив списка.
Хотелось отомстить Киму. Месть. Блюдо, которое подавать лучше холодным. Око за око. Зуб за зуб. Дверной глазок в глаз, за дверной глазок в глаз…
Андрей вылез из служебного автобуса и понял, что мир вокруг изменился.
Галлюцинации, — решил он. Снег был чёрный, будто его присыпали землёй.
Андрей отошёл от толпы, спешившей по рабочим местам. Он набрал в ладонь снега — в руках снег был белый, а на земле — тёмный. Будто над пространством вокруг «Завода стекла» нависло нечто, отбрасывающее тень. Всходило солнце, но чёрный слой со снега не исчезал. Это походило на плесень, появившуюся ни с того ни с сего на свежем хлебе.
Андрей протёр лицо ледяными от снега руками. Ауры это или галлюцинаторный бред голодающего, не спавшего ночь человека?
Реальность это или кажется?
Кажется? Крестись! — посоветовал внутренний голос.
Андрей вошёл в цех и, чуть было не вскрикнул! Он смотрел, как его туфли погружаются в болотную жижу, разлитую по полу. Но в ботинках не чувствовалось влаги.
Эта жижа… Чёрная аура?
Вот значит она какая?
Болезненная слабость появилась в теле. Андрей еле передвигал ноги. Быть может, если бы он не видел этой мерзости под ногами, то идти было бы легче.
Андрей видел «Завод стекла» будто в первый раз и чёрная аура многое, что объясняла теперь. Рабочие были окутаны её паутиной. Станки скрывал почти полностью чёрный вьюнок. Он ветвился и уходил под крышу, где пробивал её и возвращался к земле, чтобы напитаться чёрной болотистой жижей. В воздухе кружилась чёрная пыль, как если бы внутри здания спалили бы пару колёс.
Андрей наклонился и под видом того, что завязывает шнурки, дотронулся до мерзкой жидкости. Она прилипала к рукам, поползла по рукаву. Андрей заскрипел зубами и еле сдержался, чтобы не запрыгать с воплями: «Снимите это с меня!»
Почему так всё мерзко на «Заводе стекла»? Это что самое плохое место вселенной? Дырка в заднице мироздания? — размышлял Андрей, когда зазвонил мобильник.
Из динамика телефона вылетала тонкая струйка чёрного дыма, как из пистолета после выстрела.
Звонил Ким и звал немедленно в кабинет.
Как пьяный пытается скрыть хмель, так и Андрей пытался скрыть свою трёхдневную голодовку и бессонницу последней ночи. Он протёр глаза и попытался идти так, будто не свисают сверху мерзкой чёрной паутины. Будто под ногами не плещется жижа, а мерзкий вьюнок не цепляет за ноги.